Жаркое лето 2015 года в Казани стало по-настоящему обжигающим в связи со скандалом федерального масштаба. Поводом для этого послужило уголовное дело в отношении активиста «Молодой гвардии» (молодежное крыло партии «Единая Россия») Эдуарда Салахутдинова. Его заподозрили в «крышевании» нелегальных казино в различных городах Татарстана. Салахутдинов обещал владельцам устроить рейды, которые он проводил под видом общественной деятельности. Разумеется, визиты отменялись в случае оплаты.
Схема стала известна полицейским, однако схватить молодогвардейца оказалось не так просто. Годы политической деятельности сформировали образ борца за справедливость и позволили обзавестись влиятельными связями. Поэтому после возбуждения дела МВД оказалось под титаническим давлением. Причем настолько активным, что впервые в XXI веке ГСУ объявляло план «Крепость». Полицейские расследовали дело о вымогательстве, а в СК проводили проверку в отношении самих полицейских на предмет превышения полномочий.
Проект «Агенты»
Эдуард Салахутдинов пришел в «Молодую гвардию Единой России» в 2012 году, когда ему было 24 года. До этого жил в Нижнекамске, однако переехал в Казань и сначала занимался установкой офисного оборудования. Компания «Татинтергрупп», учредителем и директором которой являлся Салахутдинов, была достаточно скромной, с оборотом чуть более миллиона ежегодно. Параллельно молодогвардеец вступил в проект «Агенты».
Федеральный проект «Агенты» был запущен «Молодой гвардией Единой России» (МГЕР). Его цель — контроль исполнения законодательства в сфере продажи алкогольной продукции (в неустановленных местах, в неразрешенное время, несовершеннолетним) и противодействие незаконной игорной деятельности. Проект также охватывал проблемы коррупции, халатности в ЖКХ, продажи лекарств по рецепту и другие социально-правовые вопросы.
Салахутдинов стал куратором проекта в Татарстане и лично принимал участие в рейдах. Сами мероприятия проходили следующим образом: сторонники МГЕР, как правило человек по 10, врывались в нелегальные игорные заведения и прекращали их работу. На место вызывались сотрудники полиции, нарушения фиксировались и составлялись материалы на владельцев теневого бизнеса.
— Он раскидывал информацию о предстоящих рейдах через «Единую Россию» по телеканалам казанским. Почти всегда журналисты на его рейдах по казино присутствовали. Один из его друзей, часто это бывал Ильин, под видом клиента проникал заранее в клуб, там просаживал какую-то часть денег и сообщал обстановку. После Эдик с поддержкой и телеканалами поднимали шум, ломились в дверь и требовали открыть, после вызывали полицейских. Он очень уверенно и жестко себя вел, ходил как хозяин в клубах этих. Часто ругал администраторов за то, что работают на нелегальный бизнес. Охотно раздавал комментарии на камеры, сильно гордился, что прикрыл очередной рассадник, — рассказывает один из журналистов телекомпании, принимавший участие в рейдах в 2014 году.
Похожие рейды участниками «Агента» проводились и в супермаркетах. Для этого часто привлекались несовершеннолетние, которые покупали алкоголь или сигареты. После получения чека на кассира налетала толпа молодогвардейцев. За несколько лет работы под руководством Эдуарда Салахутдинова удалось прикрыть более 500 нелегальных казино по республике. Правда, такие цифры приводил сам куратор, а по официальным данным МВД, от активистов поступило лишь 36 сигналов.
Автор фото: соцсети
Покушение с привкусом инсценировки
В августе 2015 года информационное поле Татарстана разрывается сообщениями о нападении на Эдуарда Салахутдинова. Трое неизвестных избивают активиста битами у частного дома в поселке под Казанью. Он успел сгруппироваться и сложить руки над головой. Как рассказал активист, его ударили около 25 раз, примерно 15 ударов пришлись по голове.
Сам пострадавший тут же связывает инцидент с его деятельностью против нелегальных казино и называет это местью за рейды. В больницу к Салахутдинову приезжают известные политики, а депутаты всячески выражают поддержку. По факту случившегося МВД РТ возбуждает уголовное дело по статье «Хулиганство».
Информация быстро доходит до Москвы, в Госдуме требуют от министра МВД России Владимира Колокольцева взять расследование под личный контроль. Однако многие, в том числе и правоохранительные органы, считают нападение инсценировкой. Большое количество ударов битой по голове, от которого спортивный снаряд сломался, наводило на сомнения. В Сети считали, что у Салахутдинова слишком «слабые» синяки.
Автор фото: МВД по РТ
— Изначально мы наблюдали за информацией СМИ, его рисовали ярым борцом с незаконным игорным бизнесом. Позже к нам поступил материал, что Салахутдинов со своим товарищем Ильиным занимаются вымогательством денег у предпринимателей, которые занимаются незаконным игорным бизнесом. Информация пришла от оперативников УБЭП, к ним и обратились лица, которые работали в этой сфере. Причем были люди, которые работали легально, человек из Нижнекамска, — вспоминает экс-следователь ГСУ МВД по РТ Марсель Гатиятуллин.
Расследовали под планом «Крепость»
Истории о «крышевании» потекли от владельцев нелегальных казино. Несколько задержанных за незаконную деятельность начали рассказывать, как Салахутдинов требовал деньги. Если не заплатить, обещал устроить рейд с привлечением СМИ и полиции. Всего следователям пожаловались пятеро предпринимателей, они отдали активисту около трех миллионов рублей. Речь идет о двух потерпевших из Нижнекамска и троих из Казани.
Информация о схеме вымогательства сразу от пятерых не зависящих друг от друга предпринимателей стала поводом для возбуждения уголовного дела. Но полицейские еще не знали, что столкнулись с непростым уголовником.
— Расследование изначально держалось в строжайшем секрете, любые мероприятия проводились конфиденциально. После того как мы задержали Салахутдинова и Тимура Ильина, начали избирать меру пресечения, с этого момента началось сильнейшее давление на органы следствия. Доходило до того, что на рабочие телефоны следователей звонили высокопоставленные лица из Москвы, не буду говорить кто именно. Некоторые работники были всерьез напуганы, мог ведь обратный эффект произвести на них. Плюс давление со стороны общественности и других правоохранительных органов. В отношении нас проводил проверку Следственный комитет о правомерности наших действий по привлечению его к уголовной ответственности, превышении должностных полномочий и различных фальсификациях, — вспоминает Гатиятуллин.
На время сбора доказательств по уголовному делу руководством МВД по РТ было принято решение о введении плана «Крепость». Здание ГСУ полностью заблокировали вооруженные спецназовцы. Перекрыли входы и запретили покидать рабочие места сотрудникам. Следователи несколько дней жили на работе, но сумели собрать достаточное количество доказательств, чтобы предъявить обвинение.
— За три-четыре дня собрали все дело, аудиозаписи, видеозаписи, переговоры Салахутдинова с потерпевшими. На них как раз говорил откровенно, что нужно платить и могут дальше спокойно работать. Также документы о переводах денег ему и показания свидетелей. Эти материалы были опубликованы в СМИ потом, — пояснил собеседник.
После предъявления таких доказательств общий градус напряженности спал. Следственный комитет не нашел никаких нарушений при расследовании дела, все подозрения в отношении полицейских не нашли своего подтверждения.
На допросах Эдуард Салахутдинов вел себя спокойно, но вину не признавал. После дело ушло в суд, где в октябре 2015 года бывшего активиста и его помощника Тимура Ильина признали виновными в вымогательстве. Но приговор, как считают многие, в том числе в МВД, показался слишком мягким. Председатель суда Наиль Булатов приговорил Салахутдинова к 7 с половиной годам условно и штрафу 500 тысяч рублей. Ильина отправил на принудительные работы с удержанием 15% зарплаты на два года.
Несмотря на обвинительный приговор и непризнание вины, активист назвал его «справедливым». По всей видимости, сказано это было в порыве счастья от того, что избежал тюрьмы. После скандала Салахутдинов вместе с женой и детьми уехал обратно в Нижнекамск.
Проект «Агенты» МГЕР был приостановлен летом 2015 года из-за скандала с «крышеванием» нелегальных казино до завершения расследования. Однако свою работу он так и не возобновил.