— Не хочешь ты. Тогда я возьму в командировку свою маму, — выпалил муж.
Я стояла на кухне с тряпкой в руках и не сразу поняла, что услышала. Игорь сидел за столом с телефоном, даже не поднял на меня глаз.
— Что? — переспросила я.
— Ну а что? — он пожал плечами. — Путёвка оплачена, в Сочи, десять дней. Ты же отказалась ехать. Значит, поеду с мамой.
Я медленно опустила тряпку в раковину. Четырнадцать лет замужем. Двое детей. И вот сейчас мой муж спокойно, как о погоде, сообщает, что поедет отдыхать с мамочкой. Вместо жены.
— Игорь, я не отказалась, — выдохнула я. — Я сказала, что не могу взять отпуск сейчас. У меня же сдача квартала на работе...
— Ну вот. Не можешь — значит не хочешь. А мама свободна.
Людмила Петровна. Моя свекровь. Женщина, которая три-четыре раза в год приезжает к нам на две недели и живёт как в санатории. Я готовлю, убираю, стираю, а она сидит на диване и комментирует, что суп недосолен, а пол вымыт плохо.
— Ты серьёзно? — я посмотрела на мужа.
— Абсолютно, — он наконец поднял глаза. — Мама давно мечтала на море. Вот и съездит.
— С тобой.
— Ну да. А что такого?
Что такого. Я открыла рот, потом закрыла. Потому что если он не понимает сам — объяснять бесполезно.
— Бери, — сказала я. — Езжайте вдвоём.
Игорь кивнул и снова уткнулся в телефон. Будто мы обсудили, что купить к ужину.
Они уехали в субботу. Я взяла десять дней отпуска за свой счёт — отгулов не было, весь отпуск летом потратила на детей. Начальница неодобрительно поджала губы, но отпустила.
Игорь собирал чемодан, напевая. Людмила Петровна приехала накануне, осмотрела квартиру и поморщилась:
— Марина, ты бы хоть к нашему приезду прибралась. Пыль на шкафу.
Я молча вытерла пыль. На шкафу, до которого могла дотянуться только со стула.
Утром они уехали на такси. Игорь чмокнул меня в щёку:
— Ну, держись тут. Позвоню.
Людмила Петровна даже не попрощалась. Только оглядела меня с ног до головы и фыркнула.
Дверь закрылась.
Я стояла посреди прихожей. Катя и Лёша завтракали на кухне. Двенадцать и восемь лет. Школа, кружки, уроки, готовка, стирка. Десять дней. Одна.
А Игорь в это время будет лежать на пляже. С мамой.
Что-то внутри меня щёлкнуло.
Я открыла ноутбук и зашла на сайт турагентства. Полчаса листала предложения. Турция, все включено, вылет через три дня. Восемьдесят тысяч рублей.
Наши семейные деньги лежали на общей карте. Игорь зарабатывал больше, но я тоже вкладывалась. Восемьдесят тысяч — это половина того, что мы откладывали на ремонт.
Я смотрела на экран. Пальцы зависли над клавиатурой.
Четырнадцать лет я была хорошей женой. Готовила, убирала, терпела свекровь. Рожала, недосыпала, выходила на работу через три месяца после родов, потому что надо. Игорь ни разу не встал ночью к ребёнку. Ни разу не сходил на родительское собрание. Не знал, в какой школе учится Катя.
А теперь он на море. С мамой.
Я нажала "Оплатить".
Деньги ушли с карты за секунду. Восемьдесят тысяч. Десять дней. Только я.
Потом я позвонила Людмиле Петровне. Той, что в Сочи.
— Алло? — она ответила недовольно. — Марина? Что случилось?
— Людмила Петровна, через три дня я уезжаю в отпуск. Детей привезу к вам.
— Куда это ты уезжаешь?!
— В Турцию. На десять дней. Катю и Лёшу заберёте?
— Я?! — она задохнулась. — Да я на море! С сыном!
— Знаю. Вы же через три дня возвращаетесь. Я их вам вечером привезу.
— Марина, ты охамела?! Я после дороги устану! Мне отдохнуть надо!
— А мне нет? — я говорила тихо, но твёрдо. — Четырнадцать лет я не отдыхала. Вы детей заберёте или нет?
Пауза.
— Заберу, — прошипела она. — Но Игорь об этом узнает!
— Пусть, — я положила трубку.
Руки тряслись. Но внутри разливалось что-то тёплое. Впервые за много лет.
Игорь позвонил вечером. Кричал минут пять не переставая.
— Ты СПЯТИЛА?! Восемьдесят тысяч?! На СЕБЯ?! А ремонт?! А дети?!
— Дети у твоей мамы, — спокойно ответила я. — А ремонт подождёт. Ты же потратил деньги на путёвку в Сочи.
— Это ДРУГОЕ! Я работаю! Мне нужен отдых!
— А я что, не работаю? Кто готовит? Убирает? Стирает? Кто с детьми уроки делает?
— Это твои обязанности!
Я медленно выдохнула.
— Знаешь что, Игорь. Отдыхай со своей мамой. А я отдохну от вас обоих.
И повесила трубку.
Телефон разрывался ещё час. Я выключила звук.
Турция встретила жарой и запахом моря. Я лежала у бассейна с коктейлем. Не надо было никого кормить. Убирать. Стирать. Терпеть.
Десять дней я спала до обеда. Читала книги. Ходила на массаж. Ела, когда хотела, а не когда успевала между делами.
Игорь писал каждый день. Сначала ругался. Потом обиженно молчал. Потом требовал вернуть деньги.
Я не отвечала.
Людмила Петровна звонила Кате и жаловалась, какие внуки непослушные. Катя потом мне рассказывала:
— Мам, бабушка говорит, ты эгоистка.
— А ты как думаешь? — спросила я.
Катя помолчала:
— Я думаю, ты молодец. Папа же с бабушкой на море поехал вместо тебя.
Прошло три месяца.
Игорь всё ещё обижен. Говорит, что я его унизила. Что потратила семейные деньги. Что бросила детей.
Людмила Петровна не звонит. После десяти дней с внуками она сказала Игорю: "Больше никогда".
Родня обсуждает меня за спиной. Слышала от сестры Игоря: "Совсем обнаглела. Деньги на себя спустила".
Катя и Лёша на моей стороне. Катя сказала отцу: "А ты почему с бабушкой поехал? Мама должна была?"
Игорь не нашёлся что ответить.
Я не жалею ни о чём. Восемьдесят тысяч, десять дней, Турция — это было моё. Первый раз за четырнадцать лет я сделала что-то для себя.
Да, деньги были общие. Да, можно было по-другому. Но когда муж без спроса уезжает на море с мамой — это нормально. А когда жена тратит деньги на себя — эгоизм?
Правильно ли я поступила, потратив семейные деньги на свой отдых? Или надо было молча проглотить и дальше терпеть?