Договоренность на проведение охоты была согласована сразу же после приобретения разрешений, за месяц до открытия сезона охоты на копытных. Коллектив был слаженный, состоял из городских охотников, которые в разных составах уже не раз приезжали ко мне на косулю и лося
В этот раз у команды было два разрешения на половозрелого самца лося и два разрешения на косулю. Стрелков набралось десять человек, и они должны были прибыть на базу в пятницу. Есть в наших угодьях особенность: во время сезона охоты на лосей у них проходит миграция.
Взрослые самцы, а также двухлетки и пропустовавшие самки начинают двигаться с востока на северо-запад, с притаежной зоны на Васюганское болото и его окрестности, там они зимуют, а по весне снова идут на восток, в открытые лесостепи, спасаясь от гнуса. Самки с приплодом остаются на месте отела, так как сеголеткам тягот путешествия не преодолеть.
На пути миграции есть одно серьезное препятствие — река Обь. Здоровое животное, конечно, с легкостью преодолеет километр воды, но если по реке идет шуга, а это может длиться неделями, то мигранты в больших количествах собираются в прибрежных забоках и ждут, когда встанет крепкий лед. Забока — это прибрежный участок поймы, густо заросший кустарниками типа краснотала, черемухой, осиной и елями. Место это, как правило, болотистое, сырое, обильно захламленное крапивой и хвощом. Такие места вдобавок ко всему еще и пересечены ериками и ручьями.
Передвигаться по ним то еще удовольствие, а зверье чувствует там себя в безопасности. На поиски зверя я отправил егеря. Еще в четверг поставил ему задачу, заправил его УАЗ топливом, и он уже вторые сутки колесил по угодьям.
В пятницу с утра я договорился с Ильхоном, что завтра на рассвете их заберет Валера. С обеда начали подъезжать стрелки. Распределил их по домикам и отправил в теплую протопленную беседку. Там они накрыли поляну из продуктов, привезенных с собой, в основном это были закуски и алкоголь. Конечно, я против употребления перед охотой, но у людей праздник, и я их прекрасно понимаю, к тому же им в загон не ходить. Люди все взрослые и, надеюсь, знают свою норму. Постепенно собрались все десять охотников. Взял у них документы и составил списки на коллективную охоту, затем объяснил правила безопасности.
Подъехал Валера, зашел в беседку и почему-то стал нашептывать мне на ухо. Народ с рюмками и открытыми ртами замер. — Ты чего, Валера? — спросил я. — Говори вслух! Народ истомился. — На «камушках» вчера пара зашла, и сегодня к утру еще два. У сегодняшних лапти хорошие. — А козлюки? — Не считал. Все ими истоптано. — Ясно, — сказал я. — Граждане охотники, загон будет очень длинный, километра три или даже больше. Стоять придется два-три часа. Одеться всем теплее. Номера там давно определены, много лет в этой забоке добываем. Возможно, это будет единственный загон за день. Там выставляться только час. Сейчас отдыхаем и закусываем, но помним, что утром медкомиссия. Кто опохмелится, тот останется на базе.
Выходим с Валерой на свежий воздух. — Валера, ну «камушки» — это последнее дело, ты мне таджиков загонишь. Неужели больше некуда? — Ты же понимаешь, что эта «банда» распугает весь лес. Только туда. Тогда есть шанс. Шутка ли десять человек? Собак возьми, чтобы сохатина летела на номера как ракета. — Согласен. Созвонись с Ильхоном. Встречаемся в шесть на переезде.
В данный момент у меня были две рабочие по лосю собаки: восточносибирская лайка трехлеток Чингиз и волкособ в четвертом колене полутора лет. В загон я брал собак неохотно, предпочитаю, чтобы зверь подходил к номерам медленно, на верный выстрел, но, когда загон длинный и стрелки будут шуметь, а они будут шуметь, нужно, чтобы лось не пошел поперек загона, а летел от собак на всех парах и ему некогда было прислушиваться и принюхиваться.
Отдав последние распоряжения сторожу базы насчет бани и собак, чтобы не кормил сильно, я поехал домой отдыхать и готовиться, здесь поспать не дадут.
Люблю сбор перед охотой! Все в предвкушении, еще полны сил и надежд. Сторож доложил, что охотники угомонились рано. Ну и молодцы, вот что значит опыт и разъяснительные беседы. Контрольное построение, проверка одежды — мне не нужно, чтобы кто-то обморозился или даже просто замерз и начал прыгать на номере. Грузимся, собак под лавку на коротком поводке. Последнее дело, если собака выскочит из автомобиля раньше положенного времени.
Через сорок минут мы на месте, начинает светать. Валера объехал загон. Вернувшись, доложил, что два козла вышли, остальные на месте. — Езжай на дальний номер и жди меня там, пока я расставлю номера. Двигатель не глуши, дверями не хлопай. Я там «буханку» оставлю.
Валера понимающе кивнул и медленно тронулся. Проезжающий мимо автомобиль не сильно беспокоит животинку, а вот если его заглушить, хлопнуть дверью или включить заднюю скорость, то это его сразу насторожит.
Забока, именуемая «камушками», представляет собой узкую и длинную кишку, расположенную между бором и рекой. Десять стрелков, конечно, многовато, если их выставить в одну линию, поэтому я их расставил полумесяцем. Если зверь подойдет к линии и причует стрелков, то он неизбежно пойдет вдоль номеров и наткнется на боковых охотников. На концах полумесяца я поставил стрелков с карабинами и оптикой, чтобы они еще и отсекали сектор с боков загона. В этом случае появляется опасность, что зверь выскочит, и я или Валера окажемся на линии огня. Я уже как-то лежал мордой в снег, когда рикошеты от мерзлой земли сбивали ветки над головой. Загонщики тоже пойдут дугой, а я с Валерой по бокам и метров на пятьдесят впереди.
При расстановке номеров выходит только один стрелок и уже сам выбирает место, лишь бы это место было на одной линии с остальными. Высаживаю крайнего стрелка, отъезжаю от него метров на двести и оставляю УАЗ на краю забоки, он как бы тоже стоит на номере, но не стреляет. На автомобиле Валеры с собаками и загонщиками переезжаем в начало забоки.
Высаживаемся, короткий инструктаж, проверка раций. Спускаем собак. Я сам выстраиваю загонщиков и выхожу на край забоки. Я выбрал себе самый легкий путь, по моему краю загона проходит дорога, а прогуляться по утреннему бору, да еще и без оружия, одно удовольствие. Да, у загонщиков на коммерческой охоте нет оружия, мы тут на работе.
Сначала линия пошла бодро, заголосила, затрещала ветками, но пройдет где-то километр, голоса стихнут, и люди начнут обходить заломы и препятствия. Я тогда советую загонщикам брать палки и колотить по деревьям, такой шум очень беспокоит животину. Но перекликаться необходимо, так я контролирую линию, поэтому вызываю Ильхона и прошу, чтобы не молчали. Ну вот, два загонщика отстали. Отдаю команду, чтобы подождали их.
В загоне мелькнул Валера, рассматривающий следы. Наверное, что-то нужное, просто так с линии он не уйдет, он за трехкилометровый загон накрутит с десяток километров. Собак не слышно. Ветер сегодня наш, дует номерам в лицо, и это радует. Они ведь все равно через час закурят, так хоть не спалятся.
Прошли половину загона, вот и первый выход из него. Вышла самка косули с двумя детенышами, эти всегда поперек загона ходят. Пусть идут! Это не наша добыча. По рации Валера сообщил, что слышал работу собак слева от него в середине забоки. Мои собаки будут работать только по стоящему зверю, и этот зверь — лось. На моих глазах, в пятидесяти метрах, вышла корова с тогушем, посмотрела на меня и быстро пошла к бору. Это тоже неплохо. Во-первых, собаки работают не по ним, а во-вторых, эта парочка не попадется на глаза стрелков. А до стрелков уже недалеко.
Вновь меня вызвал Валера, сообщил, что на край забоки выскочил сохатый с собакой на хвосте и вернулся в загон. Я отдал Ильхону команду, чтобы все ускорились, а крайние подтянулись ко мне. Не знаю, как он понял команду, но таджики заголосили и застучали палками. Молодцы! То, что нужно. А нужна паника. Осталось метров четыреста. Со стороны Валеры послышались два выстрела из карабина. Два — это хорошо, если больше — значит, стреляли по уходящему зверю. Больше выстрелов не было.
Подошел к крайнему номеру. Увидев меня, он разрядился и убрал карабин в чехол. Молодец! Уроки зря не прошли. Отдал команду Ильхону, чтобы выходили на мой УАЗ. На связь вышел Валера: добыт большой бык. Программа минимум выполнена.
Двигаясь по линии стрелков. я постепенно всех собрал. Сохатый лежал между крайним номером и моим уазиком, на краю забоки. Все произошло как я и предполагал. Серый вцепился в верхнюю губу сохатого, а Валера безуспешно пытался его оттащить. Команды Серый воспринимал неохотно, это был главный минус волкособа. Переключив собаку на задние ноги, я поздравил стрелка с прекрасным выстрелом. Был добыт самец лося пяти лет. Отличный трофей!
Между тем загонщики подогнали автомобиль и деловито вытащили из машины два мешка с дровами. Я никогда не пилю и не собираю дрова в угодьях, а привожу их с базы: лес любит тишину. А костер нужен: всем необходимо согреться, загонщики мокрые, от них идет пар… Кстати, они снова меня удивили: достали из уазика сумку и начали переодеваться в сухое. Сообразили, что выйдут к этому автомобилю, и оставили сухую сменку… Пусть джентльмены выпивают и закусывают, а мне надо довезти Валеру до его автомобиля. К тому же я видел, что ему не терпится что-то мне рассказать. — А второй-то остался в загоне. В черемушнике. — А как же таджики его пропустили? — Там воды по колено, ну они его по краю и прошли, а он там, я обошел по кругу. И не меньше этого. — Ну и отлично. Не говори про него. Мужики приедут еще раз. И им праздник, и нам хорошо. А косули куда делись? Мимо меня только три прошли, неужели они столько натоптали? — Как собаки заработали, — сообщил Валера, — четыре штуки в обратку ломанулись, чуток таджика не затоптали, он в них палкой кидал. Козлы от собак совсем соображать перестают.
Когда мы вернулись, загонщики уже запалили костер и растянули задние ноги сохатого на веревках, привязав к двум осинкам. Стрелки голосили все разом и размахивали руками. — Так, соратники по оружию, пока все при памяти, стволы в машину. Сейчас животину разденем, разберем и на базу. А перед этим закройте одну бумагу, и кому необходимо для перевозки, раздайте квиточки.
Валера с помощью Ильхона уже снял шкуру и сделал вскрытие. Одна пуля пробила легкое, сильно его разбив, а вторая попала в сердце. Славный выстрел! Полуоболочка, если хорошо попал, останавливает зверя сразу. От легкого все отказались, а собаки воодушевились. Заметив, что Валера, вынув весь ливер попытался перевернуть тушу, я его остановил. В ребрах скопилась лужа крови. Я подозвал собак и напоил их парной кровью прямо из утробы, ну и потом им достались легкие. Заслужили.
Через двадцать минут туша была разобрана и поделена на одиннадцать примерно одинаковых кучек. Десять по числу стрелков и еще одна на сегодняшний вечер. Также я отделил ленивые мышцы на закуску и весь ливер. Ну а стрелок, по сложившемуся обычаю, отдал мне язык и лытки с копытами. Язык — потому что я его люблю, а из лыток мы с камрадами готовим хаш после окончания сезона охоты. От головы тоже все отказались в пользу собак.
Раздел добычи с годами превратился в особый ритуал с шутками, прибаутками и взаимными подколами. Кто-то из команды охотников отворачивается от разложенных кучек мяса, а я показываю рукой на рандомную долю и вопрошаю: «Кому?» Отвернувшийся называет имя. Получивший долю хватает ее и уносит в темноту. Также я раздаю заранее приготовленные большие черные пакеты для мусора, они прочные и не позволяют испачкать автомобиль кровью. Раздаю и специальные пластиковые хомутики с бирочками, а также карандаш. Получившие долю складывают мясо в пакет и пишут на бирочке свое имя. Все продумано и удобно, а главное, позволяет избежать взаимных обид.
Мы на базе. Охотники отправились в баню, а Ильхон с товарищами притащил казан под шурпу, сковородки для приготовления ливера и опалил губу. Я нарезал ленивую мышцу, так называемую вырезку, и залил ее лимонным соком, добавил перчика от души, крупной соли ну и лаврушки — через час это можно будет употреблять в пишу. Не каждый может есть сырое мясо, но это очень вкусно как закуска под крепкие напитки. Когда охотники начали возвращаться из бани в натопленную беседку, то на сковородах уже все скворчало и кипело. На первое печень, следом сердце с почками, за ними шурпа с соколком и ребрами. Губа будет готовиться долго, пару часов, не меньше. Хватит всем.
Кто-то уедет сегодня, кто-то с утра, хорошенько выспавшись. Останутся четверо с бумагами на косуль, но им все организует Валера без меня и Ильхона, с братом и племянником. И заработает немного, да и не нужно много народу, чтобы загнать на номера двух козлов, и ребята уедут завтра к вечеру.
Я с утра позвоню госинспектору и доложу о закрытии разрешения, чтобы никто не возбудился, когда найдет в лесу шкуру, после чего поеду в город варить заслуженный язык и готовиться к следующей охоте.