Равноправный диалог с Европой? Забудьте. Они не умеют разговаривать иначе как с позиции «старшего»
В предыдущей статье мы разобрали, что Европа дала Зеленскому карт-бланш на два года войны и 90 миллиардов евро . Но есть нюанс поважнее денег: с нами никто не собирается разговаривать как с равными. И дело не в злой воле конкретных политиков, а в природе самого Евросоюза.
Кто мы друг другу?
Федор Лукьянов недавно очень точно сформулировал: Евросоюз исторически плохо приспособлен к отношениям с внешними партнерами. Особенно если считает их потенциальными участниками «европейского проекта под эгидой Брюсселя» . Понимаете, в чём подвох? Они готовы разговаривать либо с теми, кто согласен играть по их правилам, либо с теми, кого можно поучить жизни. Третьего не дано.
Когда Россия после 90-х начала вставать с колен и требовать равноправной модели, в Европе случился когнитивный диссонанс. Отношений, основанных не на юридической базе ЕС, а на правилах, согласованных совместно, — для них просто не существует в природе . Это как если бы вы пришли в чужой дом и потребовали переписать хозяйскую инструкцию. Вас выставят. Или, в лучшем случае, посадят в угол и будут объяснять, почему вы неправы.
Риторика ненависти вместо диалога
Бывший дипломат при ООН и ОБСЕ, депутат Европарламента Михаэль фон дер Шуленбург недавно дал убийственное интервью швейцарскому журналу Weltwoche:
«Мы, европейцы, за все это время так и не смогли даже просто поговорить с русскими — не говоря уже о переговорах. Сейчас вообще нет никакой связи с Россией. В Европарламенте в отношении России используют исключительно риторику ненависти» .
Человек изнутри системы подтверждает: диалога нет и не предвидится. Не потому, что мы не хотим, а потому что в европейских институтах культивируется образ врага, с которым разговаривать — значит предавать ценности.
Официальный представитель МИД РФ Владислав Масленников констатирует: «За царящей в евроинститутах оголтелой русофобией предпосылок к восстановлению сотрудничества сейчас не просматривается» . Российские компании уже адаптировались, освоили ниши, которые раньше занимали европейцы, и возвращаться к старой модели «мы вам энергию, вы нам нотации» никто не собирается.
А что же канцлеры?
Вы скажете: а как же заявления Макрона, Мерца, Мелони о необходимости диалога? Давайте без иллюзий. Политолог Алексей Мухин объясняет: это игра для внутренней аудитории. «Причина проста — внутренняя аудитория требует возвращения отношений с Россией в том или ином виде, поэтому лидеры европейских стран вынуждены следовать этому новому тренду и маневрируют» .
Критерий простой: если, рассуждая о диалоге, они продолжают накачивать Украину оружием и обещают два года войны, значит, никакого реального желания разговаривать у них нет. Есть желание продержаться, выторговать лучшие условия для сдачи позиций, сохранить лицо.
Мерц, кстати, вообще не скрывает истинного отношения. Он прямо заявил, что «эта война закончится только тогда, когда одна из двух сторон будет истощена либо в военном, либо в экономическом плане. Разум и гуманитарные аргументы не убедят Путина» . То есть переговоры для него — утопия. Реально — только истощение.
Равноправия не будет. Что дальше?
Из всего этого следует простой вывод: ждать, что Европа вдруг поумнеет, сядет за стол и начнёт разговаривать с Россией как с равным партнёром, — значит обманывать себя. Этого не случится. Не потому, что мы плохие, а потому что они так устроены.
Постпред России при ЕС Владимир Чижов ещё раньше говорил: новые отношения должны быть партнерскими, равноправными и более содержательными . Но для этого нужно, чтобы в Брюсселе перестали считать себя «старшими» и единственными носителями истины. А это, судя по всему, невозможно без полной смены поколений и глубочайшего кризиса самой европейской идентичности.
Так что стратегия у нас одна: перестать оглядываться на Европу, развивать отношения там, где готовы разговаривать по-человечески (Азия, Африка, Латинская Америка), и решать свои задачи самостоятельно. А Европа пусть догоняет. Когда-нибудь, может быть, до них дойдёт, что с Россией лучше разговаривать, чем воевать. Но дожидаться этого момента, сидя сложа руки, мы не будем.
Как сказал Владимир Путин, России выгоднее переориентироваться на более надёжных партнёров . И точка.