— Я к вам навсегда. Свою квартиру продала, деньги сыну отдала.
Алина замерла с чайником в руках, пытаясь переварить услышанное. Она осторожно покосилась на здоровенную дорожную сумку, которую свекровь только что втащила в коридор.
«Нет, — подумала Алина. — Этого не может быть. Навсегда с одной сумкой не приезжают. Тут какой-то подвох».
Бронислава Витальевна была женщиной основательной. Высокая, статная, с тяжелым взглядом и тонкими губами, которые она поджимала каждый раз, когда что-то ей не нравилось. А не нравилось ей многое. Она привыкла все планировать, контролировать и не терпела сюрпризов.
Еще на прошлой неделе они созванивались, и свекровь даже не заикалась о переезде. Значит, случилось что-то экстренное. Но Бронислава Витальевна, конечно, не скажет невестке ни слова. Не те у них отношения.
Придется ждать Рому.
Они сидели на кухне и пили чай с привезенными из Питера «Невскими звездами». Больше угощать внезапную гостью было нечем. Рома обедал в офисе, а Алина, работающая из дома, привыкла перехватывать что попало.
Вечером они с мужем планировали пойти в любимое кафе неподалеку. Но планы, кажется, придется менять.
Бронислава Витальевна от еды отказалась — сказала, что перекусила в дороге. Но в холодильник заглянула. Увидела пиццу и поморщилась так, будто там лежал дохлый таракан.
— И вы эту химию едите? — вздохнула она с укоризной. — Ну ладно… Отдохну немного и приготовлю сама что-нибудь нормальное. Где я размещусь?
Алина показала свекрови квартиру, перекатила свой рабочий столик с ноутбуком в гостиную и попыталась вернуться к проекту. Но работа не шла.
В голове пульсировала одна мысль: «В моем доме теперь посторонний человек. Насовсем».
Первый звонок Роме
Из ванной донесся шум воды — свекровь принимала душ. Алина схватила телефон и набрала мужа.
— Малыш? — весело отозвался Рома. — Соскучилась?
— Ром, тут такое дело... — Алина понизила голос до шепота. — Твоя мама приехала.
— Мама? — в голосе мужа послышалось искреннее удивление. — Серьезно? А почему не позвонила?
— Понятия не имею. Но она приехала. И, кажется, надолго.
— Дай ей трубку!
— Не могу, она в душе. Перезвони через пятнадцать минут.
Минут через двадцать из ванной выплыла разрумянившаяся Бронислава Витальевна в халате и направилась в гостиную, где за ноутбуком сидела Алина.
— Работаешь? — свекровь заглянула через плечо.
— Да, проект сдавать скоро, дедлайн горит.
— Хорошо. Тогда сходишь в магазин. Я список составлю, а то ужин готовить не из чего. Сбегаешь?
— Мы можем заказать еду, — предложила Алина с надеждой.
— Зачем? — фыркнула свекровь. — Деньги девать некуда?
— Ну, мы часто так делаем...
— То есть ты не готовишь? — Бронислава Витальевна нависла над невесткой так грозно, что Алина невольно вжала голову в плечи.
— Только завтраки... По выходным, — пискнула она.
— Ясно, — поджала губы свекровь. — Сейчас принесу список.
Алина вздохнула. Спорить бесполезно. Надо просто дождаться Рому и всё решить спокойно.
Вечер откровений
Спокойно не получилось.
Узнав, что мать действительно продала квартиру и отдала все деньги сводному брату Степану, Рома пришел в ярость.
— Ты отдала ему деньги без расписки? Без договора?
— Рома, какой договор? С родным сыном! — возмутилась Бронислава Витальевна.
— То есть ты их просто подарила?
— Ну да!
— И после этого они с женой тебя выгнали?
Свекровь вдруг сникла, будто из нее выпустили воздух.
— Они не выгнали... Просто... так получилось.
— Ага, — Рома отправил в рот кусочек маминой лазаньи (она таки приготовила ужин), прожевал и резюмировал. — Получилось так, что ты без квартиры и без денег. И теперь никакой суд тебе не поможет. Потому что без бумажки ты — букашка.
— Какой суд? На Степу? — снова взвилась мать.
— А что делать-то собираешься? Где жить?
— Как где? — захлопала глазами Бронислава Витальевна. — У вас конечно. Не выгоните же вы мать?
Алина молча переводила взгляд с мужа на свекровь и обратно. В голове стучало: «Это конец. Нашему уютному гнездышку конец».
Ночью, уединившись в спальне, она шепотом спросила:
— Ром, может, есть какой-то выход? Снимем ей квартиру?
— Я попробую поговорить, — зевнул муж. — Но потом. Чуть позже.
Он уснул почти мгновенно. Алина пролежала с открытыми глазами до трех ночи.
Утро с Кобзоном
Проснулась Алина от громкой музыки.
— Я тучи разгоню руками-ами! — надрывалась Ирина Аллегрова.
Алина села на кровати, пытаясь сообразить, где находится. Потом вспомнила: свекровь. Приехала. Навсегда.
— Боже, за что? — простонала она, когда Аллегрову сменил Кобзон.
Ромы уже не было — он уезжал рано. Из кухни доносился умопомрачительный запах оладий. Алина натянула халат и поплелась на запах.
Свекровь допивала чай под Кобзона, который орал из смартфона на полную громкость.
— Доброе утро, — поздоровалась Алина и робко попросила: — Можно потише?
— Долго же ты спишь, невестушка, — усмехнулась Бронислава Витальевна. — Рому завтраком кормить пришлось. Он, оказывается, по утрам есть любит!
— Он вообще-то не завтракает, — удивилась Алина.
— А сегодня позавтракал, — улыбка свекрови стала шире. — И с большим удовольствием!
Она встала, ополоснула чашку и, уходя, бросила:
— В холодильнике тесто. Мы все оладьи съели, но если хочешь — испеки себе свежие.
Алина проглотила обиду и насыпала в миску хлопьев.
«Ничего, — успокаивала она себя. — Просто надо потерпеть. Скоро всё наладится».
Она еще не знала, что терпеть придется долго.
Идеальный порядок
«Свекровь в дом — всё вверх дном», — гласит народная мудрость.
В случае с Брониславой Витальевной всё было не совсем так. Она оказалась маниакально чистоплотной. Влажную уборку она делала каждый день.
— Как можно жить в такой грязи? — ворчала она, смахивая разноцветной метелкой несуществующую пыль.
Каждое утро начиналось с музыки. Алина не имела ничего против эстрады восьмидесятых, но не в половине восьмого же! Соседка снизу, вечно страдающая мигренью, уже сделала ей два замечания.
Телевизора у молодых не было, поэтому свекровь смотрела свои передачи на смартфоне. Тоже громко.
— Ты всё равно ничего не делаешь, как тебе может мешать? — удивлялась она, когда Алина просила сделать потише.
Алина пыталась объяснить про фриланс, про работу, про дедлайны. Но Бронислава Витальевна свято верила: работать можно только в офисе или на заводе. А всё остальное — баловство.
Нападки сыпались одна за другой:
— Ты плохо ухаживаешь за моим сыном!
— Ты не так выглядишь!
— Ты слишком громко топаешь!
— Ты хочешь меня отравить этим лаком для мебели! У меня аллергия!
Последнее заявление случилось, когда Алина решила отреставрировать старый компьютерный столик. Свекровь устроила истерику и неделю дулась.
На кухню невестку не пускали даже по выходным — «всё равно готовить не умеешь». А когда Алина предложила Роме сходить в кафе, как раньше, он ответил:
— Знаешь, я подумал... Мама права. Зачем тратить деньги? Дома же есть еда.
О съемной квартире для матери уже и речи не шло. Рома просто закрывал тему.
Комплимент от соседа
Однажды сосед сверху сделал Алине комплимент. Просто сказал: «Хорошо выглядите». Алина и забыла через минуту.
Но Бронислава Витальевна не забыла.
Вечером она под каким-то соусом вытащила эту тему, и Рома вдруг нахмурился. Алина оправдывалась, как школьница, клялась, что между ней и соседом ничего нет. Рома вроде поверил.
Но ночь они впервые за год провели в разных комнатах.
В ту ночь Алина поняла: так дальше нельзя. Свекровь разрушает её брак. Нужно что-то делать. Срочно.
Гениальный план
Решение пришло случайно. Алина встретилась со школьной подругой Ксюшей и, сама не ожидая, разрыдалась прямо в кафе, вываливая всё, что накипело.
— Бедная, — Ксюша смотрела на неё с сочувствием. — Так нельзя. Надо что-то делать.
— А что? — всхлипнула Алина.
— Нужно что-то действенное, но не радикальное... — Ксюша задумалась и вдруг просияла. — О! Идея!
Алина придвинулась ближе.
— У нас на работе одна девочка замучилась с соседями. Они ей житья не дают — музыка по ночам, дети топают, мультики с утра. Говорит, если бы не работа рядом, давно бы продала квартиру.
— И?
— Давай твою Брониславу туда поселим?
— Как? — обреченно махнула рукой Алина. — Она же не хочет съезжать. И Рома на её стороне.
— Значит, надо её вынудить. Сделай ремонт, что ли...
Разговор с подругой запал Алине в душу. Ремонт они с Ромой давно планировали, но всё не решались начать. А тут...
Судьба подыграла. Через неделю Алина сделала тест. Две полоски.
Беременность как козырь
В вопросе подготовки детской Алина проявила такую твердость, что сама удивилась. Рома горячо поддержал жену. А вот свекровь скривилась:
— Какой ремонт на зиму глядя?
— Если начнём сейчас, к октябрю закончим, — улыбнулась Алина.
И, не давая свекрови опомниться, добавила:
— Кстати, у меня троюродный дедушка недавно умер. Квартира мне осталась по наследству. Там сейчас никто не живёт. Думаю, вам с вашей аллергией на химию будет там спокойнее. Подальше от стройки.
Свекровь встала на дыбы. Но тут впервые за долгое время Рома сказал:
— Мам, правда, так будет лучше.
Свекровь поворчала, покипятилась, но согласилась.
Квартирка с сюрпризом
Новая квартира Брониславе Витальевне понравилась. Новый район, ближе к центру, второй этаж — не надо высоко лезть с её больными ногами.
Она провозилась с обустройством целый день, вымоталась и легла спать раньше одиннадцати.
Проснулась она от дикого грохота. В квартире снизу Шуфутинский душевно, с надрывом пел про маму.
Бронислава Витальевна постучала по батарее. Ноль реакции. Постучала громче — бесполезно.
Спускаться и разбираться с соседом ночью было страшновато, поэтому она вызвала полицию. Дежурный принял заявку, уточнил адрес... Полиция не приехала. Концерт длился ещё два часа.
Утром Бронислава Витальевна надеялась отоспаться, но соседи справа включили детские передачи. Ребёнок смотрел телевизор до трёх часов дня! Стоило ему заткнуться, как сверху притащили из садика детей. Малыши носились, топали и прыгали так, будто тренировались к Олимпиаде.
Так прошла неделя.
С утра — мультики.
Днём — стадо бизонов над головой.
После полуночи — Шуфутинский по кругу.
Бронислава Витальевна выучила репертуар соседа наизусть. Нервы сдавали.
Она вспомнила тихую квартиру сына, покладистую невестку, уютное гнёздышко... И поняла, что совершила ошибку.
Утром восьмого дня она собрала вещи и села в автобус.
Возвращение блудной свекрови
Было солнечное воскресенье. Алина и Рома завтракали, обсуждая ремонт, когда в домофон позвонили.
— Алло? — ответила Алина.
— Алиночка... — раздался до боли знакомый голос. Алина стиснула зубы.
— Бронислава Витальевна?
— Да. Пусти меня, пожалуйста.
Алина нажала кнопку и переглянулась с Ромой. Он молчал. Она — тоже.
Через минуту свекровь стояла на пороге. Измученная, уставшая, с тёмными кругами под глазами. Алина посторонилась.
— Я не могу там жить, — выдохнула Бронислава Витальевна.
И выложила всё. Про Шуфутинского, про бизонов сверху, про мультики, про бессонные ночи.
— Помогите найти квартиру, — попросила она. — Только недалеко от вас.
Ребята переглянулись. Помогать не пришлось.
С того дня сварливая Бронислава Витальевна исчезла. Вместо неё появилась тихая, скромная женщина, которая даже несмотря на аллергию на химию, помогала с ремонтом. Она больше не включала музыку по утрам, не критиковала невестку и не лезла в её отношения с сыном.
А когда родился внук, Бронислава Витальевна оказалась идеальной бабушкой. Заботливой, любящей и... удивительно молчаливой.
— Слушай, — как-то спросила Алина у мужа. — А может, нам её всё-таки обратно в ту квартиру переселить? А то она какая-то пришибленная ходит.
— Не надо, — улыбнулся Рома, обнимая жену и сына. — Она уже получила свой урок. И мы получили нормальную маму. Так что спасибо Шуфутинскому.
Алина засмеялась. Иногда для восстановления справедливости достаточно просто найти правильных соседей.