Настя влюбилась в Максима с первого взгляда. Еще бы: спортивное тело, военная выправка, идеально выглаженные рубашки, умение готовить и педантичная аккуратность в быту. Такого днем с огнем не сыщешь.
— Почему ты настолько идеальный? — спросила она как-то вечером, глядя на то, как он аккуратно складывает носки по цветам.
— Спасибо отцу, — улыбнулся Максим. — Он военный. С детства приучил к дисциплине, спорту и порядку. Строгий, но справедливый.
— Познакомишь? — Настя даже представить не могла, во что выльется это знакомство.
Часть 2. Первый звонок
Свадьба была еще не скоро, но знакомство с родителями состоялось в дорогом ресторане. Свекровь, Алла Михайловна, робко поздоровалась и буквально юркнула за стол, стараясь быть незаметной.
Зато Егор Романович появился как ураган. Зычный голос, тяжелый взгляд, которым он буквально просканировал Настю от туфель до макушки.
— Егор Романович, — отчеканил он, пожимая руку. И тут же, без перехода: — У вас туфли грязные.
— Простите? — опешила Настя.
— Грязь на обуви. Юбка плохо отглажена. Ногти вызывающего цвета, — вынес он вердикт.
— Красный маникюр — это классика, — попыталась защищаться девушка.
— В моем понимании классики — это неприемлемо, — отрезал будущий свекор.
За ужином Настя узнала, что у нее «неспортивная фигура», «несолидная профессия», «неправильная прическа» и, кажется, даже неподходящий цвет глаз. Замечания сыпались как из рога изобилия.
Когда они с Максимом вышли на улицу, Настя осторожно спросила:
— Твой папа всегда такой?
— Да, профессия обязывает, — беззаботно ответил жених. — Ты привыкнешь.
«Не хочу я привыкать, — подумала Настя. — Но видеться-то мы будем только по праздникам».
Часть 3. Ловушка
За месяц до свадьбы фирма Насти обанкротилась. Пришлось срочно искать новую работу, и зарплата оказалась в два раза меньше прежней.
— Мы не потянем съемную квартиру, — ужаснулся Максим, увидев цифры. — Ни ипотеки, ничего.
— И что делать? — растерялась Настя.
— Папа предлагал пожить у них. Говорит, глупо деньги на съем тратить, лучше на свою квартиру откладывать.
Настя вспомнила ресторан, грязные туфли и разнос по всем фронтам.
— Я не смогу жить с твоими родителями, — тихо сказала она.
— А выбор есть?
Подумав, Настя грустно ответила:
— Выбора нет.
Часть 4. Доброе утро
Свадьба прошла на удивление гладко. Егор Романович держался в стороне, хотя по его лицу читалось, что праздник он не одобряет. Но первое утро в новом доме Настя запомнила на всю жизнь.
Кто-то резко сдернул с нее одеяло.
— ПОДЪЕМ!
Настя в ужасе прикрылась руками и заморгала. Над ней стоял свекор. Его ни капли не смутило, что невестка в кружевной ночнушке.
— Десять минут на сборы. Жду в гостиной, — рявкнул он и вышел.
Настя глянула на часы. Семь утра! Она повернулась к мужу, но его половина кровати была пуста. Максим уже встал.
Часть 5. Конституция казармы
В гостиной ее ждала вся семья, выстроившаяся как на плацу.
— Сесть! — Егор Романович указал на место рядом с Максимом.
— Почему вы со мной как с собакой разговариваете? — возмутилась Настя.
Максим дернул ее за руку и зашептал: «Потом, потом!»
— Анастасия, ты теперь живешь в моем доме. Запомни правила, — отчеканил свекор. — Они не обсуждаются.
Правила дома Романовых:
Режим: Отбой в 22:00, подъем в 6:00 в будни, в 7:30 в выходные.
Кухня: Завтрак готовишь ты. Каждое утро. Для всех.
Еда: Только за общим столом, строго по часам. Перекусы под запретом.
Финансы: 30% зарплаты сдаешь в семейный фонд.
Внешний вид: Из комнаты выходить только одетой и причесанной. Халат и пижама — табу.
Помощь: Если моей жене нужна помощь, ты бросаешь все и помогаешь.
Личное время: Два часа в день. Утром и вечером.
Спорт: Обязательные тренировки. Первое время контролирую лично.
Дети: Если родишь ребенка, сделаем тест ДНК. Это не обсуждается.
Приказы: Мои приказы выполняются немедленно и беспрекословно.
Настя замерла. Она обвела взглядом семью в поисках улыбки. Может, это шутка?
— Сегодня исключение, — продолжил Егор Романович. — Ты встала позже, вышла в халате, не готовила завтрак. Завтра правила вступают в силу.
— А если я откажусь? — выпалила Настя.
— Тогда уйдешь или примешь наказание.
— Посадите в карцер? — нервно усмехнулась девушка.
Улыбка погасла под его тяжелым взглядом.
— Иди одевайся. Позавтракаем, и я поведу тебя на спортплощадку. Тебе нужно подтянуть форму.
Часть 6. День сурка
Настя не присела ни разу за весь день. Сначала спортплощадка до полного изнеможения, потом помощь свекрови, потом поездка за продуктами, где Алла Михайловна робко объясняла, какую картошку любит Егор Романович.
Вечером Настя рухнула в кровать, но заснуть не смогла. Она с детства была совой, а тут всего 10 вечера! Помучившись полчаса, девушка достала ноутбук и наушники, решив посмотреть кино. Она даже не подумала, что свет от экрана бьет в щель под дверью.
Дверь распахнулась через минуту.
— Использование гаджетов в ночное время запрещено! — рявкнул Егор Романович, выхватывая ноутбук.
— Это мое личное! — закричала Настя.
— Получишь утром. Спать.
— Я не могу уснуть! Я никогда не ложусь в 10!
— Значит, мало устаешь. Завтра нагрузку увеличим. И роутер на ночь буду отключать.
Свет погас. В темноте Настя услышала голос мужа:
— Надо было с головой одеялом накрыться, как мы все делаем. Теперь и правда без интернета останемся.
Настя похолодела. Он не шутил. Он ее винил.
Часть 7. Миллиметры и суп
Жизнь превратилась в адскую «день сурка» с военным уклоном. Встать, завтрак, работа, помощь по дому, отбой и бессонница.
Егор Романович взялся за ее «воспитание» всерьез.
Сначала запретил косметику и маникюр.
Потом заставил перегладить все вещи и перечистить всю обувь, пока он не одобрит результат.
Затем за дело взялась свекровь.
— Картошку в суп режь крупнее, а морковку мельче, — учила Алла Михайловна. — Егор Романович не любит, когда в тарелке каша.
— Такую? — Настя показала нарезку.
— Нет, это слишком крупно. Надо на два миллиметра меньше.
«Да он не заметит!» — подумала Настя.
Заметил. Егор Романович молча встал из-за стола, собрал тарелки с супом, вылил все в кастрюлю, отнес в туалет и спустил в унитаз. Вернулся, поставил пустую кастрюлю перед Настей и коротко бросил:
— Переделывай.
Часть 8. Бутерброд — преступление
Однажды Настя попалась с бутербродом. Она шла в комнату, чтобы быстро перекусить, когда в коридоре возник свекор.
— Анастасия, правило насчет еды помнишь?
— Я есть хочу, — огрызнулась она.
— Если не наедаешься, увеличу порции за столом. А сейчас иди и выброси бутерброд.
— Это продукты! Нельзя выбрасывать еду!
— Верно. Это будет на твоей совести. Ты должна стать ответственным человеком, если хочешь рожать мне внуков.
«Да никого я тебе не рожу», — подумала Настя с такой злостью, что в глазах потемнело.
Часть 9. Карцер
Утром она проспала. Вскочила, увидела время и рванула на кухню в одной ночнушке. В коридоре ее перехватил Егор Романович.
— Два нарушения. Проспала подъем. Вышла раздетой.
— И что? Ничего страшного! — взорвалась Настя. — Ваши правила — это бред!
— Ты приняла их, когда въехала. Не нравится — уходи.
— Вы знаете, что мне некуда!
— Значит, примешь наказание.
Он схватил ее за руку, протащил по коридору, впихнул в комнату, вырвал из рук телефон и закрыл дверь снаружи. Щелкнул замок.
— Восемь часов на размышления, — донеслось из-за двери.
— Мне на работу надо! Меня уволят!
— Это последствия твоих решений. Думай, как их избежать в будущем. Еду получишь вечером.
Настя колотила в дверь, пока не сбила руки. Потом поняла, что Максим ее спасет. Но услышала, как муж спокойно собрался и ушел на работу.
Роутер отключили. Ни интернета, ни связи, ни еды. Только стены и собственные мысли.
— Я сбегу, — пообещала Настя своему отражению в темном окне. — Накоплю и сбегу. Даже если Максим не пойдет.
Часть 10. Муж
Вечером она набросилась на мужа:
— Ты слышал, что он меня запер?! Почему не открыл?!
— Сама виновата, — пожал плечами Максим. — Подумаешь, посидела в комнате. Я однажды неделю просидел, и ничего.
— Это пытка! Максим, давай съедем! Комнату снимем, студию, что угодно!
— Не выдумывай. Лучше жить по папиным правилам. Что в них плохого? Режим, спорт, нормальная еда... И вообще, он о тебе заботится. На прошлой неделе за тобой на работу приехал, чтобы под дождь не попала. Когда ты болела, лекарства купил.
— Да, он то заботится, то пытает! Я не могу так!
— Настя, — жестко сказал Максим. — Я против переезда. Денег нет. Смирись и соответствуй.
В эту секунду Настя поняла: мужа у нее нет. Есть сын своего отца. И рассчитывать можно только на себя.
Часть 11. Идеальная невестка
На следующее утро Настя проснулась за час до подъема. Сама. Приготовила завтрак, накрыла стол, нарезала картошку с точностью до микрометра.
— Так-то лучше, — довольно крякнул Егор Романович. — Всего восемь часов взаперти, а какой результат!
— Простите меня, — опустила глаза Настя. — Я так благодарна вам за приют!
Внутри нее кипела лава.
«Смейся, смейся, тиран. Я тебя еще переиграю».
Часть 12. Побег
Настя бросилась в работу. Засиживалась допоздна, брала сверхурочные, ездила в командировки. Это была единственная уважительная причина отсутствовать дома, которую признавал Егор Романович.
Начальница заметила старания.
— Ты очень выросла, — сказала она. — Хочу предложить повышение. Но там много командировок. Ты же замуж вышла, наверное, хочешь с семьей сидеть?
— Я согласна! — выпалила Настя так, что начальница вздрогнула.
Часть 13. Свобода
В командировке Настя вдохнула полной грудью. Гуляла по вечерам, ходила в кино, заказывала в номер пиццу (свекор разрешал только «здоровую пищу») и до утра смотрела сериалы.
Возвращаться домой не хотелось. В клетку.
Когда она вошла в квартиру, Максим бросился ее обнимать. Настя поняла: она не скучала. Совсем. И кажется, уже не любит.
Разбирая чемодан, пришло уведомление о зарплате.
— Мне премию дали! — ахнула она и тут же набрала начальницу: — Я согласна на любые командировки! В любое время!
В дверях появился Максим.
— Ты чего кричишь?
Настя посмотрела на него, на чемодан, на баланс в телефоне и выпалила:
— Максим, мы разводимся.
— Чего?
— Я ухожу. Я не люблю тебя больше. И эту казарму ненавижу. Для тебя это нормально, а для меня — ад. Я ухожу сейчас.
Она швыряла вещи в пакеты. Максим стоял столбом.
— Куда ты пойдешь? На вокзал?
— Сначала в хостел, потом сниму квартиру. Меня повысили. Я сама себя прокормлю.
В комнату заглянул Егор Романович.
— Хватит болтать. Максим, мыть машину. Анастасия, на кухню.
— Не пойду, — с наслаждением сказала Настя. — Я развожусь с вашим сыном. Вы мне больше никто. И знаете, это лучшее, что со мной случилось.
Часть 14. Эпилог
Через год Настя встретила Максима в центре города. Он шел с девушкой. На пальце новой жены сверкало кольцо.
Настя окинула ее взглядом: никакого макияжа, юбка выглажена до остроты, туфли блестят, взгляд затравленный.
«Плавали, знаем».
Максим узнал ее не сразу. Настя сменила стиль, сделала модную стрижку, дорогой маникюр. Она теперь была начальницей вместо той самой начальницы, которая ее повысила.
Он испуганно дернулся, когда понял, кто перед ним. Настя подошла к его новой жене, игнорируя бывшего мужа.
— Послушай меня, — тихо сказала она. — Беги из этого дома. Ты достойна нормальной жизни. Не казармы.
Девушка округлила глаза.
— Это кто? — спросила она Максима.
— Сумасшедшая, не обращай внимания!
Но по глазам девушки Настя поняла: та догадалась. И задумалась. По-настоящему задумалась.
Настя пошла дальше, улыбаясь.
«Интересно, сколько их еще будет? — подумала она. — Дурочек, которые поведутся на идеального мальчика с военной выправкой, а получат в придачу полковника-сатрапа. Максим, Максим... Не видать тебе счастья, пока папа командует парадом. Не все рождены для казармы».