Утром Алиса чувствовала себя еще больше разбитой. От почти бессонной ночи она не могла найти, чему порадоваться. Хотелось провести весь день в постели, но появилась румяная Дуняша, принялась открывать шторы, заявив, что «они ждут завтраку».
Вот ночи ему не хватило, подумала Алиса, позволяя собрать себя. Она традиционно отказалась от выбора платья и попросила побыстрее заколоть волосы.
− Что с вами, Мария Алексеевна?
− Спала очень плохо, − заявила Алиса, глядя в зеркало, как Дуняша прилаживает бархатную ленту к низкому узлу волос. Мари, как всегда, выглядела прелестно, скорчила гримаску Алиса. Может, это какой-то особенный вид кожи или все дело в этих высоких веках, которые никогда не выглядели набрякшими.
Когда в зеркале отразилась красивая и собранная женщина в темно-синем платье с освежающим белым воротничком, Алиса отправилась в столовую. Князь вскочил при ее появлении и запечатлел нежный поцелуй на губах.
− Мари, вчера ты была великолепна. Как будто это и не ты.
Алиса чуть не фыркнула. Мари, видимо, истосковалась без тела и с удовольствием вернулась к супружеским обязанностям.
«Если ему так хорошо, от того, что он ей попользовался, придется с этим смириться», решила Алиса, глядя на очередные горшочки с кашами, выставленные на столе.
Неожиданно захотелось есть. Вчера не ужинала, да и обедала плохо. А у Николаши съела только один пряник.
− Дорогой, − сказала она, дождавшись, чтобы князь сел напротив. – Мне бы хотелось яичницу с беконом.
Грибочек, который он ловко подцепил вилкой, свалился на белоснежную скатерть.
− Мари, ты сама настаивала, что мы должны соблюдать пост.
Так в пост и любовью нельзя заниматься, вспомнила Алиса. Как-то выборочно ведут себя дворяне.
− Это было давно. А сейчас мне кажется, я умру, если не съем что-нибудь мясное.
− Но яичница с беконом – это большое нарушение.
Алисе показалось, что князь сглотнул слюну.
− Может, присоединишься, дорогой? Разделим один маленький грех, как вчерашнюю ночь на двоих? – злорадствовала Алиса, заметив колебания на его лице.
− У меня для тебя есть новость, − заявил князь, поджав губы. − Алиса заметила, что в столовую вошла Настя.
− Настенька, пожарь нам яичницу с беконом и унеси эти кашки. – И сделай кофе со сливками.
Глаза у князя Андрея совсем округлились, он даже хватанул воздух ртом, но не решился ничего сказать.
Когда удивленная Настя исчезла, Алиса посмотрела на князя Андрея.
− Рассказывай, дорогой.
− Вчера я принял предложение великого князя и должен уехать, как ты и просила. Только боюсь, пойдут разговоры. И мне жаль, что пойдут пересуды. Ты этого не заслужила.
− О, за меня не бойся. Пройдет время и все забудется, − Алиса вспомнила, что декабристы простили друг друга за все доносы и снова стали друзьями на каторге. – Я постараюсь представить дело так, будто у тебя не было выбора. Катрин мне поможет. Мы вдвоем что-нибудь придумаем.
Может, мне удастся еще и Трубецкого спровадить, подумала Алиса, чувствуя, как в голове начинает вырисовываться план, а депрессия отступает. И Рылеева надо спасти. И тут вдруг сердце у нее заныло: а что, если все-таки Николаша примкнет к этому обществу?
Внезапно у нее в голове мелькнула гадкая мыслишка: если пойти и сдать всех участников тайного общества, тогда Николаше некуда будет вступать. История обойдется и без декабристов. На каторгу их точно не сошлют, отсидят недолго в тюрьме и все. Ну что за мысли? Тут же ругнула себя Алиса. Видно совсем от любви крыша потекла.
− Ты последнее время сблизилась с княгиней Трубецкой, − заметил Андрей. – Что-то раньше…
− Ну раньше я и пост всегда выдерживала, − улыбнулась Алиса, сначала почувствовав аппетитный запах, а потом и увидев Настю с подносом. На сковородке еще шипела яичница с беконом. – А теперь так приятно все нарушать. Знаешь, Андрей, я поняла, что играть нужно по своим правилам.
Князь Андрей закашлялся, подавившись воздухом.
− Скорее, милая, − поторопила она служанку. – Умираю с голоду. − Алиса повернулась к мужу и с улыбкой сказала: − Дорогой, мир не так просто переделать, не так ли?
− Мари, − Андрей покачал головой. – На пятом году брака я понял, что не знаю свою жену.
− Должна быть в женщине какая-то загадка, − пропела Алиса фразу из фильма «Чародеи» и принялась за яичницу.
Чуть помедлив, князь Андрей последовал ее примеру и только после того, как с яичницей было покончено, вновь посмотрел на Алису. Взгляд у него стал добрее, а лицо казалось не таким унылым.
− Приятно нарушать, правда? – засмеялась Алиса. – Думаю, вы создали это общество для того, чтобы иметь тайну. Это ведь так здорово просыпаться с мыслью, что у тебя есть благородная цель.
− Мари, боюсь, у меня совсем нет времени. Уехать придется сегодня, − он посмотрел на Алису.
Она приподняла брови.
− Так быстро? А с другой стороны это хорошо. Император может умереть со дня на день, и вам придется выступать. А ты уже будешь далеко. Моя душа будет спокойна.
«Мари останется довольна, что я спасла её мужа», - подумала Алиса.
− Есть одна вещь, которую я не успеваю сделать. Мне так жаль, что мне придётся впутывать тебя в свои дела. Но ещё хуже, если вдруг будет обыск.
− Что такое, дорогой? Я всё сделаю, − Алиса отложила вилку и уставилась на князя Андрея, чувствуя как в груди поднимается волнение.
− Сможешь передать Кондратию бумаги, над которыми я работал. Это очень важно.
Бумаги? Что это? «Русская правда» Пестеля? Или манифест?
− Ты же ведь сделаешь это, милая?
− Если что-то произойдет, тебя могут опознать по почерку. Это опасно, − Алиса чувствовала, как подрагивают пальцы рук.
− Мари, я должен сделать хоть что-то для них. Иначе я останусь здесь, − лицо князя Андрея стало суровым.
− Нет-нет, тебе нужно ехать. Я передам бумаги. Но я не знаю, где живет Кондратий.
− Я напишу адрес, − князь Андрей посмотрел на подошедшую к столу Настю, которая поставила на стол кофейник и молочник со сливками.
− Дорогая, есть одна вещь, которую я хочу тебе подарить. Идем со мной.
Они оба вышли из столовой. До этого лишь однажды Алиса была в просторном кабинете мужа Мари. Тогда здесь по столу были разбросаны бумаги, а сегодня царил образцовый порядок человека, который понимал, что скоро сюда не вернется. Две стены заняли шкафы с книгами, у окна большой стол с подсвечником. Свечи сгорели лишь наполовину. Рядом с чернильницей аккуратно сложенные чистые листы бумаги. У противоположной стороны от стола камин, который еще дымился.
− Я сжег все подозрительное, оставил лишь это, − Андрей передал Алисе увесистую папку зеленого цвета. − Это мой ответ на «Русскую правду». Конституция, которую придумал я. И тут же план восстания.
Алиса прижала папку к груди, вся дрожа от важности исторического момента. Лицо у Андрея было печальным, как у человека, который лишается чего-то самого дорогого. И снова появилась мысль: а вдруг участие этого человека повлияло бы на исход восстания. Может, зря она его уговорила все бросить?
− Машенька, милая, − Андрей обнял ее за плечи, и Алиса вздрогнула от его ласки и от непривычного обращения. – Будь осторожна.
Алиса тоже обняла Андрея. Появилось ощущение, что они больше не увидятся.
− Куда ты едешь? – спросила она.
− Не могу сказать. Как только будет возможно, напишу тебе. Береги себя и наших детей.
− Пойдем в детскую, − сказала Алиса и потянула его за руку. – Попрощаешься с ними.
Кити сидела на руках у няни и теребила в пухленьких ручках тряпичную куклу. Увидев Алису, она издала гортанный радостный звук и потянула к ней ручки. Алиса положила папку и взяла Кити. Девочка доверчиво протянула к ее лицу крохотный носик. Наш прелестный утренний ритуал, подумала Алиса, почувствовав ее прикосновение.
− Как это мило, − сказал Андрей. Голос у него был глухой сдавленный, в котором слышались сдерживаемые рыдания.
− Возьми ее, − Алиса передала Кити Андрею.
Он высоко поднял ее, потом опустил, потом снова поднял, Кити залилась радостным смехом, что-то лопоча. Алиса подумала, что у каждого родителя есть свой утренний ритуал.
Из соседней комнаты прибежал, держа в руках солдатика, Петя. Алиса присела на корточки, чтобы обнять его. Поцеловала в розовую горячую щеку. Петя всегда был такой горячий, от того, что много двигался.
− Я играю в войну, − сообщил он Мари и тут же повернулся к отцу. – Пап, когда мы поиграем в войну с тобой?
Как у сына военного, у Пети было много солдатиков. Алиса однажды видела, как они играли с Андреем. Как заливался смехом Петя, когда ему удавалось скатанным из бумаги шариком-ядром подстрелить папиного солдатика. Андрей вставлял военные термины, солдатики умели ходить строем, поворачиваться направо-налево. Алиса не сомневалась: Петя пойдет по стопам отца. Станет военным.
Лицо Андрея помрачнело. Он передал Кити Алисе и присел на корточки перед сыном. Потрепал по светлым волосам.
− Петруша, мы обязательно поиграем, но сейчас я должен уехать, − лицо мальчика помрачнело, он всхлипнул носом.
− Но ты же обещал, что мы сыграем в Бородино. Моя армия готова.
Алиса вновь подивилась, как четко маленький князь выговаривает букву «р». Никаких логопедов не нужно.
Князь Андрей нарочито сделал серьезное лицо.
− Рядовой Репнин, остаешься за главного в доме!
Петя вытянулся, его личико стало серьезным и он, как настоящий военный, отдал честь маленькой ладошкой. У Алисы на глазах выступили слезы.
Похоже, я все-таки права, что убедила его. Не без помощи Мари, конечно. Только бы великий князь, который вот уже в следующем месяце станет императором, пощадил бы Андрея.
Что будет с этими прелестными детьми, если отца отправят в ссылку, а ее обратно в ту московскую жизнь? Ведь ни у Мари, ни у Андрея нет никаких близких родственников, которые могли бы о них позаботиться.
Наконец, Андрей бросил прощальный взгляд на детей и взглянул на Мари.
− Мне нужно идти. Не забудь документы.
− Я провожу, − она встала.
− Мама, а ты еще придешь?
− Чуть позже. Я поиграю с тобой в войну вместо папы.
− Тогда мои солдаты должны быть готовы к смотру. Да, пап?
− Да, милый, − Андрей присел и в последний раз обнял сынишку.
Алиса всхлипнула.
− Мама, не плачь, − тут же сказал маленький князь. – Я теперь за главного, и я не разрешаю.
Алиса, прижимая папку к груди, вышла из детской. Князь Андрей последовал за ней. Она слышала его прерывистое дыхание и боялась обернуться, чтобы не увидеть мужских слез. «Надо же, как я включилась в чужую жизнь», подумала Алиса. Ей даже пришлось снова напомнить себе, что она не Мари. Бесполезно. Слишком привыкла играть чужую роль.
Они миновали его комнаты, потом ее, куда она зашла на минутку, чтобы положить документы, и спустились вниз в просторный холл. Посмотрели друг на друга. Глаза у князя Андрея были сухие, но покрасневшие. Он успел взять себя в руки.
− Машенька, − он второй раз навал ее не великосветским именем, а русским, более проникновенным. – Будь осторожна. Заботься о детях. Я оставляю их на тебя, зная, что они в надежных руках. Дела наши устроены, никаких материальных затруднений у вас не будет.
К своему удивлению Алиса почувствовала, как ее руки тянутся к нему, а она привстает на цыпочки, чтобы прижаться к его безупречно выбритой щеке.
− Я сделаю все, что в моих силах, − сказала Алиса. – Возвращайся скорее.
− Не могу обещать, что это будет скоро, − губы Андрея сжались. – Но я буду писать тебе.
«Куда же его отправили?» – подумала Алиса, увидев, как напряглось его лицо, и тут же забыла об этом, почувствовав, как жадно впились его губы в ее рот.
Поднимаясь на второй этаж в свои комнаты, Алиса подумала, что теперь, как это ни странно, ей будет не хватать князя Андрея. Стоит вспомнить, что до этого, она мечтала избавиться от чужого мужа. И вот свершилось. У нее, как сказал Андрей, остались дети, дом и никаких материальных затруднений. Живи, радуйся и ходи на приемы. Только вот дом сразу осиротел, как за главой дома закрылась дверь.
«Хватит раскисать, - приказала себе Алиса. Прежде чем я решу, стоит ли отдавать документы, с ними нужно ознакомиться».
Навигация по книге:
Вступление Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4 Глава 5 Глава 6 Глава 7
Глава 8 Глава 9 Глава 10 Глава 11 Глава 12 Глава 13 Глава 14 Глава 15
Глава 16 Глава 17 Глава 18 Глава 19 Глава 20 Глава 21 Глава 22 Глава 23
Дорогие читатели!
Заходите на мой сайт. Там есть что почитать: https://romancenovels.ru/