Старец Клеопа Илие поведал одну историю. Жил когда-то монах праведной жизни, который во время чтения Священного Писания задумался над словами: «У Господа один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день» (2 Пет. 3, 8). Он глубоко почитал Богородицу и в искренности своей обратился к Ней с просьбой:
«Матерь Божия, умоли Христа открыть мне: неужели рай настолько прекрасен, что тысяча лет там проходят как мгновение?».
Этот монах нес послушание экклесиарха, следя за порядком во время богослужений и в храме, и был уже в преклонных годах. Однажды вечером, оставшись в церкви один после ухода братии, он вновь помолился Матери Божией о разъяснении этих слов. Двери храма были распахнуты. Внезапно внутрь влетела птица невероятной красоты. Ее оперение сияло и переливалось бесчисленными красками! Увидев это чудо, монах попытался схватить удивительную птицу. Но она ускользала от него, перелетая с места на место и постепенно продвигаясь к выходу. Казалось, будто ее крылья повреждены и она не способна летать. Однако это была лишь хитрость. Когда монах почти настиг ее, птица внезапно взмыла и вылетела через открытую дверь. Рядом с монастырем простирался лес. Птица направилась туда и опустилась на дерево.
Стоял тихий теплый вечер, на небосклоне сияла полная луна. Монах смотрел на птицу, и слезы текли по его лицу от того, что не смог ее поймать. И тут птица запела столь дивную песнь, какой никогда не доводилось слышать человеческому слуху. Монах застыл на месте, не в силах оторваться от райского пения, которое так пленило его, что он — по особому Божьему Промыслу — простоял там целых триста лет!
Наконец песнь смолкла, и птица улетела. Монах очень расстроился и недоумевал, отчего пение так скоро прекратилось. Ему казалось, что птица пела не более часа. Вдруг он вспомнил, что не запер церковь, и отправился обратно, чтобы исправить это. Однако, вернувшись в монастырь, он обнаружил, что все сильно переменилось.
Тогда он направился к монастырскому привратнику. Монах на воротах был изумлен. Птица, которой любовался старец, в действительности была Ангелом Господним, и от долгого пребывания рядом с Ангелом старец сам преисполнился благодати: от него исходило благоухание, а лицо его светилось. Привратник растерялся. Он обратился к старцу:
— Откуда ты пришел, брат?
— Отсюда, из этой обители. Я несу послушание экклесиарха.
— Послушай, я тебя не знаю. Подожди, я схожу к игумену.
Привратник поспешил к игумену и рассказал ему, что у ворот стоит монах со светящимся лицом, держащий церковный ключ и называющий себя экклесиархом.
Игумен сказал: «Впусти его. Сегодня вечером я трижды слышал голос, повелевавший мне распахнуть двери обители и не препятствовать приходу сюда Святого Духа. Пусть войдет. Сердце мне подсказывает, что его приход связан с некой тайной».
Когда старец вошел в монастырь, игумен встретил его и попросил рассказать о случившемся. И тогда старец поведал ему о прекрасной райской птице и ее чудесном пении.
— Как долго она пела? — спросил игумен.
— Около часа, а затем улетела. Я пришел запереть храм, но не могу отыскать свою обитель. Либо я потерял рассудок, либо что-то здесь не так, потому что я был монахом в другом монастыре.
Игумен созвал в церковь всю братию и спросил, знаком ли им этот монах. Но никто из них прежде не встречал старца, и ему тоже их лица были незнакомы.
— Как звали вашего настоятеля? Того, кто сегодня служил в вашей церкви? — спросил игумен у монаха.
Старец назвал имя, они проверили в монастырском архиве и выяснили, что такой настоятель возглавлял обитель триста лет назад. Истина открылась. Все были потрясены и взволнованы. Старец был тронут до глубины души: его молитва была услышана! Он попросил причаститься Святых Христовых Таин и попрощался со всеми.
— Простите меня, братья. Я отхожу в иной мир, и мы свидимся вновь, когда прозвучит архангельский глас, возвещающий Второе Пришествие Христово!
Его лицо засияло, как солнце, и он отошел ко Господу.
А теперь только вообразите: если триста земных лет показались ему столь прекрасными под пение одного ангела, то насколько прекрасен будет рай, где поют тысячи Херувимов, Серафимов, ангелов и других небесных сил. Никто не способен описать красоту рая. Вот почему и мне очень хочется встретиться с вами в раю. Там невероятно красиво! А теперь — до свидания! Давайте встретимся снова в раю!
— Отец Клеопа, пожалуйста, помолитесь, чтобы рай принял нас всех.
Его лицо просветлело, голос зазвучал громче:
— Рай непременно примет всех нас! Напишите мне ваши имена для молитвенного поминовения. И очень прошу: помолитесь и вы обо мне, потому что я — самый грешный человек на свете.
Слава Богу за всё!