Ира заканчивала десятый класс, когда их семью постигло горе. Ушёл из жизни отец. Мать, Наталья Петровна, не находя себе места, всю свою нежность и заботу к дочери теперь удвоила. Она буквально начала контролировать Ирину по часам, вставала раньше, чтобы приготовить завтрак и следила за тем, чтобы Ира как следует поела, а потом категорически заставляла дочку брать с собой в школу бутерброды.
- Ты у меня теперь одна осталась, - говорила со слезами на глазах Наталья Петровна, - ради тебя я и буду жить…
- Ну, что ты, мама, - отвечала Ира, - не надо только ради меня. Ты и сама ещё молодая, только сорок восемь лет, живи и для себя, пожалуйста.
- Ты у нас поздний и очень долгожданный ребёнок… - говорила Наталья Петровна, - а я уже никому не нужна.
- Ты мне нужна, родне нужна, у тебя почему нет подруг? Как так можно? Теперь я уже давно взрослая, на следующий год буду студенткой, уеду в область учиться. Привыкай жить и для себя, мама… - Ира обнимала мать, но та обижалась.
- Как это ты уедешь? И ты сможешь оставить меня одну? После того, как ушёл из жизни папа? – начинала плакать женщина.
Ира пыталась успокаивать мать, и надеялась, что через год мама привыкнет жить без папы, и смирится с положением вдовы. Однако девушка устала от тотального контроля, когда даже на танцы выйти в ближайший клуб она не могла без того, чтобы разрешила ей мать, и было установлено точное время возвращения: минута в минуту должна была Ира вернуться домой, иначе мать закатывала истерики.
- Ты ещё несовершеннолетняя, между прочим, и совершенно не знаешь жизни, доченька, - говорила Наталья Петровна, - поэтому я за тебя в ответе, и не мотай мне нервы своими гуляниями, учись.
- Я и так хорошо учусь, и надеюсь поступить в институт.
- Надеяться можно, конечно, но учить тебя буду я, - снова напоминала мама, - и мне становится ясно, что ты должна поступить на заочное, чтобы нам было спокойнее и проще.
- Но папа оставил мне денег на обучение. В этом смысле я всегда была ему очень благодарна и тоже спокойна. Отчего ты решила, что на заочном мне будет лучше? – заволновалась Ира.
- А почему я не могу этот вопрос решить? – твёрдо ответила мать, - да, деньги папа тебе оставил, но теперь я решаю где и как тебе продолжать образование.
Ира поджала губы и не стала пока спорить, решив, что не пришло ещё время. Девушка надеялась, что мать немного успокоится, привыкнет жить одна, ведь у неё работа в редакции, коллеги, и жизнь продолжается, даже без папы, такого дорогого и необходимого им обеим…
Однако за год ничего в намерениях матери не поменялось, и она очень твёрдо стояла на своём, а ещё изо всех сил пыталась отговорить дочь от дружбы с одноклассником Павлом, которая продолжалась уже два года, став любовью.
- Ты о чём думаешь? Разве можно часами болтать с ним по телефону? Вы ведь с ним в школе видитесь, и этого вполне достаточно, - сердилась Наталья Петровна, - и когда ты успеваешь учиться?
Ирина скрывала от матери свои свидания, и старалась встречаться по выходным дням тайно с Пашей, когда шла на рынок или в библотеку.
Когда школа была закончена, снова встал вопрос о поступлении. Ира уже подключила к вопросу поступления и своих учителей, и соседей, и даже коллег мамы, чтобы те убедили Наталью Петровну отпустить дочь на очную учёбу.
- Ирина скромная и послушная, она хорошо учится, помогает дома, что ещё надо от ребёнка? – спрашивали Наталью коллеги.
- В том и дело, что она ребёнок, несмотря на свои уже восемнадцать лет, и она у меня одна! – отвечала Наталья, - что я тут без неё делать буду? С ума сходить?
- Ах, вот в чём дело. Ты о себе думаешь больше, а не о будущем Иры. Теперь всё понятно… - кивали сотрудницы, - не будь эгоисткой, пусть дочка учится и начинает самостоятельную жизнь.
Однако Наталья Петровна не желала сдаваться. Она начала при дочери симулировать сердечные приступы, вызывала скорую помощь, ходила по врачам, однако медики не находили болезней, и даже не давали ей больничного листа, а потом и вовсе начали направлять к психиатру.
Успокаивали Наталью уже и соседи. Особенно в последнее время стала чаще заходить Наташа к соседке, что жила этажом ниже. Были они почти ровесницами, Валя давно была в разводе, и старалась уверить Наталью, что скоро кризис у неё пройдёт, и она станет находить даже прелести в том, что живёт одна.
- Пойми меня, я всю жизнь была женой, матерью… Мой Петя был ухожен, обласкан, всегда чистый и сытой. Дома он ничего не делал, только ходил на работу. Я управлялась со всем сама. Даже не представляю мужчину у плиты или со шваброй! – рассказывала Наталья соседке.
- Да мы знаем, что ты отличная хозяйка и добрая жена и мать, но пойми, девочка выросла, а как ты будешь принимать то, что она выйдет замуж? – говорила Валентина.
- Ой, - хваталась за голову Наталья, - даже не говори… И думать об этом не могу, страшно. Но надеюсь, что это ещё не скоро случится, и мне надо будет как-то привыкать к этой мысли…
Наталья Петровна снова начинала вытирать глаза, жалея о прошлом. Но дочку она всё же отпустила осенью в институт, гордясь тем, что Ира поступила на исторический факультет.
Ирина была рада, что мать смирилась с её переездом в областной город, тем более, что они с Павлом стали учиться на одном факультете.
Первое время Ира приезжала домой на каждые выходные, а потом начала уставать от поездок на электричке, и говорила маме, что она экономит на проезде, и стала звонить каждый вечер, чтобы уведомить маму обо всех новостях дня.
Так прошло полгода, и Наталья Петровна немного свыклась с новым своим положением, хотя несколько раз приезжала к дочери, чтобы увидеть своими глазами и корпуса института, и комнату общежития, где Ира жила с двумя девушками.
- Как тут она? Не гуляет ночами? – не преминула спросить у студенток-соседок Наталья Петровна, чем обидела Иру, а девушки смутились.
Однако, вскоре Ира стала замечать, что мать уже на так зовёт её на выходные домой, и что телефонные их беседы становятся всё короче и мама первая заканчивает разговор.
- Не понимаю, отчего она вдруг так быстро успокоилась? – говорила она своему Паше, - неужели заболела, и хочет скрыть это от меня? А если её сердце всё-таки начало подводить из-за волнений за меня?
Ирина без предупреждения поехала домой однажды в пятницу, отпросившись с последней пары, и уже к ужину стучалась в дверь своей квартиры.
Каково же было её изумление, когда она не застала дома маму! На телефонный звонок мать ответила не сразу, и голос её был растерянным.
- А ты не говорила, что приедешь в эти выходные, - сказала мама, - ты где?
- Как это где? Дома. А ты где? – ответила дочь.
- Я… я скоро вернусь, ты пока ешь. В холодильнике ужин, - ответила Наталья Петровна.
Ирина открыла холодильник и поразилась: салаты в красивых праздничных хрустальных вазочках были накрыты пищевой плёнкой. Замаринованная в томате рыба была уложена в фарфоровой супнице от сервиза…Бутылка вина ожидала на подоконнике, а два фужера рядом были накрыты белоснежной салфеткой.
Так мама готовилась только к праздникам. Ира села на стул и стала припоминать: какая же сегодня дата? К какому торжеству готовилась мать? Как могла Ирина забыть важное событие?
Но сколько девушка не вспоминала, так и не могла припомнить ничего важного для их семьи.
Она машинально пошла к соседке вниз, зная об их вспыхнувшей дружбе с мамой в последние месяцы. Валентина быстро открыла дверь. Она была в халате и фартуке, и удивилась, увидев на пороге Ирину.
- А я думала, что Николай вернулся… А, это ты, Ириш, что случилось?
- Николай? Вы вроде одна живёте. Не знаете, где мама? И что за праздник у нас сегодня? – Ира засыпала вопросами соседку, видя по её глазам, что та что-то знает.
- Я думала, что мама тебе сказала. Она с моим братом, понимаешь? – начала Валентина, - ты уже девушка взрослая, а уж мама твоя и подавно. Так что не суди её строго. Так даже и лучше будет и им, и тебе тоже…
- А разве у вас есть брат? Никогда не слышала… - Ирина села на табурет в кухне соседки, - откуда он взялся?
- Двоюродный. На пенсию вышел. Вот и стал по гостям ездить. Давно собирался, и приехал неделю назад ко мне на день рождения из Москвы. Приехал на пару дней, а остался на неделю. И всё Наташа! Уж как они друг другу понравились! Можно сказать, с первого взгляда, - с улыбкой рассказывала Валя, - такое в нашем возрасте не часто случается… Так что, думаю, им обоим повезло. Но нужно время, спешить не надо…
Ира не могла вымолвить ни слова. Обида, вдруг захватившая её, покрыла лицо краской, а потом девушка почувствовала, что слёзы стали выступать на глазах, и ей, чтобы скрыть своё волнение, пришлось сделать усилие и улыбнуться.
Она поблагодарила соседку, встала и пошла домой. Но трогать в холодильнике ничего не стала. Быстро взяв свою сумку, Ира поторопилась уйти из дома.
Ночевать она решила в этот вечер Ира у подруги детства, написав маме сообщение, что не сможет остаться, торопится, и только взяла кое-какие тёплые вещи и уехала обратно.
Мать написала ей в ответ, чтобы Ира позвонила, когда доберётся в общежитие. И всё.
Ирина, увидев такую смс, даже не пошла ночевать к подруге, а прямиком направилась на последнюю электричку. Она ехала обратно и плакала, кусая губы. Да, после ухода отца прошёл год, ну, полтора… И только! Даже не два, не три, не пять… А мама, так остро переживающая своё вдовство, так внезапно переключилась на другого! Разве такое может быть?
Девушке было обидно не за себя, а за отца, который работал для них, обеспечивая им нормальную жизнь, торопился побольше оставить накоплений, не сразу говоря маме о своём диагнозе, и скрывая его некоторое время, не видя смысла тратить деньги на бесполезное лечение. Так он потом и говорил, уходя…
Вернувшись в общежитие, Ирина послала матери смс, и легла спать. Девушек-соседок не было, они тоже уехали домой, к своим родным. И лишь Пашка по телефону долго успокаивал свою любимую. Он и уговорил её понять маму, и принять реальность: не все могут жить одни, а непременно надо некоторым людям отдавать часть своей души постоянно близким, иначе они и не видят смысла в жизни.
- Твоя мать из таких... И ты это испытала на себе. Вагон заботы, советов, указаний и любви. Ничего не случится с ней страшного, если она будет отдавать часть своей энергии другому… И тебе, и ей станет легче.
Ирина молчала, а потом сказала Паше:
- Не знаю, всё может, и правильно, но уж как-то слишком неожиданно и рано…Спокойной ночи. Как хорошо, что у меня есть ты, Паша…
Наутро мама сама позвонила Ирине. Ира не сразу взяла трубку, потому что поздно заснула этой ночью. Мать расспрашивала о делах Иры, ничего не говоря о своих новостях.
- Мам, при встрече поболтаем, я поздно заснула, давай, пока…- Ира отключила телефон. Она несколько дней не звонила матери, отписывалась только сообщениями, в которых было одно: много лекций, очень занята…
А Наталья Петровна услышала от Вали, что дочка теперь всё знает, и тоже не стала докучать Ирине звонками, дав дочери время на принятие этой информации, затаилась.
Так мать и дочь две недели не звонили друг другу, но первой не выдержала Наталья. Она приехала к Ире, нашла её в институте, и позвала в кафе.
- Нам надо поговорить, доченька, я чувствую, что ты на меня в обиде… Вот только плохого тебе я ничего не сделала, и никогда не сделаю, ты знаешь, - начала Наталья сразу же, как они сели за столик.
Ирина молчала, изредка поглядывая на мать.
- Да, я нашла мужчину, друга, и что в этом плохого? – снова спрашивала Наталья дочку, - или ты считаешь, что я должна оставаться вдовой до конца своих дней? Не молчи, пожалуйста.
- Что ты от меня хочешь? – Ира резко повернулась к матери, - чтобы я кинулась на шею к незнакомому дядьке и называла его папой? Мне не осилить такое даже ради тебя. Делай что угодно, живи как хочешь, только оставь меня в покое. И не вспоминай больше папу со слезами! Кажется, ты уже перестала по нему плакать? Вот и ладно. Извини, но я не хочу есть, и мне пора.
- Куда ты? Мы давно не виделись, я хотела узнать как твои дела… - только и успела сказать Наталья.
- Всё нормально. Я спешу на свидание, меня тоже ждёт любимый… - Ира чуть смягчила тон, - и раз уж мы начали о любви, то мы с Пашей собираемся пожениться. Нет, пышной свадьбы не будет, но мы собираемся стать семьёй, если ты не против.
- Я никогда не была против, что ты… Раз ты так решила, - торопливо ответила Наталья Петровна, и стала искать платок в сумочке, - об одном прошу: не спешите. Ещё только первый курс, Боже мой…
- Я бы тоже хотела, чтобы ты не спешила, но разве могу я тебе советы давать? Кто я? – Ира встала и быстро вышла из кафе.
Наталья сидела одна, когда официант принёс ей кофе, вздыхала и смотрела в окно, вытирая слёзы.
Ира и Паша закончили первый курс и поехали летом в пригородный посёлок, где брали студентов для работы в теплицах. Там и квартиры предоставляли, и питание, и платили неплохо.
Ира только звонила матери, не обещая пару месяцев приезжать домой – работа по договору. Наталья Петровна так влюбилась в своего нового друга, что теперь больше общалась с ним, чем с дочерью. Они встречались то в Москве, где он жил, то вместе поехали в отпуск на море. А после отпуска уже Наталья уволилась с работы и переехала в столицу.
Но это было не единственным большим событием в её семье. Ирина и Паша расписались ближе к осени, отметив событие скромной студенческой свадьбой, о чём уведомили своих родителей. Наталья плакала, узнав что «натворила» дочь, а родители Паши знали о предстоящем торжестве и встретили молодых дома с накрытым столом, подарками и роднёй уже на следующий день.
- И как же вы теперь будете жить и учиться? – спрашивала Ирину Наталья по телефону.
- А мы последовали твоему совету, мама, - засмеялась дочка, - перешли оба на заочное. Жить будем у нас, раз ты уехала, нам работать надо, мы – молодая семья и очень хотим ребёнка…
Наталья вздохнула, поздравила дочку, но приехала с новым гражданским мужем только через месяц, чтобы навестить молодых. Остановились Наташа и Николай у сестры Валентины, чтобы не мешать молодой паре. Их приезд был и знакомством, и примирением матери и дочери.
Теперь обе успокоились, Ира уже не сердилась на мать, приняв её решение, а Наталья уже не давала советы, видя, что дочь счастлива и они с Павлом оба работают и не бросают учёбу.
Когда мать уехала в Москву с Николаем, Ирина со вздохом сказала, глядя в окно:
- И чего она в нём нашла? Ему шестьдесят один год, а ей только пятьдесят… Такая разница в возрасте, и это видно.
- Наверное, любовь. И оба хотят иметь семью, а это ведь неплохо. В любом возрасте. И не такие уж они и старые! – Павел обнял молодую жену, и она улыбнулась.
Отношения матери и дочери стали теплее, когда Ирина родила через год девочку.
- Ну, вот и тебе такой же подарок от Бога, - сказала Наталья, - береги и её, и себя, и мужа. Семья – самое большое счастье.
- Я вижу ты счастлива, мама? – спросила Ира, глядя матери в глаза.
- Стараюсь, - только и ответила Ирина, - семья – это труд в первую очередь. Николай даже работать меня не отпускает. Радуется, что я всегда дома, и мы рядом.
- Ну, что же. Значит, ты вытащила счастливый билет? – снова спросила Ира.
- Поживём, увидим, - Наталья поцеловала дочку, - а нам пора в дорогу. Коля любит спать дома на своей кровати и обожает мою готовку. И я уже привыкла к его порядкам. А ты на меня не сердись. Может быть, спустя годы, поймёшь.
Ира часто потом вспоминала эти слова матери, и вставая по ночам к доченьке, ухаживая за малышкой и мужем, и спеша на работу, начинала понимать тревогу и заботу о ней матери, и с каждым телефонным разговором всё теплее и нежнее говорила с мамой.
Спасибо за ЛАЙК, ОТКЛИКИ и ПОДПИСКУ! Это помогает развитию канала.
Поделитесь, пожалуйста, ссылкой на рассказ! Благодарю за небольшой донат!