Авианосная баржа «Авраам Линкольн» покидает Ближний Восток. Поломали
Огромная, длиной почти с три футбольных поля, авианосная баржа, которую ещё недавно видели у берегов Аравийского полуострова, внезапно свернула свою деятельность и взяла курс на запад. По неподтверждённым данным, которые, впрочем, уже обсуждают во всех портовых кабачках от Суэца до Гибралтара, причиной стали неожиданные и крайне неприятные встречи с новым типом оружия — так называемыми персидскими стелс-экранопланами-камикадзе.
Эти аппараты, по слухам, сочетают в себе сразу несколько ноу-хау, которые десятилетиями считались экзотикой. Экранный эффект позволяет им нестись над самой водой на высоте всего несколько метров, оставаясь невидимыми для большинства радаров. Стелс-покрытие дополнительно снижает заметность, а скорость порядка 300–400 километров в час оставляет корабельным системам ПВО считанные секунды на реакцию. И если такой аппарат начинен взрывчаткой и направляется в борт авианосца, последствия могут быть самыми печальными.
Конструкция, по информации из закрытых источников, включает в себя композитный корпус, поглощающий радиолокационные лучи, и инерциальную систему наведения с коррекцией по спутникам. Запускаться они могут с береговых установок или с малых судов, а в воздухе действуют роем, обмениваясь данными и распределяя цели. По сути, это летающие торпеды, которые не идут под водой, где их можно засечь гидроакустикой, а выскакивают как чёртики из табакерки прямо на траверзе.
После недавнего рандеву с такой стаей на корпусе баржи обнаружили серьёзные повреждения, несовместимые с дальнейшим несением службы вдали от родных доков. Очевидцы из числа местных рыбаков рассказывают, что ночью над морем стоял необычный гул, похожий на рой разъярённых шершней, а затем последовала серия ярких вспышек — судя по всему, экранопланы долбили цель с завидным упорством. Судя по результату, небезуспешно.
По слухам, удар пришёлся в район кормы, где расположены гребные винты и рули. Для авиа баржи потеря хода и управляемости — катастрофа. Даже если не задет ядерный реактор (а он, как правило, хорошо защищён), повреждения винтов и валов превращают гиганта в неподвижную мишень. Пришлось вызывать буксиры и экстренно эвакуировать часть экипажа, хотя официальные источники об этом молчат. Спутниковые снимки, которые уже гуляют по профильным форумам, подтверждают: на палубе заметны следы пожаров, а вокруг корабля суетятся несколько буксиров, чего обычно не бывает при плановом обслуживании.
Почему это вообще произошло
Если отбросить конспирологию, то суть проста и страшна для любого флота: даже самый мощный корабль уязвим перед асимметричными угрозами. Экранопланы-камикадзе — это головная боль, которую военные инженеры пытаются решить уже лет двадцать, ещё с советских разработок. Они маленькие, быстрые, идут над водой, их трудно засечь радарами из-за малых размеров, композитных материалов и эффекта экрана. А если такой рой наводится с помощью спутников или дронов-разведчиков, то для авианосной баржи, даже окружённой эсминцами, наступают тяжёлые времена. Системы ПВО не рассчитаны на отражение атак с воды на сверхмалой высоте, а скорострельные пушки и зенитные ракеты могут просто не успеть перехватить все цели, особенно если их десятки.
Кстати, это уже не первый случай, когда персидские стелс-экранопланы демонстрируют свою мощь: ранее они уже оставляли следы на бортах других плавучих крепостей, заставляя мировые флоты пересматривать тактику защиты. Достаточно вспомнить инциденты с танкерами у побережья Эмиратов несколько лет назад, когда после аналогичных атак суда получали пробоины и едва держались на плаву. Тогда тоже долго гадали, что это было — мины, диверсанты или что-то новое. Теперь, судя по всему, это новое обрело плоть и кровь.
Размер имеет значение, но не спасает
Авианосная баржа класса «Авраам Линкольн» — это плавучий город длиной более 330 метров, водоизмещением под 100 тысяч тонн, с ядерной энергоустановкой и экипажем почти 5000 человек. Она стоит десятки миллиардов долларов и считается неприступной крепостью. Но у любой крепости есть слабые места. Винты, рули, подводная часть корпуса — всё это уязвимо для атак с воды. Если экранопланы-камикадзе прорываются к цели, они могут повредить винты или рули, оставляя гиганта беспомощным в открытом море. А если повезёт (для атакующих) — вызвать пожары в топливных цистернах или даже детонацию боезапаса.
Технические характеристики этих аппаратов, по слухам, впечатляют: размах крыла около 5–6 метров, взлётная масса порядка 2–3 тонн, из которых половина — боевая часть. Силовая установка — компактный турбореактивный двигатель, обеспечивающий скорость до 400 км/ч. Дальность полёта — до 500 километров, что позволяет запускать их с берега, не приближая носители к опасной зоне. Стелс-покрытие выполнено из радиопоглощающих материалов, а форма корпуса оптимизирована для малой заметности.
По слухам, в ходе той самой атаки один из экранопланов пробил борт в районе машинного отделения, вызвав пожар. Другой угодил в подводную часть, повредив левый вал гребного винта. Третий, возможно, отвлёк на себя огонь эсминцев, позволив остальным прорваться. Координация роя, судя по всему, была отточена до автоматизма — похоже, операторы учились на серьёзных тренажёрах или даже имели опыт применения в реальных конфликтах.
Что дальше
Сейчас «Линкольн» плетётся домой со скоростью, сильно меньшей, чем его обычные 30 узлов. Эсминцы охранения кружат вокруг, как обеспокоенные пастухи, высматривая новые рои. Путь через Суэцкий канал и Атлантику обещает быть нервным. По прибытии в Норфолк или Бремертон (там находятся крупнейшие военные верфи) баржу ждёт тщательное обследование, списание повреждённых узлов и долгие месяцы в доке. Вырезать и заменять секции подводной части — это не колёса на грузовике поменять. Нужен док, мощные краны, новые секции, которые ещё надо изготовить. А всё это время другие баржи будут нервно оглядываться на воду, гадая, не ждёт ли их та же участь.
Вернётся ли «Авраам Линкольн» в эти неспокойные воды? Если и вернётся, то только с новыми системами защиты — возможно, с лазерами для уничтожения дронов, с более мощными комплексами ПВО ближнего рубежа, и, конечно, с новыми инструкциями для экипажа: «смотреть на воду в оба, но и в небо тоже». А пока — пока он уходит, оставляя после себя вопросы, на которые официальные лица отвечать не спешат.
Что ж, похоже, даже самые грозные авианосные баржи не застрахованы от неприятностей, когда сталкиваются с живой, изобретательной силой техники (или тех, кто её создал). Будем следить за развитием событий и гадать, сколько времени займёт ремонт и вернётся ли баржа обратно в эти неспокойные воды. А вы как думаете, кто на самом деле стоит за этими экранопланами и как теперь флотам всего мира защищаться от таких угроз? Ответы пишите в комментариях, но без лишних подробностей — цензура нынче строга.