Фельдшер скорой помощи Челнов рассказала о пациентах с гепатитом C

Идет Неделя по борьбе с заражением и распространением хронического вирусного гепатита С. Это важная инициатива, направленная на повышение осведомлённости о заболевании, его профилактике, диагностике и лечении.

С разными случаями приходится сталкиваться медицинским работникам. 25 лет работает фельдшером станции скорой помощи Набережных Челнов Марина Петрова. Каждый вызов к пациентам – непредсказуем.

В ее рабочих записях – мысли, впечатления после тревожных дежурств.

Случай первый. Мужчина, 23 года, ножевое ранение, ночь

Вызов поступил как «ножовое ранение живота, драка». Адрес – частный сектор, съёмная квартира. На месте парень, лежит на полу, обильное кровотечение из раны в правом подреберье. Рядом перепуганная девушка, пытается зажать рану полотенцем. Давление 80/40, пульс нитевидный. Геморрагический шок, терминальное состояние. Ставлю систему, подключаю инфузионную поддержку. Спрашиваю стандартно: «Хронические заболевания? Гепатиты? ВИЧ?». Девушка мнётся: «У него гепатит С, давно, не лечил, но вы не бойтесь».

Я не боюсь. Я работаю в перчатках всегда, независимо от того, что говорят. Но в голове щёлкает: гепатит С в активной фазе + открытая рана + море крови вокруг. Риск заражения для нас минимален, если работать по правилам, но осадок остаётся. И обида: парню 23 года, он знал о диагнозе, но не лечился. Сейчас, если выживет, печень и так убита вирусом, а тут ещё и кровопотеря, и наркоз, и нагрузка на гепатоциты. Печень может не выдержать.

Увезли его в реанимацию. Жив ли — не знаю.

Случай второй. Мужчина, 45 лет, падение с высоты на стройке

Он сорвался с лесов, высота – третий этаж. Травма груди, перелом рёбер, подозрение на гемоторакс. Жёлтый, как лимон. Думала сначала – травматическая желтуха, бывает при массивных гематомах. Начинаю собирать анамнез: «Болеет чем?». Жена, приехавшая на место происшествия, пояснила: «Алкоголизмом болеет, доктор». – «Печень? Гепатит?». Молчит. Потом тихо говорит: «Гепатит С, лет 10 уже, к врачам не ходит, пьёт постоянно».

Картина ясна. Цирроз на фоне гепатита С, усугублённый алкоголем. А теперь ещё и тяжёлая травма. Кровь сворачиваться будет хуже, регенерация – никакая. В больнице ему, скорее всего, предложат лечение от гепатита, но сначала надо вытащить его с травмой. Если вытащат. Такие пациенты — ходячая бомба замедленного действия. И бьёт она не только по ним.

Случай третий. Женщина, 60 лет, бытовой порез

Вызов от соседей: «Пожилая женщина истекает кровью». Заходим – бабушка на кухне, в руке тряпка, вся в крови, под ногами лужа. Разбила банку, порезала предплечье, задела лучевую артерию. Кровь хлещет фонтаном. Накладываю жгут, давление, тампонада. Спрашиваю про болезни. «А чего спрашивать, дочка, у меня гепатит С, 20 лет назад нашли, когда на операции была. Ещё в 90-е. Не лечили тогда, сказали – носитель, наблюдайся. Я и наблюдалась, пока поликлинику не закрыли. А теперь и не хожу, возраст».

Она спокойна. Я – нет. Потому что сейчас я стою в ее крови на полу, на стенах, есть она и на мне самой. Перчатки целы, но риск контакта со слизистую исключать нельзя. И мысли: 20 лет она живёт с гепатитом С. Два десятилетия, за которые её можно было вылечить полностью, пройдя курс современной терапии. Но «носитель» и «наблюдайся» — это приговор из прошлого, который до сих пор звучит в головах.

Послесловие. За годы работы таких вызовов – десятки. Гепатит С не кричит о себе. Он не болит, не пахнет. Он просто есть. А проявляется либо в анализах, которые человек сдал случайно, либо в реанимации, куда он попал по другой причине.

Я, как фельдшер скорой помощи, могу наложить жгут, остановить кровь, стабилизировать давление. Но не могу вернуть пациенту годы, когда он мог бы вылечиться и забыть о вирусе. Диспансеризация, профилактика, лечение по нацпроекту «Продолжительная и активная жизнь» – это не просто слова из буклетов. Это шанс не встретиться со мной на вызове, когда уже поздно.

Напоминаю: берегите печень, проходите диспансеризацию.

Фото предоставила Марина Петрова