Автор: Жамиль Салимгареев
В театре имени Галиасгара Камала состоялась премьера спектакля «Ашик-Кериб» режиссера Сергея Землянского по мотивам сказки Михаила Лермонтова.
Подробно о сюжете сказки, работе в формате «wordless-спектакля» и том, как этот проект попал к нему, Сергей Землянский рассказал на обсуждении, которое прошло в театре Камала в феврале.
Если говорить кратко, «Ашик-Кериб» – это сказка о нищем музыканте из Тифлиса (Равиль Батыров / Ильсаф Назипов), который влюбляется в красавицу Магуль-Мегери (Лейсан Гатауллина / Айгуль Шакурова). Чтобы жениться на ней, ему нужны деньги, и он отправляется «на заработки». В долгих странствиях ашуг чуть не умирает, а потом и вовсе забывает про цель своего путешествия. К любимой его возвращает чудо.
О том, что спектакль Землянского опирается прежде всего на текст Лермонтова, а не дастана, эпоса или просто народной сказки, говорится в театральной брошюре и на афише театра. Действительно, здесь присутствуют, например, золотое блюдце, сестра поэта-ашуга и Хадерилиаз-покровитель (святой Георгий) – узнаваемые элементы произведения классика русской литературы. Но после просмотра становится ясно – это достаточно вольная интерпретация. Достаточно упомянуть хотя бы образ некой высшей силы, который воплотил на сцене Ильдар Хайруллин (на афише его роль подписана как «карт» /«старец»).
У сказки Лермонтова есть еще одна обработка – кинематографическая, созданная режиссерами Сергеем Параджановым и Давидом Абашидзе. В 1988 году они выпустили фильм «Ашик-Кериб», посвятив его уже умершему на тот момент Андрею Тарковскому (для Параджанова эта картина стала последней завершенной работой). Кино получилось невероятно поэтичным, а в фокусе истории была не пара влюбленных, а поэт-ашуг, который постиг искусство игры на саазе, спустился в преисподнюю, подобно Орфею, и вернулся домой. Можно предположить, что такое прочтение сказки было бы намного ближе самому Лермонтову, чем история счастливой любви в декорациях сказочного Востока.
Поэтому работу Землянского можно назвать самостоятельной театральной обработкой народного сюжета, который Лермонтов сделал более заметной частью мировой литературы.
«Я хотел сделать [спектакль] именно про любовь двух людей, которые переживают разные трудности», – рассказал корреспонденту «Татар-информа» Сергей Землянский.
Режиссер обратился к жанру притчи, и, как подобает притче, «Ашик-Кериб» Землянского – это замкнутая система образов. Замкнута она вплоть до того, что здесь нет лишних героев или событий: у Кериба только мать, у Магуль только отец – вместе они образуют дуэт родителей; на чувства Куршуд-бека к сестре ашуга тоже указывают в самом начале – чтобы не было недосказанности. В спектакле в целом нет ничего лишнего – всё работает, как слаженный механизм.
Любопытно, что режиссер на том же обсуждении говорил об отсутствии задачи передать «красоту религии», иначе, по его словам, он за спектакль бы даже не брался, но каждое появление «чуда» (от чуда рождения до спасения) – это отдельное событие. Браки заключаются на небесах, и «старец» освящает союз двух героев в своем белоснежном шатре в присутствии родителей.
Подготовка шла с конца января – около двух месяцев. По словам режиссера, спектакль создавался «путем этюдных вещей», то есть, видимо, сначала готовились отдельные номера и массовые сцены, которые потом «склеивались» в одно большое непрерывное повествование. Каждый отдельный подсюжет – это живой и изобретательный хореографический образ.