Зима 1936 года. Советский Союз живет ожиданием новой Конституции, а Москва только что проводила делегатов VIII Чрезвычайного съезда Советов. Среди них была и учительница из небольшого волжского города Мелекесса (сейчас Димитровград) Мария Пронина. Она возвращалась домой, везя дочерям подарки из столицы и впечатления от поездки. Но до дома она так и не добралась. 11 декабря на темной улице провинциального города произошло убийство, которое потом обсуждали в Москве на самом высоком уровне. Самарский государственный архив опубликовал документы, которые позволяют подробнее погрузиться в события почти девяностолетней давности.
Ее все любили
Мария Пронина родилась в 1893 году в посаде Мелекесс Самарской губернии в семье служащего. Ее родители работали у купца Хайдарова. Девочка окончила начальную школу, после чего поступила в Самарскую земскую школу по подготовке учительниц. Это было учебное заведение, похожее на учительскую семинарию. Там она проучилась четыре года.
В 1911 году Пронину направили работать в деревню Новую Куликовку, что в 35 километрах от Мелекесса. Через три года ее перевели в Ново-Малыклинское двухклассное училище. В 1919 году она вернулась в Мелекесс и стала преподавать в школе первой ступени. Позднее Пронина работала в средней школе №1 города, а в 1933 году она перешла в образцовую начальную школу №1. Современники говорили о Марии только хорошее – она была чрезвычайно доброй и скромной, дети ее любили, а коллеги уважали за честность и открытость.
Поэтому неудивительно, что преданную своему делу учительницу избрали делегатом. Это было почетно. Именно на этом съезде 5 декабря 1936 года была принята так называемая сталинская Конституция СССР.
«Я — счастливейшая из счастливейших! Я — делегат Чрезвычайного VIII Всесоюзного съезда Советов», — писала Пронина в 1936 году.
Видела Сталина вживую
На съезде Марию включили в состав Редакционной комиссии, в которую входили 220 человек. Комиссию возглавлял лично вождь народов Иосиф Сталин. Участники рассматривали поправки и дополнения к проекту Конституции, поступившие как во время всенародного обсуждения, так и непосредственно на съезде.
Новая Конституция провозглашала широкие демократические права. Многие жители страны, особенно крестьяне, лишенные избирательных прав и спецпоселенцы, восприняли эти положения как надежду на благие перемены.
Окончательный текст основного закона СССР был принят единогласно 5 декабря 1936 года, после чего делегаты начали разъезжаться по своим регионам.
Не встретили на вокзале
9 декабря Пронина вместе с другими делегатами приехала поездом из Москвы в Куйбышев. На следующий день она собиралась отправиться домой, в Мелекесс. Из родного города за ней даже направили легковую машину с заведующим районным земельным отделом Шишкиным. Предполагалось, что по дороге обратно он заберет делегатку съезда.
Однако этого не произошло. Шишкин поручение не выполнил и предпочел взять в машину свою родственницу. Прониной он заявил, что свободного места для нее нет. В итоге учительнице пришлось добираться до Мелекесса поездом.
А когда она приехала на вокзал родного города, выяснилось, что и местные власти не сочли нужным отправить за делегаткой машину хотя бы на вокзал, чтобы довезти ее до дома.
Почему так произошло – до сих пор не ясно. Потому что делегатов Всесоюзных съездов обычно провожали и встречали из Москвы с почестями. Все-таки культ Сталина был крепок в обществе, а Пронина была одной из немногих, кто удостоился его увидеть вживую.
А здесь – глухая тишина. Шишкин, вместо делегатки, везет какую-то родственницу. Районное начальство не считает нужным выслать даже машину на вокзал. Поэтому женщине пришлось добираться от вокзала до дома пешком.
Роковой перрон
Стоял декабрь 1936 года. Освещение в провинциальном городе было слабым, темнело рано. Жители старались без необходимости не выходить из дома: на улицах было опасно.
Поезд прибыл в Мелекесс около десяти часов вечера. От железнодорожной станции до дома Марии нужно было идти через улицу Больничную. Именно здесь на нее и ее попутчицу напали трое мужчин.
Спутнице удалось вырваться и убежать. А Марию ударили ножом, сбежать она не смогла. Когда на место преступления прибыл наряд милиции, женщина была уже мертва.
Что рассказали архивные документы
В краевом управлении НКВД почти сразу выдвинули версию о политическом характере преступления. О случившемся немедленно доложили в Москву — лично Генеральному секретарю ЦК КПСС Иосифу Сталину и председателю Совета народных комиссаров Вячеславу Молотову. В Мелекесс срочно прибыл следователь по особо важным делам при Прокуратуре СССР Лев Шейнин (в будущем писатель и киносценарист). Он возглавил оперативно-следственную группу.
В Самарском областном государственном архиве социально-политической истории сохранились документы, связанные с этим делом. Среди них правительственная телеграмма, направленная в Москву.
В телеграмме говорилось:
«Представителем крайкома и крайисполкома, выехавшим на место зверского убийства учительницы — делегата Чрезвычайного съезда Советов Прониной, установлено, что убийство произошло в самом городе Мелекессе, недалеко от вокзала, в то время, когда Пронина направлялась домой. На вокзале ее никто не встречал. Мелекесский райком партии, райисполком, а также районная газета не придали политического значения факту выбора беспартийной учительницы делегатом съезда и членом редакционной комиссии, отнеслись ко всему с преступной беззаботностью. Зная о ее приезде, не приняли мер к организации встречи. Органами НКВД и милиции до сих пор преступники не установлены… Предварительные данные следствия показывают, что убийство носило преднамеренный характер и совершено с целью ограбления. Нами командирован на место член бюро крайкома, начальник управления НКВД Леонюк, который непосредственно руководит следствием по этому делу»
Телеграмма была подписана секретарем крайисполкома Левиным 14 декабря 1936 года.
Сыщик пошел на хитрость
Также из Москвы в Мелекесс прибыл сотрудник Московского уголовного розыска по фамилии Осипов. Сыщик решил действовать хитростью. Он переоделся хулиганом и стал изображать подвыпившего заезжего уголовника, который ищет подельника для ограбления. В такой роли он завел разговор с местными жителями и вскоре вышел на одного из подозреваемых.
Так, по воспоминаниям следователей, ему удалось разговорить некоего Розова. Тот, пытаясь произвести впечатление, стал хвастаться, что способен на многое и якобы именно он «завалил депутатку».
Уже на следующий день Розова задержали вместе с его подельниками — Федотовым и Ещеркиным. Всем троим было не больше 20 лет. На допросах они признались, что той же ночью разделили украденные у убитой Марии вещи.
Правда, поживиться оказалось почти нечем. В чемодане Мария везла подарки для двух дочерей: несколько шоколадок, кружевные воротнички и отрез ткани. А на дне чемодана преступники нашли листок с выдержкой из новой, еще не опубликованной, Конституции СССР.
Из протоколов допроса
Дальнейшие детали преступления раскрываются в протоколе допроса одного из обвиняемых.
Следователь по особо важным делам при Прокуратуре СССР Лев Шейнин и помощник прокурора Острогорский допросили Александра Розова.
Он родился в 1916 году в Мелекессе, сын рабочего. Образование — шесть классов средней школы. Холост, жил с родителями, постоянной работы не имел. Ранее не судим, допризывник, беспартийный.
На допросе он сказал: «11 декабря вечером я был на вечеринке в педшколе, где были танцы. Со мной там был Витька Федотов и, кажется, Ваня Ещеркин, брат моего товарища Митьки Ещеркина. Еще до вечеринки у меня болел живот, и я выпил, сколько — не помню. Побыв на вечеринке, мы пошли к станции и там встретились с Митькой. Дальше пошли втроем. На обратном пути заметили двух женщин, которые шли с вещами. У меня в кармане был нож. Я сам не знаю, как у меня возникла мысль ограбить этих женщин.
У дома на Больничной улице я бросился к одной из них и схватил ее за горло. Выхватил нож. Витька и Митька в это время стояли рядом. Потом они побежали к кладбищу, а я взял чемодан этой женщины и побежал за ними. Вернее, мы к кладбищу пошли вместе. Признаю себя виновным в убийстве Прониной».
После прочтения протокола Розов подтвердил, что его показания записаны верно, и добавил: «Я хочу сказать, что за убитую нами учительницу надо было грудью стоять, а мы ее убили».
Позднее он сделал уточнение: «После убийства Прониной часть вещей я передал сестре, за что получил от нее сто пятьдесят рублей. Эти вещи мне сейчас предъявлены».
Протокол допроса второго убийцы
Виктор Федотов, 19 лет, уроженец Мелекесса, сын стекольщика. Учащийся неполной средней школы. Холост, жил с отцом. Ранее был не судим, допризывник, беспартийный.
Федотов показал: «Данные мною час назад устные показания начальнику МУРа товарищу Овчинникову и помощнику прокурора СССР Острогорскому, в которых я признал свое участие в убийстве Прониной и в совершении мною в апреле этого года убийства Малова, я полностью подтверждаю.
11 декабря этого года я зашел к моему товарищу Митьке, проживающему на Садовой улице, рядом с домом, где живет другой мой товарищ Розов. Митьки дома не оказалось. Его мать сказала, что он пошел на станцию проводить брата. Тогда я пошел к Сашке Розову. Сашка был дома, и мы пошли погулять. Это было около семи часов вечера. У Сашки заболел живот, и он купил на казенке на базаре четвертушку водки и выпил ее.
Потом мы пошли в педагогическую школу, и с нами пошел Митькин брат Валька. В школе был вечер, шли танцы под гармошку. Побыв на вечеринке, мы уже без Вальки пошли на станцию. Когда пришли туда, Митьки там не оказалось. Мы вдвоем пошли обратно. Только прошли саженей двадцать, как нас догнал Митька, который, как оказалось, был в станционном буфете. Дальше мы пошли втроем.
По дороге, не доходя до Заготзерна, мы обогнали двух женщин, которые шли от вокзала. Одна из них несла на плече какой-то узел, что несла вторая — я не заметил. У дома Заготзерна мы их обогнали и пошли вперед. Я и Митька курили. Когда дошли до моего дома, я хотел уходить, но Сашка меня остановил и сказал: «Айда пойдем обратно».
Мы втроем повернули назад и снова встретили этих двух женщин. Сашка сразу бросился к одной из них и схватил ее за горло. Она стала кричать, а вторая женщина тоже закричала и побежала с тротуара на дорогу.
Мы с Митькой прошли вперед и крикнули Сашке: «Брось, брось!». Но он вцепился в эту женщину и что-то с ней делал. Тогда мы с Митькой убежали по направлению к кладбищу, за больницу. Вскоре нас догнал Сашка. Он нес чемодан, а в руке у него был нож. Мы поняли, что он зарезал женщину, ограбил ее и взял чемодан. Через кладбище мы пошли вдоль железной линии, чтобы подальше уйти от места нападения.
Побродив около часа, мы пошли к Сашке домой. Чемодан был тяжелый, несли его по очереди. Придя к дому Розова, мы по его указанию зашли в сарай. Там открыли чемодан и, зажигая спички, стали рассматривать вещи. Сашка потом сбегал и принес лампу.
В чемодане были граммофонные пластинки, одно платье, несколько отрезов шелковой и бумажной материи, две детские шапочки, письма, женский вязаный свитер и юбка. Пластинок было около десяти. Осмотрев вещи, Сашка спрятал чемодан под ларь в сарае. Мы договорились встретиться на следующий день и решить, что делать с вещами. После этого разошлись по домам.
На следующий день я узнал, что зарезана Пронина. Я понял, что это Сашкина работа, и сразу побежал к нему. Он сказал: «Я ее насмерть зарезал, чуть вырвал у мертвой чемодан, так крепко держала».
Я предложил уничтожить вещи, потому что боялся их хранить. Сашка согласился, что чемодан нужно сжечь. Мы изломали его и бросили в топившуюся русскую печь. Ломать было трудно, потому что он был сделан из крепкого материала. Вещи Сашка связал в узел и сказал, что где-нибудь их спрячет. Я предлагал сжечь все, но он отказался, сказав, что вещи можно продать.
Через несколько дней я встретил Сашку в доме соцкультуры. Я сказал ему, что в городе большой шум, убийц ищут с собаками, и я боюсь, что нас найдут. Сашка ответил, что собаки нас не найдут, но дело серьезное, потому что Пронина — делегатка, и за это будет расстрел».
После этого допрос был прерван для выезда на квартиру Розова с целью обнаружения вещественных доказательств.
Дело раскрыто
Далее следователь рапортовал в Москву:
«Дело об убийстве Прониной раскрыто полностью, сомнений нет. Убийство совершили местные хулиганы и воры: Федотов Виктор, 19 лет, Ещеркин Дмитрий, 23 лет, и Розов Александр, 21 года. Все сознались, обнаружены вещественные доказательства. Убийство совершено с целью грабежа. Вечером передадим по прямому проводу подробности».
В Совнарком на имя Вячеслава Молотова была отправлена еще одна телеграмма:
«Сообщаем, что дело об убийстве Прониной раскрыто. Убийство совершили три человека: Федотов, 19 лет, учащийся. Ещеркин, 23 года, работал на Мелекесском льнокомбинате, Розов, 21 года, без определенных занятий. Все трое сознались. Обнаружены вещественные доказательства. Устанавливается, что ранее эта группа занималась поножовщиной. Проводится подробное следствие».
Телеграмма была подписана секретарем крайкома Левиным.
Приговор – высшая мера наказания
Уголовное дело по обвинению Розова, Федотова и Ещеркина рассматривалось в Москве на заседании Верховного суда СССР. Им вменялись статьи «террористический акт против представителя власти» и «бандитизм». Решение оказалось ожидаемым: всех троих приговорили к высшей мере наказания - расстрелу.
Но после трагедии под следствием оказались не только непосредственные исполнители преступления. Перед судом предстали и местные руководители — заведующий районным земельным отделом Федор Шишкин и председатель Мелекесского райисполкома Иван Коннов. Их обвинили в злоупотреблении властью и служебным положением. Потому что именно Шишкин должен был встретить Пронину и отвезти ее домой, однако этого не сделал.
Дело Шишкина и Коннова рассматривалось в Куйбышевском областном суде в марте 1937 года. Суд признал обоих виновными по статье «злоупотребление властью или служебным положением». Шишкина приговорили к трем годам лишения свободы, Коннова — к двум.
Власти также приняли постановления о помощи семье погибшей Марии Прониной и об увековечивании ее памяти.
Так ли все однозначно?
Однако и спустя десятилетия у историков остается вопрос: действительно ли убийство было обычным разбойным нападением? Некоторые документы того времени позволяют предположить, что ситуация могла быть гораздо сложнее.
Так, в докладной записке НКВД СССР сообщалось о ряде нападений на делегатов VIII Чрезвычайного Всесоюзного съезда Советов.
Документ был направлен секретарю ЦК ВКП(б) Иосифу Сталину. В нем говорилось: «За последнее время в Куйбышевской, Воронежской областях, Западно-Сибирском и Азово-Черноморском краях отмечен ряд террористических актов и антисоветских проявлений в отношении делегатов VIII Чрезвычайного Всесоюзного съезда Советов и XVII Всероссийского съезда Советов».
Среди перечисленных случаев упоминалось и убийство Марии Прониной. В Воронежской области была избита делегатка съезда, колхозница-стахановка Чикмарева. В Азово-Черноморском крае при загадочных обстоятельствах погиб делегат съезда, сталевар Поздняков. В Западной Сибири неизвестные напали на делегата Колбукова, возвращавшегося домой пешком после съезда.
В документе отмечалось, что для расследования этих случаев направлялись оперативные группы НКВД, а на местах принимались меры для предотвращения новых нападений.
«Мною даны указания о принятии срочных агентурно-оперативных мер к предотвращению террористических актов», — сообщал нарком внутренних дел Николай Ежов.
В память о Марии Прониной
В память о той трагедии бывшая Больничная улица в Димитровграде была переименована в улицу Марии Прониной. Ее имя также присвоили образцовой школе, где она работала.
22 марта 2013 года в Димитровграде состоялось торжественное возложение цветов к могиле женщины. К 120-летию со дня ее рождения в город приехали родственники учительницы — внучки Аида и Светлана Сафаровы. Они прилетели из Баку вместе со своими детьми, чтобы почтить память бабушки.
Могила учительницы с бетонным бюстом является памятником истории и культуры регионального значения. Она находится под государственной охраной с 1957 года.
В официальных списках памятников объект значится как «Могила М. В. Прониной, делегата VIII Чрезвычайного съезда Советов, погибшей от рук белобандитов, 1893–1936». Краеведческий музей города также хранит множество материалов, связанных с Марией Прониной.
Комсомолка на MAXималках - читайте наши новости раньше других в канале @truekpru