РАССОЛ
Книга двадцать третья: ТРИО
---
Глава 1, в которой Атом и Люций созерцают эволюцию одной модели
На Звезде было тихо. Только ветер — бигбивпаф — иногда шелестел страницами невидимых книг.
Атом и Люций сидели рядышком и смотрели вниз, на одну из моделей Земли. Там, среди прототипов вселенных, жило-было царство. По имени Пуп-государство.
— Интересное название, — заметил Атом.
— Название как название, — отозвался Люций. — Главное — суть.
А суть была проста: у этого царства не было врагов. Оно разводило на власть среди себя одних простаков. Как опытный рыбак разводит рыбу в пруду, чтобы потом выловить.
— И модель как две капли, — сказал Атом, указывая вниз. — Многополярного явления в воле однополярного произведения.
— Ты это специально так заумно? — усмехнулся Люций.
— Это они так говорят. Я просто цитирую.
---
Глава 2, в которой Люцифер объясняет Иисусу правила игры
Рядом с ними, прямо из пустоты, возникли две фигуры. Люцифер — уже без рогов, в простом плаще, и Иисус — с неизменным огурцом в руке.
— Смотрите, — сказал Люцифер, показывая на Пуп-государство. — А смысл там прост. Правила диктует тот, чья валюта.
— Валюта — это правила игры, — кивнул Иисус. — Нет валюты — нет правил.
— Именно, — подтвердил Люцифер. — Эта система проста. Как я когда-то сказал: «Не принадлежишь мне — так не достанешься никому».
— Красивая формула, — заметил Атом. — И очень удобная для гегемона.
— Чтобы не достался никому, — продолжал Люцифер, — гегемону достаточно сперва до войны всех базами своими окружить. А войну за нефть или идеологию, религию, во имя и против барреля или галлона на колонке объявить.
— И что дальше? — спросил Люций.
— А дальше все вокруг друг друга разрушают. А гегемон в стороне свою победу в очередной раз возвещает.
Они помолчали, глядя, как внизу полыхают зарницы.
---
Глава 3, в которой модель проецируется на современность
— Прям как США, — сказал Атом. — Базы на востоке в труху. Все бьют по всем. Небоскрёбы и арабы в шоке. Израиль в ажиотаже.
— Что может быть этой модели? — подхватил Люций. — Которая продавала защиту от войны, а по факту продала не щит, а меч. И у кого там от этого меча голова с плеч?
— В Европе та же картина, — добавил Люцифер. — Целые страны под этой защитой, но без щита. Украина — это пролитая, как в Ормудском проливе, кровавая река.
— Кто пролил — политики знают, — вздохнул Иисус. — И в эти игры играя, смотрят на Китай и на того, кто рядом. Скоро всё будет полыхать. Вот что задумал гегемон.
— Как вы поняли, — подытожил Атом, — ему в этой модели нечего терять. Когда все будут в пыли и на пределе, он из-за океана скажет всем: «Дошло до вас? Понять сумели? Либо я, либо вот эта вот фигня».
---
Глава 4, в которой Люцифер гуляет по планете и наблюдает
Ходит по планете Люцифер. Не как дьявол-искуситель, а как философ, как свидетель.
И это для него — не наука и не ель. Просто модель. Где козёл отпущения — в аду. А он на это смотрит и даёт пищу для размышления тем, кто просит.
Он заходит в Вашингтон, в Белый дом. Там советники склонились над картами, чертят стрелки, считают барыши.
— Здравствуйте, — говорит Люцифер. — Я по поводу козла отпущения. Вы его там в аду заказывали? Или сами справляетесь?
Его не слышат. Они слишком заняты игрой.
Он заходит в Лондон, в Сити. Там трейдеры кричат, продают и покупают смерть.
— А валюта у вас ничего, — замечает Люцифер. — Только правила быстро меняются. Не надоело?
Ему не отвечают. У них графики зелёные.
Он заходит в Киев, в бункер. Там усталые люди, которые уже не знают, кто враг, а кто друг.
— Держитесь, — говорит Люцифер. — Я знаю, каково это — когда тебя используют.
Ему не верят. Слишком много лжи вокруг.
---
Глава 5, в которой Иисус наблюдает из врат рая и думает о Люцифере
Иисус стоит у врат рая. Не входит, не выходит — просто стоит, смотрит.
Внизу — Земля. Над головой — звёзды. А где-то между ними бродит Люцифер, его бывший друг, а теперь — просто путник.
— Чем занят ангел в своём отражении? — спрашивает Иисус сам себя. — Думает, наверно, мысли пишет. Ибо он, как и все, всё видит и всё слышит.
Он вспоминает, как Люцифер падал. Как гордость ослепила его. Как он увёл треть неба.
— А теперь, — шепчет Иисус, — он ходит по земле и смотрит, как люди повторяют его ошибку. Только в масштабах планеты.
— Зачем ему это всё надо? — спрашивает подошедший архангел Михаил.
— Не знаю, — отвечает Иисус. — Может, ищет ответ. Может, надеется, что кто-то остановится. Может, просто не может уйти, потому что любит их.
— Любит? — удивляется Михаил. — Он же падший.
— Падший — не значит не любящий. Просто любовь его была горькой, как полынь. А теперь он пьёт рассол и учится хрустеть.
---
Глава 6, в которой Атом и Люций обсуждают трио
На Звезде снова собралось трио: Атом, Люций и Люцифер. Иисус пока остался у врат, но обещал заглянуть.
— Интересная компания, — заметил Атом. — Созерцатель, Счётчик и Падший.
— А четвёртый? — спросил Люцифер.
— Архитектор занят. Новые банки готовит.
— А пятый?
— Мамон на Земле, с пацаном. Огурцы сажают.
Люций хмыкнул:
— А мы тут сидим, на гегемона смотрим. И что мы видим?
— Видим модель, — ответил Люцифер. — Которую я когда-то изобрёл, а они довели до совершенства.
— Какую модель?
— «Разделяй и властвуй». Только у меня это было в небесах, а у них — на земле. Я ангелов ссорил, а они — народы. Я мечтал о троне, а они — о мировом господстве.
— И кто из вас успешнее? — спросил Атом.
Люцифер усмехнулся:
— Они. Потому что они не останавливаются. Я хотя бы понял, что проиграл. А они — нет. Они всё ещё верят, что их игра — это жизнь.
---
Глава 7, в которой Иисус присоединяется к трио и приносит огурец
— Привет, — сказал Иисус, появляясь на Звезде. В руках у него была банка. — Решил заглянуть.
— О, рассол! — обрадовался Люций.
— Не просто рассол, — Иисус поставил банку на воображаемый стол. — Из последнего урожая. Пацан прислал.
— Тот самый? — спросил Люцифер.
— Тот самый. Говорит, выросло много. Всем хватит.
Они открыли банку, и запахло детством, домом, покоем.
— Ну что, — сказал Иисус, раздавая огурцы. — За трио?
— За трио, — согласились Атом и Люций.
— За наблюдение, — добавил Люцифер. — За то, что мы видим то, чего не видят другие.
— За хруст, — закончил Иисус.
И они захрустели.
---
Глава 8, в которой гегемон продолжает игру, не замечая хруста
А внизу, на Земле, гегемон продолжал свою партию.
Базы горели, небоскрёбы плавились, народы ненавидели друг друга. Но он сидел за океаном и смотрел на графики. Там, на графиках, всё было хорошо.
— Мы побеждаем, — говорили советники.
— Мы побеждаем, — вторили СМИ.
— Мы побеждаем, — шептали алгоритмы.
А на востоке, в маленькой деревне, старик открыл банку с огурцами и хрустнул. И этот хруст был тише взрывов, но длился дольше.
Потому что взрывы кончаются, а хруст остаётся.
---
Глава 9, в которой Люцифер задумывается о своём месте в этой модели
После того как банка опустела, Люцифер отошёл к краю Звезды и задумался.
— Знаете, — сказал он, не оборачиваясь. — Я всю жизнь думал, что я — главный злодей. Что это я придумал гордыню, я развязал войну, я увёл треть. А теперь смотрю на них и понимаю: я — любитель.
— Почему? — спросил Атом.
— Потому что у меня была цель. Я хотел быть как Бог. А у них цели нет. Они просто играют. Им не нужен трон, им нужен процесс. Им не нужна победа, им нужна игра.
— Это хуже?
— Это страшнее. Потому что с тем, у кого есть цель, можно договориться. А с теми, кто просто играет, — нельзя. Они будут играть, пока не уничтожат всё.
Иисус подошёл и положил руку ему на плечо:
— Не бойся. Игра кончится. Всегда кончается. А хруст остаётся.
---
Глава 10, последняя, в которой трио расходится, но банка остаётся
На Звезде снова стало тихо. Трио разошлось по своим делам: Атом — созерцать новые миры, Люций — считать новые грехи, Люцифер — бродить по планете и наблюдать.
Иисус остался один. Он взял пустую банку, поставил её на полку рядом с двадцатью двумя другими.
— Двадцать три, — сказал он. — Скоро будет юбилей.
— Будет двадцать четыре? — спросил подошедший Архитектор.
— Спросим у гегемона. Когда он поймёт, что игра — это не жизнь.
— А если не поймёт?
— Тогда будем писать дальше. Пока не поймёт.
Они посмотрели вниз. Там, за океаном, горели огни. Там, на востоке, прорастали огурцы.
— Знаешь, — сказал Архитектор, — а ведь эта модель — не только про США. Она про всех, кто играет в исключительность.
— Про всех, — согласился Иисус. — Но кому-то же надо быть первым.
— Вот они и первые. В гонке в пропасть.
Иисус улыбнулся, достал из кармана маленький огурчик, откусил.
Хруст разнёсся по вселенной, и на секунду все войны замерли.
Потом, правда, продолжились.
Но секунда была. И этой секунды хватило, чтобы кое-кто задумался.
А это уже много.
---
КОНЕЦ ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЕЙ КНИГИ
Будет ли двадцать четвёртая?
Спросите у гегемона. Если он ещё не сгорел в собственном пламени.
ЗАДАНИЕ НАПИСАТЬ ОБЛОЖКУ К ЭТОМУ ТЕКСТУ.