В ночь с 15 на 16 марта по московскому времени в Лос-Анджелесе пройдет 98-я церемония вручения наград Американской киноакадемии. Что отметят киноакадемики на этот раз: фантазийные наряды племен Пандоры, аутентично воссозданные костюмы обитателей дельты Миссисипи 1930-х, любовно подобранные образы ньюйоркцев 1950-х, исполненную символизма одежду шекспировских времен или грандиозные кринолины Викторианской эпохи? Киножурналистка и историк кинокостюма Катерина Крупнова разбирает номинантов в категории «Лучший дизайн костюмов» и оценивает их шансы на победу.
Катерина Крупнова
Автор Кинопоиска и Telegram-канала CineModa
Кейт Хоули
«Франкенштейн»
В этом наградном сезоне Кейт Хоули собрала ворох профессиональных наград, включая премии BAFTA, Critics Choice Awards и Гильдии художников по костюмам (CDGA). Так что шансы Хоули обойти конкурентов и получить «Оскар» с первой попытки очень высоки.
Читайте также
Глэм-рок, кровяные клетки и жуки-скарабеи: чем вдохновлены образы героев нового «Франкенштейна»
Мияко Беллицци
«Марти Великолепный»
Драйвовое ретродрамеди «Марти Великолепный» стало третьей совместной работой Мияко Беллицци и режиссера Джоша Сэфди (до этого они сделали «Хорошее время» и «Неограненные алмазы») и принесло ей первую в карьере номинацию на премию «Оскар». Учитывая, что на всех предшествующих церемониях Мияко осталась без наград, ее шансы на победу минимальны, что не умаляет дотошности, с которой дизайнер воспроизвела наряды своей любимой эпохи.
История одаренного игрока в настольный теннис Марти Маузера (Тимоти Шаламе) разворачивается по большей части в Нью-Йорке образца 1952 года. Беллицци и ее команде пришлось одеть 140 персонажей и около 3 тысяч статистов. Подготовительный период занял всего два месяца — невероятно короткий срок для такого масштабного проекта. Хорошим подспорьем для Мияко стала ее личная коллекция винтажной одежды того периода, поэтому некоторые принадлежащие ей вещи засветились на экране. Беллицци и Сэфди, ньюйоркцы по рождению, очень ответственно подошли к воссозданию атмосферы Нижнего Ист-Сайда. Их библией стал документальный фильм Кена Джейкобса «Орчард-стрит» (1955). В нем подробно показан почти каждый квартал этого района Нью-Йорка.
Мияко также усердно изучала работы американских фотографов середины ХХ века. Ее костюмерная была завалена снимками Рут Оркин и Роберта Фрэнка. Почти все изображения имели одно ограничение: «Я бы сказала, что 95% референсов были в черно-белом формате, — признается Беллицци. — Это хорошая база, но тогда думаешь: как это представить в цвете?» Также в качестве визуального ориентира Мияко использовала журналы Life. Она специально купила на eBay все номера за 1952 год.
Обложки журнала Life за 1952 год
С режиссером они сразу решили, что внешний облик Марти — это материальная манифестация девиза «Fake it till you make it» («Притворяйся, пока не добьешься успеха»). Герой — невероятно амбициозный продавец обуви из Нижнего Ист-Сайда, желающий выглядеть как крутой парень и доказать любыми средствами, что он лучше всех в мире играет в пинг-понг. По мнению Беллицци, уже первый костюм, купленный Марти для участия в зарубежном турнире (герой размахивает чехлом с этим костюмом перед своим коллегой из обувного магазина, у которого куда более скромные мечты), лучше всего представляет характер героя.
Марти — скромный продавец обуви
Среди «модных» ориентиров героя — представители преступного мира, с которыми он периодически сталкивается. Так, костюм Марти отсылает к силуэту загадочного гангстера и любителя собак в исполнении легендарного кинобунтаря Абеля Феррары. Сэфди узнал о портном из Нижнего Ист-Сайда, чьими клиентами были еврейские гангстеры. Тот рассказал режиссеру, что длина внутреннего шва служила показателем богатства: чем больше денег, тем больше ткани. Это отражает стремление Марти выглядеть крутым и казаться в буквальном смысле крупнее, чем он есть на самом деле. Отсюда у постановщика и художницы возникла идея использовать подплечники в костюмах Шаламе, чтобы тот не выглядел тощим студентом. Беллицци вспоминает: «Как только мы нашли этот силуэт оверсайз, это полностью изменило его присутствие, даже то, как он ходит». Также Сэфди настоял, чтобы рубашки Марти были свободного воздушного кроя, дабы подчеркнуть его внешнюю эффектность.
Художница отмечает, что ей очень легко было работать с Шаламе, хотя на первых примерках она замечала: Тимоти все еще не мог выйти из образа Боба Дилана (до Марти актер сыграл знаменитого певца в байопике «Боб Дилан: Никому не известный»), однако он постепенно вжился в новую роль и даже несколько раз подкидывал удачные идеи по костюму. В частности, Шаламе нашел красные перчатки, в которых его герой ест хот-дог на улице.
Марти в красных перчатках
На удивление труднее всего Беллицци было отыскать аутентичные майки для Марти. В интервью Harper’s Bazaar она рассказала, что найти нужный танк-топ было сродни выигрышу в лотерею: «Майки были крайне важны для характера героя. Меня раздражает, когда в фильмах о прошлых эпохах используют современное белье, это сразу видно».
Читайте также
«Марти Великолепный»: Тимоти Шаламе между мистером Рипли и «Бруталистом»
Мияко решила для себя, что небогатые обитатели Нижнего Ист-Сайда продолжают носить вещи из 1940-х, этот район ощущается как прошлое: «Нижний Ист-Сайд всегда был местом столкновения культур. Это был первый пункт назначения для множества иммигрантских общин, и я хотела показать эти влияния. Люди там одевались иначе, чем в других местах, особенно женщины. Это видно по стилю Рэйчел». Режиссер Джош Сэфди особенно отмечает фиолетовый свитер героини, шутливо замечая, что, возможно, от него пахнет кошачьей мочой (она работает в зоомагазине), зато он выражает душу этой девушки.
А вот богачи из Верхнего Ист-Сайда могут позволить себе одежду нового десятилетия, их район воспринимается как подиум высокой моды, и одной из его главных моделей становится Кей Стоун (Гвинет Пэлтроу), бывшая звезда Голливуда, вышедшая замуж за успешного бизнесмена. Здесь основными источниками вдохновения для художницы были ранние коллекции Dior, Balenciaga и Givenchy, а визуальными референсами выступили Марлен Дитрих и Грейс Келли. Часть гардероба для героини Пэлтроу (благо женщины носят один размер) позаимствована из личного архива Беллицци.
Кей Стоун сознательно контрастирует с остальным миром фильма. «Я хотела показать ее шикарной и утонченной, а не супермодной женщиной из Верхнего Ист-Сайда», — делится художница. Цветовая гамма гардероба рассказывает историю героини на визуальном уровне. Сначала она находится в мире серого, черного и белого, что отражает печаль ее жизни: карьера позади, брак без любви не приносит счастья. Впервые мы видим Кей в лондонском отеле Ritz Carlton, где проходит чемпионат мира по настольному теннису 1952 года. В длинном сером платье-пальто с кейпом и в черной шляпке-джульетке она воплощает элегантный образ, источающий холодный гламур и ощутимую тоску. Когда дерзкий Марти уговаривает ее прийти на финал на «Уэмбли», заинтригованная Кей появляется на стадионе в зимнем черно-белом твидовом ансамбле и черной шляпке-таблетке с вуалью, призванной скрыть ее все еще узнаваемое лицо от посторонних глаз.
Роман с молодым и энергичным героем вдохновляет женщину на перемены. Она пытается реанимировать свою актерскую карьеру на сцене. В ее гардероб врываются яркие цвета. На вечеринке в честь премьеры на ней роскошное красное платье-бюстье и длинные черные оперные перчатки. Именно в этом наряде Кей потом отправляется на тайное свидание с Марти в Центральном парке. От нью-йоркского холода героиня защищается скульптурной накидкой в тон платью, напоминающей плащ. Рассказывает художница: «Я сделала огромную, почти пледообразную накидку, потому что хотела, чтобы она выглядела нарочито оверсайз. В ту ночь было около минус шести градусов по Цельсию, поэтому платья почти не видно! Но, честно говоря, так даже еще шикарнее. Она носит накидку как пальто, и это не мех».
Красный ансамбль
Естественно, что в фильме о спорте не обошлось без спортивной формы. Так, Мияко и ее команда подготовили униформу для 16 национальных команд по настольному теннису. В начале картины мы видим кадры, где спортсмены позируют для групповой фотографии. Каждый костюм уникален, как и спортивные куртки и нашивки на груди. Художница использовала референсы, но многое придумала сама. В интервью WWD Беллицци раскрывает секреты: «Чтобы различать команды, когда видишь их всех вместе на большой сцене, я хотела дать каждой индивидуальный стиль и цветовую палитру: Вьетнам — нежно-розовые поло, Индия — бордовые, Бразилия — темно-зеленые, Германия — желтые с черным».
Малгося Тужаньская
«Хамнет: История, вдохновившая „Гамлета“»
Художнице по костюмам Малгосе Тужаньской («Легенда о Зеленом рыцаре», «Сны поездов») «Хамнет» предоставил долгожданную возможность поработать с подругой-режиссером Хлоей Чжао, с которой они учились вместе в Школе искусств Тиш при Нью-Йоркском университете. Совместный проект принес Тужаньской ее первую номинацию на премию «Оскар». Маловероятно, что академики отметят ее работу, но то, с каким мастерством Малгося интерпретирует прошлое, переосмысляет силуэты и ткани исторических костюмов, заслуживает подробного разбора.
Снятый по одноименному роману Мэгги O’Фаррелл «Хамнет» рассказывает душещипательную историю Уильяма Шекспира (Пол Мескал) и его жены Агнес (Джесси Бакли), переживающих потерю сына. Для правдоподобного воспроизведения костюмов елизаветинской эпохи Малгося с головой погрузилась в исследовательскую работу. Историю одежды она изучала по книге Рут Гудман «Как жить в эпоху Тюдоров» («How To Be a Tudor»). Также особое место на ее книжной полке занимал альманах «Гражданский портрет» («Citizen Portrait»), где собраны портреты обычных людей, а не членов королевской семьи.
Читайте также
От книги к фильму: что потерялось и что осталось в экранизации «Хамнета»
Художница активно посещала музеи в поисках исторических нарядов. Однако она столкнулась с тем, что до наших дней дошли костюмы знати, а вот одежда простых ремесленников и крестьян практически не сохранилась, поскольку изнашивалась до дыр. Детали таких костюмов приходилось восстанавливать как пазл, ориентируясь на картины. Особый интерес для Малгоси представляли полотна фламандского живописца Себастьяна Вранкса, известного изображением батальных сцен и жанровых зарисовок. По замечанию Тужаньской, динамика падения людей раскрывает слои одежды, которые обычно не видны: рубашки задираются и оголяют верхнюю часть штанов. «Это было увлекательно — изучать такие мелочи, которые не увидеть на стандартных портретах», — делится Малгося.
В ходе исследований художница обратила внимание на модульность тюдоровской и елизаветинской одежды: отдельный корсаж и юбка, которые завязываются, и рукава, прикалываемые булавками, чтобы можно было их менять по мере необходимости. Такую идею комбинаторности Малгося привнесла и в картину.
Малгося Тужаньская на съемочной площадке
В распоряжении художницы была внушительная команда из 85 человек. Костюмы для главных героев создавались практически с нуля. А вот одежду для 500 актеров массовых сцен в основном арендовали, добавляя лишь небольшие детали.
Эмоциональная трансформация главных героев, Агнес и Уилла, отражается в их одежде через цвет и фактуру. Когда умирает Хамнет, костюмы трескаются и разрушаются вместе с персонажами. А там, где художница отступает от исторической достоверности в пользу эмоциональной правды, рождается магия. Так, Агнес — дитя природы. В первом кадре она символично лежит на земле в позе эмбриона. Корсаж ее платья сделан из коры настоящего дерева. Это исторически неточно, но отлично отражает натуру героини. Ткань купили в угандийско-немецкой компании Barktex, которая привозит кору из Африки.
Малгося Тужаньская признаётся, что для нее Агнес — это бьющееся сердце и кровь, пульсирующая в венах, она живая без оговорок. Поэтому основная гамма ее одежды — красная и оранжевая. Эти цвета отражают жизнь и силу. После рождения детей появляются ржавые оттенки, как будто кровь подсыхает по краям. После смерти Хамнета цвета переходят в сливовые, пурпурные, коричневые и серые — как корка; жизненная сила постепенно угасает. Силуэт тоже меняется: сначала объемный и живой, затем узкий и вытянутый, по мере того как Агнес погружается в горе. В финале, когда героиня стоит у сцены в театре «Глобус», на ней одно из старых красных платьев, что символизирует возрождение к жизни. Героиня переживает катарсис, увидев пьесу, в которой Уилл сублимировал свою боль от гибели их сына, и вот кровь медленно возвращается в ее вены. Все костюмы Агнес выполнены из натуральных тканей, прежде всего изо льна (его нашли в лондонских магазинах), и украшены мелкой вышивкой и плетеными узорами, напоминающими следы насекомых, поедающих древесину.
Вдохновляясь чернилами, которыми Шекспир писал комедии и трагедии, Тужаньская наполнила гардероб Уилла чернильными оттенками, а также подчеркнула связь героя с водой. Рассказывает художница: «У Пола на протяжении всего фильма пятна на пальцах. Чернила также оставляют следы на его одежде. А синие и серые оттенки отражают его связь с водой. Ведь в моменты сильных эмоциональных переживаний он либо плавает, либо разговаривает с рекой. Его отец жесток, поэтому я подумала: как живет человек, который в любой момент может получить удар? Я посмотрела на спортивную защиту и соединила ее с елизаветинскими формами — много стежки, мягких слоев». Первый камзол Уилла простеган неровными линиями. В цветах — текучесть, вдохновленная водой и чернилами Шекспира: серые, зеленые, голубые, постепенно переходящие к белому. Примечательная деталь: Пол Мескал сам предложил Тужаньской, чтобы у Уилла на поясе, где мужчины того времени обычно носили кинжал, висела чернильница с пером. Вспоминает художница: «Он просто влюбился в эту находку и сказал: „Мне не нужен кинжал, мне нужно только это“».
Малгося также использовала елизаветинские прорези в коже, выполненные при помощи лазерной обработки (работа римского кожевенного мастера Д’Алессио Гальяно). После смерти Хамнета прорези становятся все больше и глубже, что символизирует израненное сердце и душу горюющего отца.
Финальный костюм Уилла в роли призрака в «Гамлете» — любимый образ художницы. Это похоронный саван, покрытый потрескавшейся белой глиной. Рассказывает Малгося: «Это могло бы быть традиционное изображение призрака, но для меня это символ слоев, которые ломаются, слетают и в итоге освобождают героя». По воспоминаниям Тужаньской, ее команда днями втирала глину в лен. Белая пыль осыпалась повсюду, и им все время приходилось подметать пол сцены «Глобуса». Но это осыпание было правильным — костюм буквально разрушался, как и его герой.
Премьера «Гамлета» в театре «Глобус» — самая массовая сцена в фильме. Рассказывает Тужаньская: «В ту эпоху актеры на сцене носили ту же одежду, что и зрители в зале. Это помогало публике увидеть на сцене самих себя, возникал момент связи. Поэтому я пыталась найти решение, которое использовало бы силуэты той эпохи, но при этом имело небольшой современный твист. В итоге мы сделали все костюмы из тяжелого льна, а затем покрыли их ровным слоем латексной краски. Совершенно неисторично. Но это добавило театральности и метааспект, который, надеюсь, позволяет и нам, и зрителям „Хамнета“ почувствовать перекрестную связь с людьми на сцене».
Дебора Линн Скотт
«Аватар: Пламя и пепел»
Верная соратница Джеймса Кэмерона (за «Титаник» художница получила свой первый «Оскар») была крайне удивлена и обрадована номинацией за дизайн костюмов к фильму «Аватар: Пламя и пепел», поскольку предыдущие две части франшизы, над которыми также трудилась Дебора, киноакадемики в этой категории проигнорировали. Хотя шансов на победу у Скотт практически нет, сам факт ее выдвижения приоткрывает дверь для художников проектов с тотальным использованием компьютерной графики.
Скотт и ее команда в течение нескольких лет разрабатывали сложные ткани, бисерные украшения и вышивку почти для тысячи костюмов. Всего было изготовлено около 2 тысяч единиц одежды и аксессуаров. Хотя дизайны Скотт были воссозданы в цифровом виде студией Wētā FX под ее чутким руководством, каждый элемент костюма сначала изготавливался как реальный, физически осязаемый предмет, потом сканировался, и художники визуальных эффектов наносили его на цифровое тело. Кстати, в середине производства Скотт повысила эффективность работы, создав «прокатную библиотеку» — цифровой и физический архив аксессуаров, костюмов и реквизита, к которому могли обращаться художники Wētā FX.
На сайте Walt Disney Company Скотт раскрывает технологию процесса: «Я приходила в мастерскую Wētā и размещала предметы на манекенах. Мне хотелось, чтобы художники видели их, ощущали их, рассматривали и действительно вникали в детали. Если вы когда-нибудь работали в мастерской или шили одежду, вы знаете, что это очень особенный процесс. Мы можем долго обсуждать ширину шва или тип бисера. То же самое я делаю с цифровыми художниками, просто немного по-другому. Мы обсуждаем такие вещи: как это будет двигаться на ветру? насколько это тяжелое? плотно ли прилегает к телу или остается пространство? Это очень детальное, очень долгое, но невероятно увлекательное путешествие».
Используя прошлые находки и наработки, Скотт и ее команда трудились, придумывая костюмы для представителей двух новых племен, появляющихся в третьей части, — дружелюбных Торговцев Ветром (клан Тлалим) и воинствующего Народа Пепла (клан Манкван). «Я знала, что они должны быть очень разными, но при этом следовать основным правилам, единым для всех кланов: они ткут ткани, сами делают одежду и так далее, — рассказывает Скотт. — Вы остаетесь в рамках общей системы, а настоящее удовольствие в том, чтобы персонализировать детали, исходя из их историй».
Для жизнерадостных Торговцев Ветром было изготовлено 333 образца костюмов. При разработке дизайна их одежды Скотт исходила из образа жизни клана: «Они беззаботные, путешествуют, летают на медузах-дирижаблях, разносят новости и торгуют товарами, поэтому они должны быть гораздо более яркими. Затем я задумалась: „Какие цвета мы еще не использовали?“ Я остановилась на насыщенных оттенках драгоценных камней. Для их костюмов мы ткали полотно на ткацком станке, оно имеет множество вариаций. Моя идея была такой: „Когда они в небе, что они видят? Небо, облака, землю, реки. А как выглядит мир, когда они смотрят вниз?“»
В итоге Дебора перенесла этот концепт в свой дизайн. Поскольку Торговцы Ветром проводят большую часть времени на высоте птичьего полета, где холодно и ветрено, им нужно укрывать свои тела. Отсюда в их гардеробе плащи-накидки. Самый впечатляющий — у их мудрого предводителя Пейлака (Дэвид Тьюлис). Плащ Пейлака (символ его верховного положения в клане) выполнен в насыщенных землистых тонах. Скотт сформовала царственный кожаный воротник и добавила яркие красивые перья. Внутренняя подкладка мантии Пейлака сделана из тканого материала, состоящего из нескольких частей, на который также были нанесены принты в виде листьев. Снаружи Скотт использовала грубую кожу, которую затем окрашивали. Художница рассказывает в интервью Variety: «Плетение выполнено в технике аппликации. Орнамент на внешней стороне плаща вдохновлен двумя вещами. Первая — это легкие, перистые облака. Во-вторых, я изучала аэрофотосъемку: когда смотришь на землю сверху, видишь извилистые реки и движение. Поэтому в костюмах я старалась не только придать им физическую динамику — плащ очень объемный, — но и создать визуальное ощущение движения, чтобы взгляд скользил по цвету и завиткам».
Для клана Манкван Скотт и ее команда изготовили 306 образцов костюмов. Народ Пепла жил на склонах вулкана и понес тяжелые потери, когда тот начал извергаться. В результате они прониклись глубокой ненавистью по отношению к Эйве (коллективное самосознание Пандоры, богиня народа на'ви), допустившей эту трагедию. Это люди, в которых много ярости и жестокости. Среда Манквана — выжженный вулканический ландшафт — повлияла на одежду клана. Они живут в неблагоприятных условиях, и в их распоряжении мало материалов. Кэмерон предложил Скотт идею первого головного убора (позаимствовав ее у коренных народов Южной Африки), который носит лидер клана Варанг (Уна Чаплин), а также идею минимальной одежды, выполненной из грубых органических текстур. Это особенно заметно у второстепенных персонажей, но не у Варанг. Она занимает высокое положение и получает все, что хочет. Ее внушительный красный головной убор и накидка из перьев подчеркивают ее верховный статус, требуют внимания и уважения. Кроваво-красная палитра ее образа — символ экстремальности ее характера. Как шутит Скотт, Варанг — немного павлин и любит показать себя.
Народ Пепла украшает свои тела, что очень характерно для многих коренных народов. Они покрывают свои тела белым и серым пеплом, черной и красной краской. Мазохизм и жестокость проявляются в пирсинге и шрамировании представителей клана Манкван. Это способ показать, что для них украшение тела важнее одежды.
В интервью Forbes Дебора Скотт признаётся: «Просто невозможно сделать эту работу в одиночку, а если попробовать, у меня бы ничего не получилось. На самом деле я стою на плечах множества талантливых людей. Для меня очень важно их признать и быть благодарной».
Рут Е. Картер
«Грешники»
Одна из самых титулованных художниц по костюмам современности и дважды лауреатка «Оскара» (за афрофутуристические костюмы дилогии «Черная Пантера») получила уже пятую номинацию на награду Американской киноакадемии. И хотя, по всей вероятности, на этот раз Картер уступит победу художнице «Франкенштейна», гардероб персонажей вампирского мюзикла получился очень запоминающимся и уже стал частью коллекции Spirit Halloween.
Учитывая историю успешного сотрудничества с режиссером Райаном Куглером, Рут Е. Картер с особым воодушевлением приступила к работе над «Грешниками». Художница сразу поняла, что под первым слоем сюжета о вампирах скрывается глубинная история американского Юга, история о расе, о наследии, о соблазне и прежде всего о свободе. В качестве настольных книг при подготовке материалов для съемок Картер послужили рекомендованные Куглером сборник «История блюза» и альбом фотографа Юдоры Уэлти, которая путешествовала по Югу США, в частности по дельте Миссисипи в 1920–1930-х годах, и запечатлела людей в их повседневной жизни. В интервью журналу Essence художница рассказывает: «Собираешь снимки: блюзмены с гитарами и банджо, люди на верандах, дети, слушающие музыку. Я обычно все распечатываю. Мы постоянно размещали в офисе изображения той эпохи: машины, поля, хлопок. Мир создается прямо там, и от него невозможно оторваться. Для нас было важно понять, через что проходили эти люди, что у них было и чего не было». Картер очень хотелось, чтобы та простота, которую она видела в этих снимках, отразилась и в костюмах. Но при этом чтобы все выглядело в духе известного американского художника-иллюстратора Нормана Роквелла с преобладающей красно-бело-синей гаммой.
Фотокниги Юдоры Уэлти
Цветовую палитру костюмов близнецов-братьев (обоих играет Майкл Б. Джордан) Райан Куглер определил сразу, дав указание художнице: Стэк должен быть в красном, а Смоук — в синем. По словам Картер, эти цвета несут множество значений: огонь и дым, плоть и дух, хаос и спокойствие, возможно, даже добро и зло. Мы знаем, что братья были солдатами на Первой мировой, а потом уехали в Чикаго, где переквалифицировались в гангстеров. Причем внешний облик отражает их преступный бэкграунд. Сидящий с иголочки костюм Стэка, галстук, шелковый платок в нагрудном кармане и шляпа-федора говорят о том, что он работал на итальянскую мафию, а твидовый костюм Смоука и его кепка-восьмиклинка намекают на его связь с ирландцами. Зрителю сразу бросается в глаза контраст между нарочито элегантным Стэком и более демократичным Смоуком. Последнему же еще надо скрывать под свободным пиджаком кобуру с пистолетом.
Одежда их младшего кузена-гитариста Сэмми, чей музыкальный дар в итоге привлекает внимание древнего ирландского вампира и его свиты, отражает бедное происхождение. Он типичный темнокожий житель дельты Миссисипи, его одежда сильно поношена и в заплатках. А в прологе и финале ленты рваные рукава и пятна запекшейся крови служат вдобавок материальным выражением его внутреннего путешествия и духовной трансформации. Это история парня на перекрестке веры и самопознания. Как отмечает Картер, «костюмы и ткани говорят о том, о чем молчат персонажи. Они хранят в себе то, что герои не могут озвучить. Костюм — это зеркало души героя».
Не менее выразительны женские образы. Причем любимые женщины братьев несут ту же цветовую символику, что и их мужчины. Жена Смоука, Энни (Вунми Мосаку), — жрица худу, воплощающая силу мудрости черной женщины, сохранившей глубокие связи с предками. Она одета в оттенки бледно-голубого не случайно, ведь считалось, что этот цвет отпугивает злых духов. Картер стремилась избежать клише в изображении последовательницы худу. На Энни нет ни шали, ни тюрбана, ни цветастой юбки. Зато на ее поясе — инструменты для обрядов: нож времен Первой мировой войны (возможно, он принадлежал Смоуку), мешочки-кисеты и серебряный шатлен (подвесная цепочка с аксессуарами). Длинная юбка из сырого шелка, окрашенная в синий, отделана маленькими неблестящими деталями и перекрыта сверху бахромой. На шее — молитвенные бусы, не как украшение, а как оберег.
Вечером Энни надевает синее бархатное платье с поясом, что отражает новые модные веяния начала 1930-х и подчеркивает ее рельефную фигуру. Ближе к финалу она появляется в белом кружевном платье, напоминающем гауль — белое платье, которое носили креольские женщины в Карибском регионе и которое считается одним из возможных прообразов chemise à la reine (легкое свободное белое платье из муслина, ставшее популярным благодаря Марии-Антуанетте в 1780-х годах). Гауль несет в себе собственную символику черной культурной идентичности в постколониальный период.
Мэри (Хейли Стайнфелд), возлюбленная Стэка, напоминает девушку-видение, призрака в розовых одеждах. Когда мы впервые видим героиню, она выходит из вагона поезда в бледно-розовом вязаном платье по моде 1930-х. На ней шляпка, перчатки, в руках сумочка в тон. Ее нежный наряд резко контрастирует с грубыми тканями, которые носят другие обитатели дельты Миссисипи. Это платье из каталога, которое говорит о том, что эта девушка из другого общества: вышла замуж за богача и хочет переписать свою историю. Платье сигнализирует о переходе между прошлым и настоящим, между классами и идентичностями. По словам Рут Е. Картер, «это платье отражает не только то, откуда Мэри приехала, но и то, что она пытается забыть». Еще больше потусторонность и призрачность ее образа усилится вечером, когда на открытие музыкального бара она придет в бледно-розовом шелковом платье.
Впервые работая в жанре вампирского хоррора, Картер поняла, сколько головной боли несет в себе необходимость пачкать костюмы литрами крови. Рассказывает художница: «Мы практически ничего не могли взять в аренду. В Голливуде есть огромные прокатные архивы, где могут быть дубликаты и даже по три экземпляра каждой вещи, но на них все равно нельзя проливать кровь. Испачкаешь кровью — заплатишь в десять раз больше стоимости аренды! Поэтому я брала настоящие винтажные вещи и использовала их как образцы».
Большим подспорьем для Картер стала возможность использовать костюмы, которые она сделала для отмененного марвеловского проекта «Блэйд». Несостоявшийся фильм предполагал сцену в чикагском speakeasy 1928 года, для которой художница отшила соответствующие костюмы. Продюсеру «Грешников» удалось договориться со студией Marvel о продаже этого архива.
В сцене после титров, переносящей зрителя в 1992 год, мы видим Стэка и Мэри, адаптировавшихся под модные тренды нового времени. Райан Куглер хотел, чтобы Стэк был непременно одет в свитер Coogi. Этот легендарный свитер появился в Детройте в 1989 году и вошел в уличную моду в 1991 году благодаря знаменитому рэперу Biggie Smalls. Картер удалось найти экземпляр у одного коллекционера из Лос-Анджелеса. Очки Cartier — также незаменимый модный аксессуар того времени.
Для Мэри референсом стала популярная певица Пола Абдул: укороченная кожаная куртка с объемными рукавами и, конечно же, бамбуковые серьги — без них 1990-е невозможны.
Постаревший Сэмми носит галстук в горошек. По словам сыгравшего его легендарного блюзмена Бадди Гая, когда-то он обещал своей матери купить платье в горошек незадолго до ее смерти.
Рассказывает Рут Е. Картер: «Все это о поколениях. Кто-то узнает себя в свитере Coogi, кто-то — в бамбуковых серьгах или галстуке в горошек. Эти эмоциональные связи сделали фильм „Грешники“ особенным для всех».
Фото: Scott Garfitt / BAFTA via Getty Images, ZUMA Press, Inc. / Legion-Media, ©Ruth Orkin (Photofile) / Thames & Hudson, ©Time magazine archive , © Robert Frank / Steidl, Jose Perez / Bauer-Griffin / GC Images, XNY / Star Max / GC Images, MEGA / GC Images, Atsushi Nishijima, Isabel Infantes - WPA Pool / Getty Images, Agata Grzybowska / ©2025 FOCUS FEATURES LLC, Emma McIntyre / Getty Images, Gareth Cattermole / BAFTA / Getty Images for BAFTA, Norman Rockwell, "Tired But Happy", ©Norman Rockwell Museum, Clayton Call / Redferns, Raymond Boyd / Getty Images
Тип подпольного бара в США 1930-х, в период сухого закона.