Максим Касимов рос душой компании. Он никогда не лез в драки, всегда старался сглаживать конфликты разговором. Серьезно занимался каратэ, обожал танцевать и мечтал спасать жизни.
У парня в 15 лет был готов план на жизнь: закончить 9 классов, поступить в медицинский колледж и связать свое будущее с медициной катастроф.
Все изменилось прошлым летом. Вместе со старшей сестрой Альбиной Максим отправился погостить к бабушке в деревню. Ехали по трассе Екатеринбург-Курган, за рулем «легковушки» был знакомый Альбины. Внезапно он пошел на обгон впереди идущей машины, вылетел на встречку и лоб-в-лоб столкнулся с грузовиком…
Лихач погиб на месте. Брата и сестру увезли в ближайшую больницу, в город Каменск-Уральский. У Альбины были переломы, рваные раны на руке и ноге, сдавлено легкое. Состояние Максима было критическим, он был в коме. Врачи говорили: «50 на 50, что парень выживет. Очень тяжелая черепно-мозговая травма».
Подростку требовалась срочная трепанация, поскольку гематомы сдавливали мозг, но в районной больнице ее сделать не могли. Из Екатеринбурга вызвали вертолет Центра медицины катастроф.
«У нас началась жизнь от звонка до звонка. Мне разрешили дважды в день звонить в реанимацию и узнавать о состоянии Максима. За три недели меня пустили к сыну только один раз. Мой мальчик был весь в трубках, синюшный. После трепанации ему установили трахеостому и сделали операцию по восстановлению ключицы», — рассказывает Анна, мама Максима.
Через месяц Максима отправили на реабилитацию в город Березовский, в Клинический институт мозга (КИМ). Там он сделал первые успехи после травмы: научился сидеть в кресле, у него появились спонтанные движения в левых конечностях.
После аварии и трепанации у Максима не было части черепа. Родным хотелось поскорее закрыть дефект, но делать краниопластику отказались и в Екатеринбурге, и в Тюмени, и в Москве. «В настоящее время нецелесообразно, восстанавливайтесь!» — сказали врачи.
Максим не вышел в полное сознание, это цель на ближайшую реабилитацию, но улучшения в его состоянии налицо. Он пытается помочь, когда его переодевают. Сидит до 10 минут на кушетке. По 20 минут дважды в день стоит в вертикализаторе. При работе с логопедом появляются звуки.
«Когда с сыном случилась беда, его девушка Вика 4 дня не знала, что с ним. Через друзей нашла мой номер, я ей все рассказала. Она стала звонить мне каждый день. Приезжала к Максиму в хоспис, сидела с ним. Я ее отговаривала: “Подумай… Неизвестно, что с ним будет…” А она: “Я скучаю! Еще приеду!” Сейчас по видеосвязи постоянно общаемся. Сын будто стесняется Вику. То глаза закроет, то голову отвернет и смотрит исподлобья», — рассказывает Анна.
Реабилитацию нужно продолжать, чтобы не упускать бесценное время и помочь организму восстановить утраченные функции.
Помочь Максиму можно здесь: https://clck.ru/3SWvQH