Российский интернет идет по пути «Великого китайского файрвола»
Продолжая анализ московских событий марта 2026 года, необходимо рассмотреть их в контексте глобального тренда на строительство «суверенных интернетов». Наиболее репрезентативным и часто упоминаемым примером здесь выступает Китай с его системой «Великого китайского файрвола» (Golden Shield Project). Сравнение двух подходов позволяет увидеть как общую логику государственного контроля, так и кардинальные различия в методах и последствиях для пользователей и экономики.
Китайская модель: «белый список» как фундамент
В то время как российская система долгие годы строилась по принципу «черного списка» (запрещено только то, что внесено в реестр), Китай с конца 1990-х годов последовательно реализует архитектуру «белого списка». Как пояснял в 2019 году тогдашний глава Роскомнадзора Александр Жаров, это фундаментальное различие: «Китай строит суверенитет интернета по принципу белого списка: запрещено все, что не разрешено. Россия же строит по принципу черного списка: разрешено все, что не запрещено». Именно эту модель и протестировали в Москве в марте 2026 года.
Техническая реализация китайской цензуры представляет собой многоуровневую систему фильтрации на национальных границах. Исследование Стэнфордского университета описывает классические методы работы «Великого файрвола»:
· Блокировка DNS: предотвращает преобразование доменных имен запрещенных сайтов в IP-адреса, выдавая ошибку «сайт не найден».
· Блокировка по IP-адресам: внесение в черный список целых серверов (например, Wikipedia или Blogger) .
· Фильтрация по ключевым словам в URL: если адрес страницы содержит запрещенное слово, доступ к ней блокируется, даже если сам домен не в черном списке.
Однако технологии не стоят на месте. По данным исследователей из Университета Мэриленда и Университета Массачусетса, Китай постоянно модернизирует свои средства фильтрации. В ноябре 2021 года была развернута новая система, способная пассивно обнаруживать и блокировать полностью зашифрованный трафик (такой как Shadowsocks или VMess), который ранее считался «невидимым» для цензуры. Система использует эвристические методы: она не ищет явные запрещенные паттерны, а, наоборот, исключает трафик, который похож на легитимный. Все остальное (трафик, выглядящий как случайный набор байтов) потенциально блокируется. Этот подход имеет побочный эффект — около 0.6% обычного, разрешенного трафика может попадать под блокировку как сопутствующий ущерб . Более того, обнаружен «скрытый слой» файрвола, который анализирует даже зашифрованные HTTPS-соединения, вычленяя из них название домена (SNI) для принятия решения о блокировке.
Цифровая экосистема и жизнь внутри «белого списка»
Ключевое отличие Китая от России, которое делало тестирование в Москве столь болезненным, — наличие полностью сформированной и самодостаточной внутренней цифровой экосистемы. В Китае глобальной сети в привычном смысле нет, есть своя, государственная, изолированная. Для китайских пользователей это не означает цифрового голода: они пользуются национальными аналогами, которые зачастую функциональнее западных.
Как рассказывают российские студенты, обучающиеся в Китае, ключевой суперапп — WeChat — заменяет собой всё: «"ВКонтакте", Сбербанк, "Яндекс GO" и AppStore в одном приложении». Соцсеть RedNote является одновременно аналогом Inst, Wildberries и Avito. Для навигации есть Baidu (аналог Google), для видео — Youku . То есть, оказавшись внутри «белого списка», китайский пользователь не чувствует себя обделенным: все необходимые сервисы — от такси и доставки до банковских переводов — работают идеально и интегрированы друг с другом.
Иностранцы в Китае также вынуждены адаптироваться. Чтобы пользоваться местными приложениями, им необходима китайская SIM-карта, которая привязывается к загранпаспорту. Без нее невозможно зарегистрироваться в WeChat или совершить платеж. Связь с родиной поддерживается либо через «ВКонтакте» (который в Китае не заблокирован), либо путем установки VPN до въезда в страну, либо через тот же WeChat, который просят скачать родственников. Интересно, что некоторые российские сервисы, например «Кинопоиск» и «Яндекс», в Китае работают без ограничений .
Сравнительный анализ: Россия и Китай на пути к цифровому суверенитету
Мартовские события в Москве и многолетний опыт Китая позволяют провести четкую границу между двумя подходами к управлению интернетом. Сравнительная таблица, составленная на основе открытых источников, наглядно демонстрирует эти различия.
Критерий Китай - Россия (март 2026)
Базовый принцип «Белый список»: запрещено всё, что не разрешено. Интернет изначально строился как изолированная система под контролем государства. Гибридный / тестируемый: В обычное время работает «черный список» (разрешено всё, кроме запрещенного). В «особые периоды» включается режим «белого списка» или точечные отключения.
Технологическая основа
Внешний барьер («Великий файрвол») на границах сети. Использует DNS- и IP-блокировки, фильтрацию ключевых слов, анализ зашифрованного трафика. Внутреннее управление трафиком с помощью ТСПУ (Технические средства противодействия угрозам), установленных на всех узлах связи.
Цифровая экосистема
Полностью сформирована и самодостаточна. WeChat, Baidu, Youku и др. полностью замещают западные сервисы и глубоко интегрированы в повседневную жизнь.
Частичная и фрагментированная. «ВКонтакте», RuTube, «Макс» существуют параллельно с западными аналогами (там, где они доступны), но полноценного замещения сервисов (особенно в сфере e-commerce и картографии) пока не произошло.
Социально-экономические последствия тестирования
Низкие, так как система выстроена десятилетиями и является безальтернативной средой обитания. Экономика заточена под работу внутри этой экосистемы.
Критические.
Отключение или ограничение доступа к глобальным сервисам парализует работу такси, курьерских служб, малого бизнеса, зависящего от облачных платежей и навигации. Убытки за 5 дней ограничения работы интернета в Москве, по данным прессы оцениваются в 3-5 млрд рублей .
Вывод: конвергенция или особый путь?
События в Москве показали, что технически Россия готова копировать китайский сценарий «белых списков». Однако социально-экономическая структура города оказалась к этому не готова. В Китае изоляция выстраивалась параллельно с развитием собственных цифровых гигантов, которые стали неотъемлемой частью жизни. В России же, несмотря на многолетние разговоры об импортозамещении, бизнес и горожане остаются глубоко интегрированными в глобальные цифровые платформы или их локальные, но критически важные ответвления.
Прямое копирование китайской модели маловероятно, Россия, судя по всему, движется к созданию гибридной системы, где в «мирное» время сохраняется относительно открытый доступ (с точечными блокировками), но существует техническая возможность мгновенно «закрутить гайки» до состояния «белого списка» в случае кризисной ситуации.
Именно этот механизм экстренного перехода и был обкатан в Москве в марте 2026 года, обнажив всю хрупкость экономики, завязанной на глобальные, а не на суверенные цифровые сервисы.
И в конце, моя рекомендация – надо параллельно развивать свои цифровые платформы, причём создавать дружественный интерфейс и возможность общей интеграции всех российских цифровых ресурсов в единую платформу. И после этого любые перебои с интернетом или вайфаем, будут абсолютно незаметны для бизнеса и граждан. Чего всем нам и желаю.
Константин Крохмаль,
Автор пророческого бестселлера «Эра Блокчейн» книга написана мной 10 лет назад (до эпохи роботов), но не теряет своей актуальности и сейчас.
https://www.litres.ru/book/konstantin-krohmal/era-blokcheyn-33574209/