Мне сложно говорить о Малевиче: я не эксперт и не его биограф

Мне сложно говорить о Малевиче: я не эксперт и не его биограф. Более того, я не поклонник авангарда и, в частности, супрематизма.

Могу лишь сказать, что его искусство — супрематизм — это логическое завершение пути упрощения форм, который обнажает скелет картины.

Как он назвал свой манифест: «От кубизма к супрематизму», так оно и есть.

Мне кажется, что этому начало дал импрессионизм и постимпрессионизм.

И можно, наверное, сказать, что со слов Сезанна всё началось.

Цитата Поля Сезанна: «Всё в природе лепится в форме шара, конуса, цилиндра, надо учиться писать на этих простых фигурах, и, если вы научитесь владеть этими формами, вы сделаете всё, что захотите».

В своих работах Сезанн стремился к упрощению форм.

Этим вдохновились последующие художники. Ярким примером будет такое направление, как кубизм, где эти идеи воздвигли на пьедестал.

Своим искусством Малевич открывает ящик Пандоры, размывая оставшиеся границы и логически заканчивая цепочку, ставя точку.

Его квадрат считается точкой конца искусства, что мы изобразили всё, что могли. Это идеализм, но в парадигме формальной логики так и есть. Все формы изображены, всё — конец.

Это выстрел в искусство, и он пытался сделать его более громким. На выставке квадрат висел в углу комнаты не просто так: это был вызов, так как в то время ещё существовал обычай ставить в угол икону. Это был красный угол, и он туда повесил квадрат.

Все его действия были направлены на резонанс, и он был.

И сам он пытался обосновать новый язык и свободу от форм, и копирование форм в чистое искусство.

Что тоже крайне идеалистично.

Искусство — это творческая деятельность человека. Творческий труд.

И с развитием технологий искусство выходит на более новый качественный уровень. Оно уходит от индивидуального и приходит к кооперативному искусству. Когда целые миры создают люди, и зритель не сторонний наблюдатель, а участник спектакля. Новые виды искусства вбирают львиную долю старого искусства, и создаётся нечто.

Да и индивидуальное искусство не пропало. Развивается подача, язык искусства, так как время не стоит. А искусство отражает этот мир через творчество.

Поэтому его идеи для меня крайне сомнительны, так как он уходил в чистое искусство, которое должно было быть свободно от отражения мира, и довёл искусство до идеалистической крайности, где искусство теряло себя и переставало быть собой.

Но, безусловно, с чем невозможно спорить, так это то, что он стал базой для современного искусства, искусства дизайна, архитектуры и даже киноискусства.

#𝑶𝒕𝒗𝒆𝒕𝑵𝒂𝑽𝒐𝒑𝒓𝒐𝒔