Глава 71
Каждый день Майя, и Коля приезжали в больницу. Юрий вообще, казалось, поселился там.
-Ты хоть отдыхаешь? – укоризненно спросил его однажды Коля, - похудел весь! Осунулся!
-Нормально, - махнул рукой Юра, - работаю, а потом сразу сюда. Думать ни о чем не могу. На меня не обращайте внимания, не это сейчас главное.
Юра часами сидел у постели Эли. Там, в палате реанимации, время, казалось, остановилось. Каждый вздох Эли отдавался в его сердце. Он бы отдал все, лишь бы увидеть, как ее веки дрогнут. Пусть она просто придет в себя!
Иногда все же в его голову заползали дурные мысли. Мысли о том, что она может не очнуться, что ее жизнь изменится навсегда, что их будущее, о котором он мечтал, может рассыпаться. Но он отгонял их с яростью, с которой лев защищает свое потомство.
-Все наладится, - твердил он про себя, как заклинание, способное отогнать злых духов. - Просто нужно подождать.
Он сам от себя не ожидал такой силы чувств к Эле. Он всегда считал себя человеком рассудительным, прагматичным, не склонным к бурным эмоциям. Думал, что после Марины ни одна женщина не больше не заинтересует его. Но Эля…Она была светом, смехом, нежностью, которая пробилась сквозь броню и поселилась в его сердце. И теперь душа просто рвалась на части. Это несправедливо, что ей пришлось такое перенести!
Он должен быть с ней. Даже если она останется инвалидом, даже если ее жизнь никогда не будет прежней, он все равно будет рядом. Он будет ее руками, ее ногами, ее опорой. Он будет ее голосом, если она потеряет свой. Он будет ее глазами. Он будет ее всем. Она нужна ему. Любая.
Юра сжал ее холодную руку, пытаясь передать ей всю свою силу. Он был готов ждать, потому что знал: Эля вернется. И он будет рядом. Всегда.
***
Их визиты в больницу уже стали ритуалом. Майя, Юра, Коля сменяли друг друга у постели Эли, разговаривали с ней, пытались пробиться сквозь завесу беспамятства. Они верили, что даже в таком состоянии человек может слышать, чувствовать, что их любовь и надежда дойдут до нее.
Кира Борисовна пока не приезжала, она никак не могла оправиться от удара. Известие о случившемся подкосило ее, и она слегла с высоким давлением. Ее сердце, и без того ослабленное годами, не выдержало такого потрясения. Она тоже ждала - вестей, чуда, но пока была слишком слаба, чтобы приехать в больницу. И одновременно боялась увидеть дочь в таком состоянии.
Вся семья жила в плену неопределенности. Каждый день был похож на предыдущий, наполненный ожиданием, слезами и тревогой. Врачи были осторожны в прогнозах, их слова звучали как приговор - в лучшем случае инвалидность. Но Майя и Коля отказывались сдаваться. Их мама настоящий боец, она должна выкарабкаться! Они цеплялись за каждую, даже самую призрачную надежду, использовали все имеющиеся возможности.
Надежда – единственное, что держало их на плаву. Они надеялись, что однажды Эля откроет глаза, что ее рука ответит на их прикосновение, что они снова услышат ее смех, увидят ее улыбку. Ее жизнь висела на волоске. Оставалось надеяться на чудо.
***
Это был то ли сон, то ли явь. Как в старых фильмах без звука. После давящей пустоты, словно появившись из ниоткуда, Эля растерянно стояла в кромешной темноте, пытаясь рассмотреть хоть что-то. И вдруг увидела Роберта!
Роберт! Ее сердце словно облилось какой-то теплой волной. Она и не подозревала, что так соскучилась по нему! Она пыталась дотронуться до него, но не получалось. Он что-то говорил, но она не могла разобрать ни слова. На руках у Роберта был темноволосый мальчик, которого он протянул Эле, и растворился в темноте. Эля, ничего не понимая, взяла у него ребенка.
-Роберт, ты куда? Подожди… - но слов не было, рот был словно набит ватой. И сколько она не силилась, ей не удалось извлечь из себя собственный голос. Эля обхватила руками ребенка, и в ужасе посмотрела по сторонам, пытаясь найти выход. Мальчик вел себя на удивление спокойно, только внимательно смотрел на нее своими темными глазами. Где она? Чей это ребенок? Как отсюда выйти? Эле стало страшно. Она всегда находила выход из любой ситуации, а тут что-то непонятное. Даже воздух вокруг тяжелый, густой, сквозь него даже звук не проходит! Просто фильм ужасов какой-то! Хоть бы Роберт что-то сказал, а он просто исчез…Но ведь Роберта уже нет, внезапно дошло до нее. А что это за ребенок? Она взглянула на малыша, отдаленно ей кого-то напоминающего… Но кого? Она прижала его к себе, и тут же вздрогнула, ощутив чью-то руку, тронувшую ее за плечо. Эля увидела отца.
-Папа! - беззвучно кричала Эля, - папочка! Помоги мне, я ничего не понимаю!
Но отец смотрел на нее неожиданно сурово. Он тоже что-то говорил, но Эля не понимала, не могла разобрать, только чувствовала, как он толкает ее в спину. Он никогда не обращался с ней так! Она повернула голову и увидела свет. Сделала пару шагов, обернулась - отца уже не было…
Крепко прижимая к себе мальчика, Эля вышла. Резкий яркий свет ударил по глазам. Она очнулась.
***
Она не понимала, где она. Кто сидит рядом? Все искала того мальчика, куда же он пропал? Как же она могла потерять ребенка? Чей он?
Вокруг сновали медсестры, врач смотрел на аппараты. Эля попыталась что-то спросить, но язык не слушался, она лишь что-то невнятно просипела.
-Мама! Мамочка! - слышала она чей-то голос, словно доносящийся издалека. Голос вроде знакомый. Она увидела перед собой полные тревоги глаза Майи. - слава Богу, ты очнулась!
***
Девять месяцев - срок, за который в утробе матери зарождается и развивается новая жизнь. Вот и Эля, как ребенок, за эти девять месяцев словно рождалась заново. Процесс восстановления потребовал невероятных усилий.
Сказать страшно, сколько сил и денег было отдано за эти долгие месяцы. Но она осталась жить! Это было самое главное. Выжить после такой тяжелой травмы… Ей просто повезло.
И это было начало всего. Слух и речь, не сразу восстановились полностью, но потом все же вернулись к ней, открывая мир заново. Ноги, которые когда-то несли ее по жизни, сейчас были очень слабы, она передвигалась на коляске.
Но самым ценным даром стало возвращение памяти. Все, что казалось потерянным навсегда, вернулось. И рядом, как ее ангелы - хранители, всегда были ее дети, мама и Юра. Их любовь и забота стали той опорой, которая помогла ей пройти через самые тяжелые дни. Юра возил ее на коляске, кормил с ложки, его самоотверженность была безгранична.
-Господи, - вытирала глаза Кира Борисовна, - хоть с одним из зятьев повезло! Элечка, какой он золотой человек…
Конечно, Юрий был не один, ему помогали и Кира Борисовна, и Николаша, ежедневно навещающий мать. Но в основном они были вдвоем. Еще иногда приезжал Чернядьев, принося с собой тепло и поддержку, хотя отношения с Юрой у него были по - прежнему натянутые.
Майя переживала свое собственное чудо. Она в срок родила мальчика, которого назвала в честь отца, Робертом, и пока была полностью поглощена заботами о новорожденном, приезжала реже.
Жизнь продолжалась, принося новые радости и новые испытания. Увидев внука, Эля поняла, что это был тот самый мальчик, которого передал ей Роберт. Что же это было тогда? Сон или реальность?
В тот день, когда Эля сделала свои первые шаги, она расплакалась как ребенок, который только начинает ходить. Она прошла через ад и вернулась. Это было тяжело, невероятно тяжело. Шрам на затылке напоминал о пережитом, головные боли стали частыми спутниками, но она жила!
Она видела своих внуков. С ней рядом были дети, ее любимый человек, который доказал свою любовь к ней, он спас ее, вытащил с того света. Это было счастье, которое невозможно описать словами. Счастье, которое стало наградой за все пройденные испытания.
***
Год спустя
Эля сидела в беседке в саду своего дома. Рядом была Майя, которая прижалась к ней как котенок, пригрелась и задремала. Сама уже мама, а все равно остается ее ребенком, улыбнулась Эля, укрывая ее пледом. Кира Борисовна рядом снова хлопотала с рассадой. На улице стояла коляска с мирно спящим Робертом.
- Я все же не знаю, как объяснить ее поступок, - сказала Эля Кире Борисовне, - подростковый максимализм или недостаток внимания, но у меня сердце разрывается от отчаяния. Мне страшно за нее. Я растила ее, мы спали вместе. Я так старалась быть хорошей мамой. Почему все пошло не так? Все равно у меня так душа за нее болит…