Прокуроры добиваются реприватизации Краснозерского санатория, словно не помнят, что остается от наших госздравниц.
Если оказаться в одном из райцентров Новосибирской области и спросить у местного, как пройти в санаторий, вам в ответ могут грустно вздохнуть и сказать: «Ой, да там теперь дурдом».
Немного забегая вперед, уточним: речь не про Краснозерку, где в последний год кипят страсти вокруг санатория. Насчет той здравницы пока ничего не решено, все в судебных инстанциях, и даже остается шанс, что нынешний собственник, при котором объект процветает и развивается, сохранит свои права. В двух первых инстанциях владелец от требований прокуратуры отбился, а вот третья, кассационная, недавно эти решения отменила и направила дело на повторное рассмотрение.
В паре слов ситуацию попробуй перескажи. Суть в том, что прокуратура Новосибирской области добивается отмены приватизации санатория, случившейся 18 лет назад, и, соответственно, хочет передать государству акции нынешнего акционера — Елены Курнявкиной, вдовы Владимира Курнявкина, руководившего здравницей в момент приватизации.
Отказ прокуратуре суды обосновывали тем обстоятельством, что комплекс создавался колхозниками для отдыха колхозников. Версия прокуроров, что объект всегда был федеральной собственностью, отвергалась. В самом деле: зря, что ли, в 90-е спасением этого и других санаториев занимались Новосибирское областное объединение межколхозных здравниц, а потом Новосибирский обком профсоюза работников агропромышленного комплекса, областной Совет колхозов и фонд социального страхования? (К слову, спасти объект удалось как раз после приватизации — теперь это завидный работодатель и востребованный людьми курорт.)
Третья инстанция, вопреки ряду сообщений в СМИ, тоже не посчитала доказанным факт финансирования государством строительства санатория. Не взяли там во внимание и аргументы прокуроров о недопустимости приватизации санатория как объекта здравоохранения: нет, отмечено в решении, санаторий «обслуживал жителей не одного поселения, а всей Новосибирской области, при этом не оказывая бесплатной первичной медицинской помощи по территориальному признаку и не имея прикрепленного населения».
Слабое звено кассация увидела в том, что при санатории существовал детский лагерь, а приватизировать такие объекты прямо запрещено. Однако на этом основании решения в пользу прокуратуры тоже не появилось — просто все папки дела отправлены обратно в Новосибирск, где арбитражный судья должен рассмотреть их еще раз с учетом этой точки зрения.
Вокруг этой истории звучало много комментариев о пропущенных сроках исковой давности, но как раз в самом разгаре спора Конституционный суд РФ определил, что на дела о приватизации сроки исковой давности не распространяются.
Однако в случае со здравницами Новосибирской области переживать следовало за другое — за возможность самого факта возвращения санатория под государственное крыло.
Дело в том, что у Краснозерского санатория есть буквально зеркальный близнец — санаторий Тогучинский. Его в 2006—2008 годы не приватизировали, но сегодня он все равно не существует. На базе его имущества теперь работает филиал психоневрологического диспансера. И это именно про его судьбу местные говорят со вздохом.
АО «Санаторий «Тогучинский» тоже любили отдыхающие, но он, конечно, так не развивался — в сохранившихся о нем в Сети отзывах можно встретить что-то типа: «А вы не зажрались ли, господа, с Турцией наш санаторий сравнивать? Зато он наш!» Однако объект тупо не выдержал испытания пандемией коронавируса. В 2022 году глава регионального департамента имущества и земельных отношений Роман Шилохвостов признавал, что здравница не пользуется популярностью у населения, неконкурентоспособна и нажила долгов, которые приходится гасить за счет бюджета. В итоге АО ликвидировали, сохраняя его в областной собственности.
Да, еще одно сходство: при Тогучинском санатории тоже существовал детский лагерь, и дети его вспоминают с теплом. Но от ликвидации это его не спасло.
Константин КАНТЕРОВ, «Новая Сибирь»