Военная эскалация вокруг Ирана постепенно превращается из регионального конфликта в фактор глобальной экономической нестабильности. Главная причина заключается в том, что Ближний Восток остается ключевым энергетическим узлом планеты. Через Ормузский пролив проходит около 20 миллионов баррелей нефти в сутки — это почти пятая часть всей мировой морской торговли нефтью. Любые военные действия, атаки на инфраструктуру или даже угрозы перекрытия пролива немедленно отражаются на ценах мирового рынка. Для стран, экономика которых сильно зависит от импорта топлива, подобные колебания могут иметь долгосрочные макроэкономические последствия. Кыргызстан относится именно к таким государствам.
Современная мировая экономика уже переживала похожий энергетический шок. В 2022 году после начала конфликта вокруг Украины цена нефти марки Brent на короткое время поднималась почти до 130 долларов за баррель. Средняя цена года составила около 98,9 доллара. Для мировой экономики это означало ускорение инфляции практически во всех странах, но особенно сильный эффект наблюдался в государствах с высокой зависимостью от импорта энергоресурсов. Кыргызстан оказался среди наиболее чувствительных экономик. Инфляция в стране в тот период ускорилась до 14,7 процента, что стало одним из самых высоких показателей за последние годы.
Связь между ценами на нефть и инфляцией в Кыргызстане объясняется структурой экономики. Страна практически не добывает собственную нефть и производит ограниченные объемы нефтепродуктов. Основная часть бензина, дизельного топлива и других нефтепродуктов импортируется, причем главным поставщиком остается Россия. По различным оценкам, на российские нефтепродукты приходится более 80 процентов рынка топлива Кыргызстана. Такая зависимость означает, что любое изменение мировой цены нефти в течение нескольких недель начинает отражаться на стоимости топлива внутри страны.
После энергетического шока 2022 года ситуация на мировом рынке постепенно стабилизировалась. Уже в 2023 году средняя цена нефти Brent снизилась до примерно 82,3 доллара за баррель. В 2024 году показатель опустился еще ниже — до около 79,9 доллара. Снижение стоимости нефти постепенно ослабило инфляционное давление в Кыргызстане. Инфляция снизилась примерно до 7,3 процента, а затем приблизилась к уровню около 5 процентов. Для экономики страны это стало важным фактором стабилизации, поскольку рост цен на продукты и услуги начал замедляться.
Однако даже в условиях относительно дешевой нефти инфляция в Кыргызстане остается чувствительной к внутренним факторам. В 2025 году средняя цена нефти Brent снизилась до примерно 68,3 доллара за баррель. Казалось бы, такой уровень должен был обеспечить устойчивое снижение инфляции. Но в реальности рост цен в Кыргызстане вновь ускорился примерно до 9,4 процента. Экономисты объясняют это внутренними структурными причинами. В стране постепенно повышаются тарифы на электроэнергию и коммунальные услуги, растет спрос на строительные материалы, а также продолжается давление на рынок продовольствия.
Особую роль в формировании инфляции играет структура потребительской корзины населения. По данным статистики, около 47 процентов расходов домохозяйств в Кыргызстане приходится на продукты питания. Для сравнения: в большинстве стран Европейского союза доля продовольствия в потребительской корзине составляет около 15–18 процентов. Такая структура означает, что любое подорожание транспортировки товаров или топлива быстро отражается на ценах в магазинах. Логистический фактор также усиливает зависимость экономики Кыргызстана от цен на нефть. Страна не имеет выхода к морю и находится в центре Евразии. Большинство импортных товаров поступает через длинные транспортные маршруты — автомобильные, железнодорожные или комбинированные. Перевозка товаров из российских нефтеперерабатывающих заводов, а также поставки продуктов питания из Казахстана, России и других стран требуют значительных транспортных расходов. Когда стоимость дизельного топлива растет, логистика автоматически дорожает.
Именно поэтому потенциальный энергетический кризис на Ближнем Востоке может стать серьезным инфляционным фактором для Кыргызстана в ближайшие годы. В случае дальнейшей эскалации конфликта вокруг Ирана рынки могут столкнуться с нарушением поставок нефти через Ормузский пролив. Если хотя бы часть экспортных потоков будет остановлена, мировое предложение нефти резко сократится. По оценкам международных аналитиков, даже сокращение поставок на 3–4 миллиона баррелей в сутки способно вызвать сильную реакцию рынка. При умеренном сценарии развития событий цены на нефть могут стабилизироваться в диапазоне 80–90 долларов за баррель. Такой уровень уже выше показателей последних лет, но не считается экстремальным. В этом случае стоимость бензина в Кыргызстане может увеличиться примерно на 10–15 процентов. Для экономики страны это означает рост транспортных расходов, который постепенно будет передаваться на другие сектора.
В первую очередь подорожание топлива влияет на стоимость перевозок. Транспортные компании увеличивают тарифы, чтобы компенсировать рост расходов на дизельное топливо. Затем повышение тарифов начинает отражаться на цене товаров. Поставщики продовольствия закладывают дополнительные транспортные расходы в стоимость продукции. В результате продукты питания могут подорожать примерно на 6–8 процентов. С учетом всех этих факторов общий уровень инфляции в Кыргызстане при умеренном сценарии может составить около 9–11 процентов в 2026 году. Это выше целевых ориентиров денежно-кредитной политики, которые предполагают инфляцию примерно в диапазоне 5–7 процентов. В подобной ситуации Национальный банк может быть вынужден сохранять жесткую монетарную политику.
Однако гораздо более серьезные последствия возможны при развитии жесткого сценария. Если военные действия в регионе приведут к серьезным перебоям поставок нефти и закрытию Ормузского пролива, цены на нефть могут быстро подняться до 110–130 долларов за баррель. Такой уровень уже наблюдался в отдельные периоды мировых кризисов. В этом случае давление на экономику Кыргызстана станет значительно сильнее. При цене нефти выше 110 долларов стоимость бензина внутри страны может увеличиться на 25–35 процентов. Дизельное топливо, которое активно используется в грузовых перевозках и сельском хозяйстве, также значительно подорожает. Транспортные услуги могут вырасти примерно на 20 процентов. Это автоматически увеличит себестоимость большинства товаров.
Продукты питания в подобной ситуации могут подорожать на 12–15 процентов. Особенно это касается овощей, фруктов и товаров, которые перевозятся на большие расстояния. Строительные материалы также окажутся под давлением, поскольку их доставка требует значительных транспортных расходов. Подорожание цемента, металла и других материалов может усилить инфляцию в строительном секторе. В результате общий уровень инфляции в Кыргызстане может приблизиться к 12–15 процентам. Это сопоставимо с уровнем 2022 года, когда мировой энергетический рынок находился в состоянии сильной турбулентности. Подобный рост цен будет означать снижение покупательной способности населения и усиление давления на государственный бюджет.
Ситуация осложняется тем, что экономика Кыргызстана остается небольшой и открытой. Внутренний рынок сильно зависит от внешних цен и валютных курсов. Любое подорожание импортных товаров быстро передается в розничные цены. Кроме того, значительная часть бизнеса работает с относительно низкой маржинальностью и вынуждена оперативно перекладывать рост расходов на потребителей. Еще одним фактором риска остается обменный курс. Если глобальный энергетический кризис приведет к усилению доллара на мировых рынках, это может дополнительно ослабить национальные валюты развивающихся стран. Ослабление сома увеличит стоимость импортируемого топлива и товаров. Таким образом, инфляционное давление может усилиться сразу по двум каналам — через рост мировых цен на нефть и через валютный фактор.
В условиях подобной неопределенности Национальный банк Кыргызстана может рассмотреть вопрос о повышении учетной ставки. Более высокая ставка позволяет сдерживать инфляцию за счет охлаждения внутреннего спроса и стабилизации валютного рынка. Однако такая мера имеет и обратную сторону. Дорогие кредиты замедляют инвестиции и могут снизить экономическую активность. Поэтому денежно-кредитная политика в ближайшие годы будет находиться в сложном балансе между поддержкой экономического роста и борьбой с инфляцией. Если мировой энергетический рынок останется относительно стабильным, инфляция в Кыргызстане, вероятно, будет колебаться в диапазоне около 9–11 процентов. Но в случае масштабного энергетического кризиса, вызванного военной эскалацией вокруг Ирана, рост цен может вновь ускориться до двузначных значений и приблизиться к отметке около 15 процентов.
Таким образом, геополитические события на Ближнем Востоке могут оказать заметное влияние на экономику даже тех стран, которые находятся за тысячи километров от зоны конфликта. Для Кыргызстана, не имеющего собственных крупных энергетических ресурсов и зависящего от импорта топлива, колебания мировых цен на нефть остаются одним из ключевых факторов макроэкономической стабильности. В ближайшие годы устойчивость экономики страны во многом будет зависеть не только от внутренних реформ, но и от того, насколько стабильным окажется мировой энергетический рынок.
Оригинал статьи можете прочитать у нас на сайте