Рубрика «Психиатрия и культура / Клиническая поэтика»
Мы уже говорили о «раковине без жемчужин» Осипа Мандельштама как метафоре экзистенциальной пустоты.
Сегодня наш собеседник — Марина Цветаева.
Марина Цветаева: «То святая, то блудница»
Дневниковые записи и стихи
Марина Цветаева не только писала стихи, но и оставила подробные дневники, где с исключительной честностью фиксировала свои душевные состояния. Анализ этих записей позволяет обнаружить как минимум пять из девяти симптомов ПРЛ.
Страх покидания (критерий 1):
«Милый друг! Когда я, в отчаянии от нищенства дней, задушенная бытом и чужой глупостью, вхожу, наконец, к Вам в дом, я всем существом в праве на Вас. <...> Мой воздух с людьми — восторг. Отсюда мое оскорбление»
Здесь значимый человек сравнивается с воздухом, без которого невозможно жить. Это классическое для ПРЛ переживание — острая, витальная потребность в Другом, панический страх остаться без него.
Идеализация и обесценивание (критерий 2):
«Любить — видеть человека таким, каким его задумал Бог и не осуществили родители. Не любить — видеть человека таким, каким его осуществили родители. Разлюбить — видеть вместо него: стол, стул»
Обратите внимание на стремительность падения: от божественного замысла — до неодушевленного предмета. Это классическое «расщепление», когда в человеке не удерживаются одновременно хорошие и плохие качества.
Нарушение идентичности и чувство пустоты (критерии 3 и 7):
«У всех вас: искусство, общественность, дружбы, развлечения, семья, долг, у меня, на глубину, ни-че-го. Все спадает, как кожа, а под кожей — живое мясо или огонь: я — Психея. Я ни в одну форму не умещаюсь — даже в наипростейшую своих стихов»
Здесь поразительно точное описание диффузной идентичности: «ни в одну форму не умещаюсь», отсутствие четких границ «Я».
Дисклеймер: Данный материал носит информационно-просветительский характер и отражает личную позицию автора. Информация не является медицинской консультацией и не заменяет очный прием врача.
Продолжение в следующей статье... Часть 1 по ссылке ниже.