Каждую весну тысячи людей стекаются в Непал, чтобы попытаться покорить самую высокую гору мира. Они платят десятки тысяч долларов, проходят месяцы подготовки и мечтают о минуте на вершине. Но есть те, для кого Эверест — не мечта, а работа. Те, кто тащит на себе палатки, еду, кислородные баллоны, а иногда и самих туристов. Их зовут шерпы.
Долгое время их считали "супергероями" — людьми, которые не чувствуют высоты, не устают и рождены для гор. Но сами шерпы начинают рассказывать другую историю. Историю о том, как профессиональный долг и нужда заставляют их умирать рядом с клиентами, которые не слушают советов.
Генетика, но не бессмертие
Шерпы — этническая группа, веками живущая в высокогорьях Непала, преимущественно в районе Кхумбу у подножия Эвереста. В 2017 году учёные Кембриджского университета подтвердили то, что альпинисты замечали десятилетиями: за тысячи лет жизни на высоте организм шерпов действительно эволюционировал, чтобы эффективнее использовать кислород и сохранять мышечную энергию.
Но это не делает их неуязвимыми.
Согласно Гималайской базе данных, с начала XX века на Эвересте погибло более 330 человек. Из них 132 — шерпы. Только за последнее десятилетие — 28. Они гибнут в ледниковых трещинах, под обломками сераков (ледяных башен), просто исчезают в бездне, выполняя свою работу.
"Много замечательных шерпов теряют здесь жизни каждый год, — говорит Пхурба Вангчу Шерпа, гид, поднимавшийся на Эверест более дюжины раз. — Многие мои друзья погибли".
Трагедия 2024 года: цена долга
22 мая 2024 года на склонах Эвереста разыгралась драма, которая обнажила всю жестокость системы. Кениец Черуйот Кируи, опытный альпинист, мечтал стать первым африканцем, покорившим Эверест без дополнительного кислорода.
В 8:07 утра на высоте 8800 метров базовый лагерь принял последнее внятное сообщение от гида Наванга Шерпы: "Клиенту плохо".
Дорчи Шерпа, менеджер базового лагеря, немедленно приказал: "Дайте ему кислород и начинайте спуск". Но Кируи отказался. "Нет кислорода, — повторял он с нарастающим раздражением. — Только чистый пик".
Наванг уговаривал его почти два часа. Рация передавала обрывки фраз: "Не могу сдвинуть его... Он злится... Я не могу тащить его один".
Примерно в 9:23 связь прервалась. Позже альпинист Джон Миллс, проходивший мимо, видел странную картину: Кируи лежал вниз головой, без перчаток, с расстёгнутым комбинезоном. Наванг сидел рядом с открытыми глазами, но не реагировал, словно в трансе.
Миллс пытался помочь, но погода портилась, ветер усиливался, а у него не было ни палаток, ни спальников, ни лишнего кислорода. "Если бы мы остались, погибли бы ", — скажет он потом.
Наванг Шерпа погиб, потому что отказался бросить клиента. Тело Кируи нашли позже. Наванга не нашли до сих пор.
Позже выяснилась страшная деталь: у Наванга не было опыта восхождений на Эверест. Он никогда раньше не был на вершине. Туркомпания назначила гидом человека без опыта для клиента, идущего без кислорода — одного из самых сложных и рискованных форматов восхождения.
Почему они не уходят
Сану Шерпа — легенда. Единственный человек, дважды поднявшийся на все 14 восьмитысячников мира. У него спрашивают: зачем Наванг остался? Почему не спустился сам?
"Я не думаю, что Наванг был безрассудным или глупым, — отвечает Сану. — Он делал именно то, чему нас всех учили: быть ответственным до конца. Трагедия не в том, что он умер. Трагедия в том, что умирать было профессионально правильным выбором".
Шерпы не ходят в горы за славой. Они идут туда, потому что это единственный способ прокормить семью в одном из беднейших регионов мира. Сезон длится около двух месяцев. Зарплата гида — от 4 до 10 тысяч долларов за восхождение. Этого должно хватить на весь год.
Но турфирмы, берущие с клиентов до 100 тысяч долларов, оставляют основную сумму себе. Гиды часто сами покупают снаряжение — до 7 тысяч долларов, которое приходится менять каждые пару лет. "Заработанного в горах нам уже недостаточно", — признаётся Пхурба Вангчу.
Альтернатив мало. В 2020 году Всемирный банк отмечал, что в экономике Непала появилось 4 миллиона новых рабочих мест — в строительстве, транспорте, производстве. Молодёжь постепенно уходит из горного бизнеса. Дава Гелджен, бывший гид, уверен: новое поколение "просто не захочет лезть на Эверест".
Невидимая работа
То, что остаётся за кадром красивых фотографий с вершины, — это тонны груза, которые шерпы тащат на себе.
На коммерческих экспедициях, особенно в последние годы, система работает жёстко. Шерпы не только сопровождают клиентов, но и забрасывают кислород. Известны случаи, когда портеры несли по 4 баллона (16 кг) от четвёртого лагеря до самой вершины К2, при этом сами шли без кислорода.
На Эвересте та же история. Дава Шерпа, первая непальская женщина, покорившая все 14 восьмитысячников, рассказывает: "Я видела шерпов, которые часами тащили своих клиентов, поили их водой, готовили для них еду, а сами синели от нехватки кислорода. Они не сверхлюди. Они просто толкают себя за пределы, потому что чужой успех — их работа".
"Мои дети сюда не пойдут"
Пхурба Вангчу вырос в деревне, где у детей не было выбора. "Я родился в сельском районе. У нас не оставалось иных вариантов, кроме как работать в горах, чтобы зарабатывать на жизнь".
Сейчас он рад, что у его детей этот выбор есть. "Я бы не стал вовлекать своих детей в эту работу", — говорит он прямо.
Но не у всех есть такая возможность. 19-летний Шусант Начхиринг Рай мечтает покорить Эверест. Пока он работает портером — носит грузы до базового лагеря, чтобы "сделать тело сильнее". "Я хочу заявить о себе, — говорит он. — Я готовлюсь стать альпинистом и уверен, что у меня получится".
Вера и реальность
Шерпы — буддисты. Они верят, что горы — обитель богов. Сагарматха (непальское название Эвереста) переводится как "голова земли, касающаяся небес". Тибетское название — Джомолунгма — в честь матери-богини.
Они стараются не гневить богов: не пьют, не курят на горе, не мусорят, не убивают животных. Когда в 2014 году лавина убила 16 шерпов, многие сказали: горы прогневались.
Но гневаются ли они на тех, кто вынужден идти к ним за куском хлеба? Или на тех, кто лезет наверх, потому что "мечтаю увидеть мир с крыши Земли", не слушая проводников?
Право голоса
Ситуация понемногу меняется. Шерпы начинают говорить. Сану Шерпа, готовящийся к своему 45-му восхождению на восьмитысячник, не скрывает правды: "Мои достижения остаются непризнанными даже в самом Непале, в то время как куда меньшие заслуги иностранцев широко прославляются".
Нима Нуру Шерпа, президент Ассоциации альпинизма Непала, объясняет: "Шерпы лезут в горы не за славой. Они лезут, потому что это часто единственный источник дохода. Этот базовый факт определяет каждое решение, принятое на горе. Профессиональные последствия отказа от клиента — потеря будущей работы в индустрии, где всё держится на репутации — могут весить так же тяжело, как и вопросы безопасности".
Будущее
Прогнозы Пхурбы Вангчу звучат пугающе: "Через 10 лет на горе не останется шерпов".
Возможно, он прав. Экономика Непала растёт. Появляются рабочие места, не связанные со смертельным риском. Молодёжь всё чаще выбирает город, стройку, транспорт — что угодно, лишь бы не тащить кислородные баллоны на восьмитысячник за зарплату, которой едва хватает на год.
Но пока сезон восхождений открывается, шерпы снова идут в горы. Потому что кто-то должен ставить палатки, вешать перила, нести баллоны и уговаривать клиентов вернуться живыми. А потом, если повезёт, возвращаться домой — к семье, которая ждёт и надеется, что в этот раз обойдётся.
Наванг Шерпа не вернулся. Его тело до сих пор на склоне. Говорят, гора забрала его. Но правда в том, что его забрала система, в которой у гида нет права бросить клиента, даже ценой собственной жизни.
А вы задумывались когда-нибудь о тех, кто делает восхождения возможными? Делитесь мнениями в комментариях.
Подписывайтесь на канал, чтобы читать честные истории о горах и людях.
#Эверест #шерпы #гималаи #альпинизм #горы #непал #истории #трагедиянаэвересте #честныеистории #горыиспытания #путешествия #смертельнаявысота #людиигоры #правдаобэвересте #восхождение