Фильм Царевна-лягушка 2 занимает сейчас первое место в прокате

Фильм Царевна-лягушка 2 занимает сейчас первое место в прокате. В кинотеатрах он идёт с 5 марта, зритель идёт стабильно, касса есть — формально всё выглядит как успех.

Но после просмотра у меня осталось странное ощущение. Иногда фильм собирает деньги не потому, что он хороший, а потому что он просто есть. Потому что на него можно сходить с детьми, потому что название знакомое, потому что выбор небольшой. И это тот самый случай.

Вообще последние годы российское кино довольно бодро держится на киносказках. Схема понятная и давно отработанная: берётся известный фольклорный сюжет, в него аккуратно встраивают современных актёров, добавляют пару шуток про гаджеты, немного компьютерной магии, перепетую народную песню — и вот уже готов продукт для семейного проката. Люди идут, продюсеры довольны, конвейер работает.

Первая Царевна-лягушка как раз была из этой серии. Там хотя бы была попытка поиграть с идеей: Василиса — заколдованная царевна, Иван — современный айтишник, Москва — странная смесь фольклора и городской реальности. Фильм получился неровный, местами наивный, местами даже симпатичный. В общем, было понятно: продолжение неизбежно.

Во второй части перед свадьбой появляется новая злодейка — ведьма Морена. Она похищает Василису и уносит её в параллельный мир с волшебными камнями, странными существами и бесконечными испытаниями. Иван собирает команду спасателей и отправляется в приключение.

На экране постоянно что-то происходит: бегают, прыгают, сражаются, сверкают спецэффекты, монтаж мельтешит так, будто фильм всё время торопится куда-то дальше. Но чем дольше смотришь, тем сильнее появляется ощущение пустоты.

Проблема простая: герои плоские. Василиса снова превращается в классическую сказочную невесту, которую надо спасать. Иван снова действует по принципу «побежали спасать — а там разберёмся». Остальные персонажи существуют примерно для того, чтобы кадр не выглядел пустым.

Юмор тоже где-то потерялся по дороге. Шутки вроде бы есть, но они пролетают мимо, не вызывая ни смеха, ни раздражения. Просто проходят фоном.

И всё равно фильм собирает кассу. Люди идут. Кто-то ради детей, кто-то из любопытства, кто-то потому что название знакомое или от отсутствия выбора... Но именно в этот момент начинаешь думать не только об этой картине, а вообще о наших киносказках.

Проблема в том, что они всё больше напоминают конвейер. Даже не напоминают, а стали им. Русский фольклор в них используется как декорация: достали знакомый сюжет, накрутили графики, добавили пару современных шуток — и готово.

Но сказка так не работает. В ней должно быть ощущение тайны, живого мира, какой-то внутренней магии. А когда вместо этого получается шумный и пустой аттракцион из эффектов и суеты, сказка исчезает. Остаётся только картинка.

Если первая часть хотя бы пыталась удержать шаткое равновесие между сказкой и современной комедией, то продолжение эту конструкцию окончательно расшатало. И смотришь на всё это с ощущением странной мысли: русские сказки у нас прекрасные, богатые, удивительные.

А кино по ним почему-то получается всё более пластиковым.

А зритель всё равно идёт.

Вот это, пожалуй, и есть самая настоящая загадка...