Всем известно золотое правило: с родственниками лучше не работать. И уж тем более нельзя устраивать их к себе по первому зову сердца или под давлением семьи. Но когда понимаешь это на собственном опыте, бывает уже поздно.
Меня зовут Алина, мне 29 лет. История, которая едва не разрушила мою семью, началась четыре года назад с самого счастливого события — моей свадьбы. Но корни её уходили в офис, где я работала бухгалтером в отделе закупок.
До замужества мы с Леной были просто приятельницами по работе. Она пришла в компанию раньше меня, но мы быстро сдружились в нашем маленьком отделе, где, кроме нас, был только руководитель. Лена старше меня на пару лет, опытная, разговорчивая, всегда готовая прийти на советом. Когда я познакомилась в компании друзей с Димой, даже представить не могла, что он окажется её старшим братом.
Мы встречались несколько месяцев, и когда решили пожениться, Лена отреагировала бурной радостью: «Это просто судьба! Мы с тобой отлично сработались, теперь и породнимся!»
Мы с Димой сняли квартиру, а через полтора года, собрав первоначальный взнос, взяли ипотеку на двушку. На тот момент Лена уже была замужем и на моей свадьбе красовалась с округлившимся животиком — пятый месяц беременности.
Первые тревожные звоночки прозвенели почти сразу после моего возвращения из свадебного путешествия.
— Алин, прикрой меня сегодня, — просила Лена заговорщицким шепотом. — Мне что-то совсем дурно, давление скачет. Сама понимаешь, положение обязывает. Я поеду домой, отлежусь.
Конечно, я понимала. Беременность, токсикоз, больничные — как не войти в положение будущей мамы, да ещё и новой родственницы? Я прикрывала её перед начальником, говорила, что Лена уехала в налоговую или на склад сверять остатки. Доделывала её отчёты, сводила дебет с кредитом.
Но «прикрой меня» звучало всё чаще. Лена явно вошла во вкус, используя и родственные связи, и своё «особое положение» на полную катушку. Когда она ушла в декрет, я выдохнула с облегчением. На её место взяли толковую женщину, мы сработались идеально, и я даже боялась признаться себе, что не особо жду возвращения золовки. Было стыдно за эти мысли — всё-таки сестра мужа, да и племянница родилась, радость в семье.
Мы с Димой решили с детьми повременить из-за ипотеки. План был такой: моя мама выходит на пенсию и сможет помогать, тогда и я уйду в декрет. Иначе с кредитом на двушку и одной зарплатой не выжить.
Лена отсидела в декрете все положенные три года «от звонка до звонка». И когда вернулась, я поняла: берегись, Алина. Началось светопреставление.
— Алиночка, привет! У дочки ночью температура поднялась, сопли ручьём, — раздавался утренний звонок. — Я сегодня останусь, побуду с ней. Шеф сказал, что если ты не против, то больничный можно и не брать. Ты же не против, правда? Мы же свои люди.
А следом звонила свекровь:
— Лена одна с ребёнком, а ты ей кто? Не чужая! Помоги. Тебе ещё рожать, тогда и она тебе поможет, по-родственному.
Первый, второй, третий раз… Но когда это стало происходить неделя через неделю, я взвыла. Вся работа за двоих легла на меня. А в те редкие дни, когда Лена соизволяла явиться в офис, она постоянно отпрашивалась: то в поликлинику, то забрать ребёнка из сада пораньше, то к логопеду.
Девочки из соседнего отдела советовали:
— Алин, проси начальника расширить штат. Ты же здесь ночуешь. Долго это будет продолжаться?
Дома муж ворчал:
— Ты опять с этими бумагами до ночи? Мы вообще собираемся жить вместе или только ипотеку платить?
Кульминация наступила неожиданно. Лена допустила грубейшую ошибку — вовремя не отправила критически важные документы крупному поставщику. Срыв сроков грозил фирме серьёзными штрафами. А Лена, как обычно, «заболела» и ушла в неофициальный отгул. Я позвонила ей, паникуя:
— Лен, это катастрофа. Срочно нужно что-то придумывать, объяснять поставщику ситуацию, переделывать бумаги. Как быть?
— Ой, Алин, ну придумай что-нибудь сама, ты же умная, — беззаботно ответила она. — Я не могу, мы с мужем и дочкой уже уехали за город к друзьям на шашлыки.
В этот момент меня прорвало. Ребёнок, получается, не болел? Они просто отдыхали на природе, пока я тут разгребаю последствия её лени. Сколько таких отгулов, «больничных» и поездок я ей подарила? Я сидела на работе до ночи, таскала документы домой, а она жарила шашлыки?
Я позвонила маме, вся на взводе.
— Мам, я так больше не могу. Что делать?
— Доченька, кто везет, на том и едут, — грустно сказала она. — Не оправдаешься перед начальством — подставишь сестру мужа. А оправдаешься — расскажешь правду — поссоришься со свекровью на всю жизнь. Выбирай.
Выбирать не пришлось. Либо начальник сам всё давно видел, либо «добрые» коллеги из других отделов помогли сложить пазл (о, этот женский коллектив — отдельный вид искусства!). Итог был закономерным: Лене предложили написать заявление по собственному желанию.
Разумеется, крайней назначили меня.
— Не ожидала от тебя такой подставы, — шипела Лена при встрече. — Это я тебя на работу привела! Я тебя всему научила! Я тебя с братом познакомила! А ты, змея, вот как отплатила?
Свекровь с ней солидарна:
— Сама скоро в декрет пойдёшь, тогда и узнаешь, каково это, когда свои же подставляют. Поделом тебе будет!
Сейчас мы не общаемся. Свекровь демонстративно не берёт трубку, Лена игнорирует мои сообщения. Конечно, осадок неприятный. Но... знаете, мне плевать. Самое главное, что муж на моей стороне. Дима видел всё это своими глазами, видел, как я убиваюсь на работе, пока его сестра отдыхает. Он сказал: «Ты всё правильно сделала. Нельзя позволять садиться себе на шею, даже если это родственники».
И он прав. Родственные связи не дают индульгенцию на хамство и лень. И я усвоила этот урок на всю оставшуюся жизнь.
Заходите на мой сайт злючка.рф.
Авторские каналы в Телеграм и MAX