Здравствуйте, дорогие читатели.
Вы помните те времена, когда телевизионное интервью было настоящим искусством? Когда мы садились у экранов, чтобы заглянуть в душу любимому артисту, режиссеру или писателю. Журналист тогда был эрудитом, который долго готовился к встрече, изучал роли, читал книги своего героя. Это был танец двух интеллектов.
А что мы видим сегодня? Включаешь очередное модное шоу в интернете, и складывается стойкое ощущение, что ты присутствуешь не на дружеской беседе, а на допросе с пристрастием. Интервьюеры словно соревнуются: кто больнее уколет, кто задаст самый бестактный вопрос, кто быстрее выведет звезду из себя.
Давайте поразмышляем, почему наша журналистика так измельчала, и попытаемся найти ту самую грань между профессиональной дерзостью и обыкновенным хамством.
Случай Пугачевой: интервью или ловушка для заголовков?
Осенью прошлого года интернет буквально взорвался. Вышло огромное, почти четырехчасовое интервью Аллы Пугачевой журналистке Катерине Гордеевой (признана Минюстом иностранным агентом). Разговор получился резонансным: обсуждали отъезд, политику, коллег по сцене. Фраза Пугачевой о том, что «самые умные люди при дворе были шуты, они говорили правду царям», разлетелась на цитаты.
Но меня, как человека из творческой среды, в этой истории зацепило другое. В профессиональном сообществе начался спор не столько о словах певицы, сколько о методах самого журналиста.
Тележурналистка Алена Жигалова очень точно подметила: это было странное интервью.
Вопросы строились так, чтобы спровоцировать, вытащить именно громкие, скандальные политические заявления. Важные смысловые темы обрывались на полуслове, зато провокации дожимались до конца. У меня при просмотре тоже возникло ощущение, что перед интервьюером не стояла задача понять человека. Стояла задача настричь громких заголовков.
Сама Алла Борисовна, устав от этой искусственной шумихи, позже иронично написала в соцсетях:
«Минутный порыв говорить пропал.
Не лучше ли просто допить свой бокал.
Мне лучше уйти, улыбаясь».
В этих строках — вся суть. Шум вокруг интервью оказался громче самого разговора.
«А что у вас нового?»: почему артисты не хотят общаться с прессой
И ведь этот случай — не исключение. Звезды всё чаще открыто возмущаются поведением репортеров. Недавно об этой проблеме очень откровенно высказалась Ани Лорак, и под ее словами, я уверен, подпишутся многие мои коллеги.
Вы только вдумайтесь. Актер месяцами репетирует роль, пропускает ее через свои нервы. Или певица выпускает выстраданный альбом. Они приходят на интервью поговорить о творчестве. А напротив садится человек, который даже не удосужился заглянуть в биографию гостя, и выдает набор пошлейших клише: «А что у вас нового?», «Как вы относитесь к критике?», «А правда, что вы разводитесь?».
Как абсолютно верно заметила Лорак: «Когда журналист не готовится — это не разговор, а формальность». Журналист хочет скандал, а артист — нормальный разговор о профессии. В итоге звезда резко отвечает, встает и уходит.
Журналист как главная звезда и диагноз нашего времени
Честно говоря, размышляя об этом, я понимаю: проблема гораздо глубже, чем просто чья-то невоспитанность. Современный интервьюер не хочет слушать. Он хочет, чтобы слушали его. Он хочет самоутвердиться за счет известного гостя.
И этому очень способствуют новые форматы и технологии, которые требуют быстрых просмотров, кликбейта и мгновенного хайпа. Я уже не раз писал на канале, что технологии проникают всюду, и медиа — не исключение.
И знаете, что меня по-настоящему радует? Оказывается, этот пугающий диагноз видим не только мы с вами по эту сторону экрана. На днях в Москве, в Институте медиа НИУ ВШЭ, прошла масштабная конференция «Современные медиа: технологии, смыслы, кадры». И там, на высоком уровне, обсуждали именно это: как спасти смыслы в эпоху нейросетей и гонки за рейтингами.
Я читал тезисы спикеров и ловил себя на мысли: как же я с ними солидарен! Директор Института медиа Эрнест Мацкявичюс очень точно подметил, что принципиально новые технологии буквально «взрывают» пространство, обнуляя прежние привычные форматы. И стратегически важно, кто будет этими технологиями управлять.
Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков сделал важнейший акцент на том, что журналисту сегодня нужно уметь мгновенно учиться и перестраиваться на ходу, не теряя смыслов и не имея права на ошибку. А Мария Захарова, директор департамента информации и печати, официальный представитель МИД России, подчеркнула мысль, под которой я готов подписаться: мы должны взять в руки новые инструменты с «огромной любовью, не с агрессией, не для того, чтобы самоутвердиться... а чтобы укреплять информационное пространство».
И ведь как точно сказано про «самоутверждение»! Я абсолютно согласен. Сегодня микрофон слишком часто используют именно как оружие для раздувания собственного эго, а не как инструмент для понимания другого человека. Мы, зрители, чудовищно устали от этой агрессии в кадре.
Но больше всего мне, как человеку от искусства, откликнулись слова Рифата Сабитова (ВГТРК). Он сказал вещь, которая бьет в самую суть: готовя новые кадры, нужно делать акцент на исторической правде, на том, чтобы молодые журналисты «читали правильную литературу, смотрели правильное кино».
И здесь я хочу добавить от себя. Можно построить самую современную студию, внедрить любые конвергентные редакции и дать репортеру в руки лучший искусственный интеллект. Но эмпатию нельзя скачать, как приложение на телефон! Уважению к собеседнику не научит ни один алгоритм. Если у человека за душой нет культурного багажа, если он не умеет сопереживать, то любой, даже самый технологичный эфир превратится в пластмассовую пустышку. Никакие технологии не скроют внутренней пустоты журналиста, и он так и будет задавать плоские вопросы про скандалы и грязное белье.
Вместо финала: где проходит граница?
Журналистика, безусловно, должна быть острой. Без неудобных вопросов интервью превращается в приторную патоку.
Но где проходит граница? На мой взгляд, всё очень просто. Дерзость и острота рождаются из глубокого знания предмета и искреннего интереса к личности. А провокация ради провокации — это банальное хамство, прикрытое микрофоном. И никакие новые технологии не заменят журналисту эмпатию, интеллект и уважение к чужому труду.
А вы как думаете, дорогие читатели? Раздражает ли вас манера современных журналистов вести интервью? Чьи глубокие беседы из прошлых лет вы вспоминаете с ностальгией?
Очень жду ваших размышлений в комментариях.
Удачи вам, и пусть в вашей жизни будет больше искренних разговоров.
До встречи!
С уважением, Дмитрий.
Нравятся такие истории? Если да — дайте знать, поставьте лайк, и я найду еще интересный материал.
Спасибо за вашу активность!
Если вам понравилось, подпишитесь, пожалуйста, на канал и прочтите также мои прошлые лучшие статьи: