Найти в Дзене
Степные Зори

Один день из жизни капитана войск БПЛА

Обычно герои не носят награды с гордостью. Они носят их с памятью, от которой невозможно отказаться. Наш земляк, кадровый офицер, командир подразделения БПЛА с позывным Фантом, – именно такой человек. Он прошёл путь от курсанта военно-воздушной академии до заместителя командира батальона беспилотных систем полка. В зоне СВО отвечает за «воздушные глаза» пехоты. В перерывах между боевыми выходами рассказал нам, почему пошёл в беспилотную авиацию, как вытаскивал дрон с минного поля и что нужно знать тем, кто хочет служить в новом роде войск. Тяга к небу: как хуторской парень стал офицером БПЛА Он мог бы стать лётчиком. В 2015 году, после окончания школы, грезил лётным училищем. Но судьба распорядилась иначе – поступить туда не получилось. Однако небо просто так не отпускает. – Естественно, тянуло меня к небу, – вспоминает офицер в своём голосовом сообщении, записанном прямо с передовой. – И я нашёл другой способ связать с ним свою жизнь. Узнал про академию, где готовят операторов беспило

Обычно герои не носят награды с гордостью. Они носят их с памятью, от которой невозможно отказаться. Наш земляк, кадровый офицер, командир подразделения БПЛА с позывным Фантом, – именно такой человек. Он прошёл путь от курсанта военно-воздушной академии до заместителя командира батальона беспилотных систем полка. В зоне СВО отвечает за «воздушные глаза» пехоты. В перерывах между боевыми выходами рассказал нам, почему пошёл в беспилотную авиацию, как вытаскивал дрон с минного поля и что нужно знать тем, кто хочет служить в новом роде войск.

Тяга к небу: как хуторской парень стал офицером БПЛА

Он мог бы стать лётчиком. В 2015 году, после окончания школы, грезил лётным училищем. Но судьба распорядилась иначе – поступить туда не получилось. Однако небо просто так не отпускает.

– Естественно, тянуло меня к небу, – вспоминает офицер в своём голосовом сообщении, записанном прямо с передовой. – И я нашёл другой способ связать с ним свою жизнь. Узнал про академию, где готовят операторов беспилотных систем. Подумал: всё равно я попаду в небо той или иной ценой. Так оно и получилось.

Десять лет назад он поступил в военно-воздушную академию. Пять лет учёбы, диплом и первая должность – начальник расчёта легендарного «Орлана-10». Уже тогда, задолго до начала СВО, он понял главное: будущее войны – за технологиями. Но одно дело – теория, и совсем другое – реальность, где дрон становится единственными глазами пехоты, а его потеря – вопрос жизни и смерти.

«Дроны сделали шаг вперёд, артиллерия – назад»

Когда началась специальная военная операция, роль беспилотников изменила саму структуру боя. По словам Фантома, именно после первого года СВО наступил переломный момент.

– Всё переключилось на дроны. И разведка, и радиоэлектронная борьба, и нанесение огневого поражения, – объясняет офицер. – Артиллерия и пехота сделали шаг назад. Дроны взяли на себя логистику, доставку имущества, корректировку. Сегодня уже все знают, что у нас в Вооружённых силах появился новый род войск – беспилотные системы. И это только начало.

Фантом уверен: то, что сейчас отрабатывается в зоне СВО, завтра станет повседневной жизнью страны. Дроны уже летают над российскими дорогами вместо радаров, ищут потерявшихся в лесах (МЧС), доставляют почту на Крайнем Севере и скоро будут орошать поля в агропроме.

– За дронами будущее, – говорит он. – После окончания СВО это не останется на месте. Будет нехватка кадров на гражданке. Везде нужны «воздушные глаза». Даже трубы на севере проверять на утечки газа – туда же проще отправить разведчика, чем тянуть бригаду.

Но сейчас у него и его подчинённых другие задачи. И одна из них едва не стала последней.

«Задача должна быть выполнена»: как Фантом вышел с минного поля

Сухие строчки наградного листа гласят: «Орден Мужества» и медаль «За укрепление боевого содружества». Но за ними стоит ночь, холод и шаг в никуда.

Новейший российский беспилотник, выполнив задачу, не дотянул до базы. Он упал. И упал в самом страшном месте, которое только можно представить, – на заминированном поле, всего в 3-5 километрах от позиций противника. Рядом с ним валялся вражеский аппарат – тоже новейшая модель, севшая там же по стечению обстоятельств (видимо, не выдержала высоту из-за рельефа).

– Я сразу принял решение, что ребята не пойдут. У них мало опыта, а ситуация случилась впервые, – рассказывает командир. – Естественно, пошёл сам туда.

Это не была бравада. Это был расчёт командира, который знает цену каждой жизни.

– Я знал, что эту задачу выполню лучше сам. Проще было сделать самому, чем переживать, думая, как парни, не дай Бог, попадут в беду, – делает он акцент на солдатском братстве.

Он полз. Полз по минному полю, зацепив сначала свой аппарат, а потом, уже в лесополосе, наткнулся на вражеский и прихватил и его. В этот момент Фантома засёк дрон противника. Начался шквальный обстрел. Артиллерийские мины ложились рядом, взрывая землю.

– Мысли были только об одном: как бы побыстрее вернуться домой и искупаться. Было грязно, холодно, сыро, – неожиданно просто говорит он. – А то, что прилетало... К этому уже привыкаешь. Это как повседневность. Не так страшно было на самом деле.

За 100 метров до своих его встретили бойцы. Вытащили, подхватили, помогли. Через два с половиной часа тот самый, «раненый», российский беспилотник снова был в небе, выполняя боевую задачу.

Трофейная работа: как «птичка» врага становится западнёй для хозяев

Вражеский дрон, который офицер притащил вторым, оказался не просто железкой. Он стал источником бесценных данных.

– Мы отдали его в наше армейское исследовательское бюро, – поясняет капитан. – Узнали, откуда он летает (точка взлёта), узнали частоты. Для нас это понимание того, где находится противник, на каком удалении. Эти частоты передаются в подразделения РЭБ, которые на основе этого делают средства подавления и начинают давить врага.

Так, рискуя жизнью, Фантом принёс пользу не только своему подразделению, но и всей линии фронта.

Скромность героя и память поколений

Казалось бы, носи награды и гордись. Но наш собеседник – из той породы молчаливых воинов, которых он сам встречал в детстве.

– Раньше удивлялся, почему люди, прошедшие Чечню, Афганистан, постоянно молчат, закрыты. Помню это по школьным временам. Они неохотно рассказывали, – делится он. – Теперь я этих людей прекрасно понимаю. Для меня награды – тема непростая. Есть те, кто получает их посмертно. Мне просто, может быть, повезло. Носить их с гордостью? Не могу. Чувства противоречивые.

На позициях для подчинённых он просто Фантом, на командном пункте – товарищ капитан. Военная дисциплина свята.

Хуторская закалка и призыв к молодёжи

Воспитанный в строгой семье на казачьем хуторе, Фантом признаёт: земля и родные дали ему тот стержень, который не сломать.

– Я парень из деревни. Выдержка, стойкость, дисциплина – это оттуда. И желание служить, желание выполнять боевые задачи – это всё сыграло свою роль.

Сегодня, когда государство ставит задачу по набору бойцов в войска БПЛА, капитан обращается к тем, кто ещё сомневается:

– Ребятам, кто хочет служить: желаю удачи. Ни шагу назад! Если появилась мысль пойти в эту сферу – даже не думай, иди, бери, делай. Развивайтесь в этом направлении. В армии сейчас хорошее обеспечение и зарплата. А главное – нужны молодые парни, которые понимают технологии, языки программирования, умеют «общаться» с компьютером. Наша работа – как мини-игра, только в реальности. И она даёт результат.

Обучение сегодня доступно каждому. По словам офицера, в России развёрнуто множество центров – как военных, так и гражданских. Научиться управлять коптерами и ударными беспилотниками может любой парень 18-25 лет.

– Полтора месяца – и нарабатываешь отличную базу. Неделя теории, месяц практики. С 8 до 16, каждый день. Обучиться можно без проблем, было бы желание, – подытоживает наш герой.

Хотя он не считает себя героем. Он просто делает работу. Но именно такие, как Фантом – спокойные, надёжные, готовые идти под обстрел ради «железной птицы» и своих пацанов, – сейчас куют победу. И пока в хуторах растут такие парни, русское небо будет под контролем.

Сегодня беспилотные войска – это элита современной армии. А новые технологии ‒ будущее для всей страны.

Юлия ИВКО