Быстро найдя имена предков фабрикантов Виноградовых из Поречья до XVIII века, я занялся восстановлением истории самой фабрики, таким образом переведя свои изыскания в краеведческую плоскость.
Однако еще на первых шагах у меня осталась загадка — кто такая Варвара Дмитриевна, вторая жена последнего из владельцев сапоговаляльной фабрики в с. Поречье Калязинского уезда Тверской губернии Якова Ивановича Виноградова, по совместительству моя прапрапрабабушка?
Историю нескольколетних поисков я сейчас перескажу в паре абзацев, однако по затраченным усилиям она входит в тройку решенных задач, которыми я могу гордиться.
Первый этап. Я уже рассказывал о выписках из метрических книг. В деле, где должно было быть венчание Якова, вырваны несколько страниц, другого экземпляра метрик я так и не нашел, но в последующих записях среди восприемников детей Варвары Дмитриевны фигурировала купеческая вдова Екатерина Дмитриевна Коровкина. Я сделал предположение, что они могут быть сестрами.
Второй этап. Из различной литературы (про сбор коллекции) и доступных онлайн статей (самая ранняя — «Калязинский некрополь» https://genealogia.ru/nekropol/kalyazinskij-nekropol-ch3) я выяснил, что Екатерина Дмитриевна купчиха была заметной фигурой в Калязине, , оставшись вдовой, она продолжала участвовать в жизни города, была меценатом. В конце концов, юридическая принадлежность к купеческому сословию тоже о чем-то, да говорила: после реформ Александра II и упразднения 3-й гильдии таких семей на Калязин было пару десятков. В материалах отмечалось, что ее девичья фамилия — Охлобыстина. Последний факт оказался ошибочным и запустил меня по ложному пути.
Третий этап. Начался перебор всех доступных метрик с Охлобыстиными и Коровкиными, для чего пришлось начать построение деревьев для, казалось бы, чужих мне людей. Благо «кроной» все калязинские купечество так или иначе соприкасается, и я начал изучать эти рода с нескольких точек «входа» — от своей родни. К этому времени хорошо работало АИС ГАТО, мне стал доступен удаленный просмотр тех документов, которые не «утекли» на FamilySearch. Количество калязинцев в древе ушло за пару тысяч.
Четвертый этап — «квантовая запутанность». Опрометчиво добавив в свою схему данные из ранее купленной книги с поколенной росписью Охлобыстиных, я окончательно зашел в тупик: дерево стало задваиваться, будто бы появились дублирующиеся персоны, но я не мог найти суть проблемы. Виной тому были ошибки в росписи Охлобыстиных. К тому же оказалось, что в городе были две Екатерины Дмитриевны Коровкины, обе якобы урожденные Охлобыстины — мама и жена одного из последних калязинских городских голов.
Хотя изначально у меня под подозрением были несколько династий в Калязине — Охлобыстины и сами Коровкины, я решил перед поездкой повнимательнее изучить метрики и попробовать распутать задвоение в древе.
Подтвердилось, что в Калязине было две Екатерины Дмитриевны — жена и мачеха Ивана Алексеевича Коровкина, последнего дореволюционного калязинского головы. Но вдовой до революции была только одна из них — мать. Вот она после смерти мужа она активно принимала участие в жизни города, была меценатом, младшая не могла числиться купеческой вдовой, так как муж умер только в 1918 году.
Я нашел записи о венчании двух поколений Коровкиных — младшая действительно была Охлобыстиной, а вот старшую в краеведческих материалах путают, она — Киселева. К сожалению, однажды сделанная ошибка теперь тиражируется из публикации в публикацию.
Пятый этап. Для подтверждения, того, что в семье Киселевых была взрослая девушка Варвара, требовалась поездка в тверской архив. Поскольку я толком не мог сформулировать, что именно ищу, вариант с наймом помощника отпадал. Начав перебирать заголовки дел в описях на сайте ГАТО, я смог отобрать несколько перспективных дел, которые нужно было смотреть лично.
Окончательно разрешить этот вопрос удалось после поездки в ГАТО и просмотра посемейных списков. Я без труда нашел семью Киселевых, купцов 2-й гильдии, владельцев мясных и колбасных лавок. У Дмитрия Ивановича Киселева было много дочерей, как раз на 1870-е среди них числится Варвара. Далее уже без труда удалось найти и метрику о ее рождении.
Таким образом, спустя несколько лет после начала изучения калязинских корней я получил дополнительную городскую ветку. Однако история сделала еще один крутой поворот — мать девочек Киселевых происходила из угличских купцов Прянишниковых: это открывало для меня совершенно новый регион для изучения.