Финансовое положение российских семей претерпело серьезные испытания в прошедшем году. Согласно статистике Центрального банка РФ, по итогам 2025 года объем кредитов, которые вряд ли когда-либо будут погашены, достиг пугающей отметки в 2,4 триллиона рублей. Этот показатель демонстрирует рост на треть по сравнению с предыдущим годом (1,8 трлн рублей). Эксперты пытаются разобраться, какие факторы спровоцировали столь масштабное ухудшение качества задолженности и чем это грозит экономике страны.
Цифры, которые говорят сами за себя
Речь идет о так называемых «безнадежных» долгах, отнесенных к пятой, самой низкой категории качества, где дефолт заемщика уже фактически произошел. Если же рассматривать совокупно четвертую и пятую категории (проблемные ссуды с высокими рисками невозврата), то сегодня они занимают почти 7% от всего розничного кредитного портфеля банковской системы. Для сравнения: годом ранее этот показатель находился на уровне 5,7%. Финансовые аналитики подсчитали, что в настоящее время каждый 14-й рубль, выданный банками физическим лицам, находится в зоне высокого риска.
Причины ухудшения платежной дисциплины
Регулятор связывает текущую ситуацию с заметным падением платежной дисциплины граждан. В зоне риска оказались ссуды, оформленные в период активного кредитования на стыке 2023 и 2024 годов. Как поясняет Александра Пожарская, представляющая проект Народного фронта «За права заёмщиков», именно тогда финансовые организации зачастую пренебрегали осторожностью. Кредиты выдавались гражданам пенсионного возраста с высокой долговой нагрузкой и сомнительной кредитной историей. Более того, менеджеры на местах нередко советовали потенциальным клиентам завышать реальный уровень заработка в анкетах, чтобы «вписаться» в скоринговые модели банков.
Дополнительным фактором стала активная фаза льготного ипотечного кредитования, которая продолжалась до середины 2024 года. Многие семьи, стремясь воспользоваться государственной поддержкой, оформляли ипотеку без трезвой оценки будущих финансовых возможностей, что в итоге и привело к дефолтам в 2025 году. Также в этот период фиксировались случаи выдачи потребительских займов гражданам, пострадавшим от действий мошенников.
Эффект статистики или экономическая реальность?
Ряд экспертов придерживается мнения, что резкий скачок доли «плохих» долгов имеет не только макроэкономическую природу, но и статистическое объяснение. По словам Алексея Волкова из Национального бюро кредитных историй (НБКИ), свою роль сыграл «математический эффект». Те кредиты, которые были выданы с высоким риском в 2023–2024 годах, достигли пика просрочки именно тогда, когда выдача новых займов резко сократилась. Из-за уменьшения общего знаменателя (портфеля) доля проблемной задолженности математически увеличилась.
Примечательно, что во втором полугодии 2025 года качество обслуживания «свежих» кредитов заметно улучшилось. Это стало прямым следствием политики банков, которые ужесточили скоринг и требования к заемщикам. Таким образом, текущий уровень «плохих» долгов, хоть и вырос, но остается в пределах, которые банковский сектор способен контролировать без катастрофических последствий, отмечает Волков.
Есть ли повод для паники?
Аналитики сходятся во мнении, что наблюдаемый рост задолженности вряд ли спровоцирует полноценный финансовый кризис или надувание «кредитного пузыря». Наталья Мильчакова из Freedom Finance Global подчеркивает, что доля в 7% от портфеля не является критической для подрыва стабильности всей банковской системы.
Однако последствия для экономики и населения будут ощутимыми. Во-первых, вырастет число личных банкротств. Во-вторых, банки продолжат закручивать гайки, ограничивая доступ к заемным средствам для добросовестных граждан. Это, в свою очередь, ударит по потребительскому спросу, замедлит обороты розничной торговли и усложнит приобретение жилья и автомобилей для широких слоев населения. Таким образом, главным последствием роста безнадежных долгов станет не крах банков, а ужесточение условий кредитования для всех остальных.