Хотите узнать, как одно действие может изменить целый регион? Онлайн журнал СКОТЧ и Корпорация Туризм.РФ запускают серию историй о людях и инициативах, которые меняют туристическую карту России.
Первый наш герой Антон Морозов — один из пионеров отечественного сёрфинга, основатель первой в России школы сёрфинга Snowave Kamchatka и человек, который фактически запустил эту культуру на Камчатке.
Мы поговорили с ним о том, как зарождался сёрфинг в России, почему волны Камчатки стали известны во всём мире и почему, по его словам, в нашей стране этот спорт приходится буквально «добывать».
— Как вы пришли к идее открыть школу сёрфинга на Камчатке? Был ли какой-то переломный момент?
Всё началось ещё в 90-е. Я тогда был школьником и увидел фильм о сёрферах, которые путешествуют по миру в поисках волн. Для меня это был совершенно другой мир — свободный, красивый, полный приключений. В те годы жизнь была непростой, и эта история меня очень зацепила. С того момента появилась мечта — однажды прокатиться по настоящей волне.
Сначала на Камчатке начал развиваться сноуборд, и я погрузился в эту культуру: катался, потом стал инструктором, начал учить детей и взрослых. Постепенно возникла идея: зимой — сноуборд, летом — сёрфинг. Такой круглый год в одной стихии.
В начале 2000-х о сёрфинге в России почти никто не знал. Но в 2004 году я впервые попробовал. Учились буквально с нуля: нам присылали обучающие диски из Франции, доски приходилось искать или привозить из поездок. Мы катались, звали друзей, собирались на пляже с палатками — так постепенно появлялось небольшое сообщество.
Со временем это выросло в школу. А название Snowave появилось позже — как соединение двух сезонов: снег зимой и волны летом.
Переломным моментом стал 2012 год. Тогда на Камчатку приехала команда калифорнийских сёрферов вместе с известным фотографом Крисом Буркардом. Он снимал экспедицию и потом выпустил большой материал. После этого о Камчатке узнали по всему миру. Для меня это был очень сильный момент: я увидел своё место глазами людей, которые объехали весь мир, и понял, насколько оно уникальное. Тогда окончательно стало ясно, что я хочу заниматься этим всю жизнь.
— Что было самым сложным на старте?
Сложностей было очень много. Камчатка — удалённый регион, и тогда здесь просто не существовало инфраструктуры для сёрфинга. Нельзя было купить гидрокостюм, доску или какое-то оборудование — всё приходилось привозить из-за границы.
Но ещё сложнее были стереотипы. Многие считали, что сёрфинг в России невозможен, а на Камчатке — тем более. Нас воспринимали как каких-то чудаков. Люди даже приезжали на пляж просто посмотреть, как «хиппи катаются на досках». Приходилось буквально каждый день доказывать, что это не фантазия и не временное увлечение, а реальная культура, которая может здесь существовать.
— Откуда чаще всего приезжают люди?
Основная аудитория — Москва, Санкт-Петербург и крупные города центральной России.
До пандемии было много иностранцев: итальянцы, французы, норвежцы, исландцы, европейцы в целом. Они приезжали практически каждую неделю в течение сезона — не только сёрферы, но и путешественники, которым просто хотелось увидеть Камчатку.
Интересно, что жители Дальнего Востока путешествуют по своему региону не так активно, как могли бы. Хотя рядом есть и Сахалин, и Приморье — невероятно красивые места, где тоже есть волны.
— Есть ли соревнования по сёрфингу в России?
Да, сёрфинг постепенно становится полноценным видом спорта. На Камчатке появилась первая детская спортивная школа по сёрфингу. Сейчас проходят чемпионаты России — их проводят в разных регионах: на Камчатке, Сахалине, во Владивостоке, Калининграде, Сочи, Крыму. Конечно, по сравнению с традиционными видами спорта это пока только начало.
Инфраструктура и система подготовки только формируются. Но движение есть, и оно постепенно набирает обороты.
— Насколько школа сёрфинга — это устойчивый бизнес?
Честно говоря, я бы не назвал это просто бизнесом. Это скорее дело всей жизни. Работать здесь непросто. Наш лагерь находится на природоохранной территории, поэтому строить капитальные здания нельзя. Всё приходится организовывать самостоятельно: генераторы для электричества, привозная вода, дорогие септики, логистика.
Кроме того, сезон очень короткий — активная работа длится всего около трёх месяцев. При этом нужно содержать команду и инфраструктуру весь год. Но несмотря на это, за лето через школу проходит примерно три-четыре тысячи учеников.
Сейчас у нас уже выстроена команда, есть экономика, продажи, управление. Но для меня это всё равно не только бизнес — это проект, который дарит людям эмоции и ощущение свободы.
— Как это помогает развивать регион?
Без лишнего пафоса могу сказать, что сёрфинг сыграл свою роль в том, чтобы Камчатка стала заметнее для мира. О сёрфинге на Камчатке писали The Guardian, The New York Times, Los Angeles Times и многие другие медиа. Были фильмы, фотопроекты, статьи. Через эту историю многие люди впервые узнали о регионе. Даже если туристы приезжают не заниматься сёрфингом, они часто впервые увидели Камчатку именно через этот образ — вулканы, океан, сёрферы в снегу.
— Намного ли меньше сёрферов приезжают зимой?
Да, зимой людей меньше, чем летом. Но у нас есть и зимние программы. Это вообще уникальная история: утром ты можешь кататься на сноуборде в горах, а потом поехать к океану и заняться сёрфингом. Такое сочетание почти нигде в мире не встретишь.
Интерес к зимним программам постепенно растёт, но основной поток людей всё же приходится на летний сезон.
— С какими неожиданными трудностями вы столкнулись?
Главные трудности — логистика и инфраструктура.
Когда всё начиналось, на пляже не было ничего. Ни электричества, ни воды, ни нормальной дороги. Всё приходилось создавать своими руками. Даже базовые вещи — вроде душа или электричества — требовали сложных решений. Но, наверное, именно эти сложности и сформировали характер проекта.
— Как местные жители воспринимают ваш проект?
Сейчас большинство жителей Камчатки знают о нашей школе и относятся к ней очень тепло. Иногда люди подходят на улице, говорят слова поддержки, желают развития. Многие говорят, что гордятся тем, что такой проект появился именно здесь. Конечно, критика и зависть тоже бывают — это нормально. Но в целом отношение скорее позитивное.
— Какой совет вы дали бы себе в начале пути?
Наверное, внимательнее относиться к людям, с которыми начинаешь работать. В начале пути были ситуации, когда я слишком доверял некоторым людям, и это заканчивалось неприятно.
Но в целом я не жалею о том пути, который прошёл. Ошибки — это тоже часть развития.
— Как меняется интерес к сёрфингу на Камчатке за последние годы?
Интерес заметно растёт. Когда всё только начиналось, мысль о том, что люди будут специально лететь на Камчатку ради сёрфинга, казалась почти фантастической. Сегодня это уже реальность. Каждый год всё больше людей приезжают именно за этим опытом — увидеть океан, вулканы и попробовать поймать свою первую волну на краю земли.
— Что нужно знать, прежде чем приехать сёрфить на Камчатку?
Важно понимать, что Камчатка — это не классический курорт. Здесь дикая природа, переменчивая погода и иногда непростые условия. Но именно в этом и есть её уникальность.
Мы всегда подробно готовим гостей: объясняем, что взять с собой, как подготовиться и чего ожидать. Когда люди понимают, куда едут, они получают от этого путешествия невероятные эмоции.
смотрите видео-материалы по ссылке