У нас идёт Великий пост и мы с Вами поговорим про него. Первая метка на календаре, которую мы прошли, – это День Торжества Православия. Была ересь в православной Византии, когда боролись с иконами, рубили их, воспринимали иконы как языческий элемент. Плюс ислам начинал набирать силу - пытались угодить, всё совместить, и возникла ересь. Когда все наши цари и императоры въезжали в столицу, то поклонялись надвратной «Иверской» иконе Божией Матери. Эта икона связана с событиями, когда её ударили копьём и из щеки Богородицы потекла кровь, – это и была ересь иконоборчества. У нас был безбожный советский период, потом Церковь стала возрождаться, набирать силу. Мы вошли в такой период: даже не знаю, можно ли его назвать «Торжество Православия» или нет? Как бы Вы сейчас оценили положение дел Православия в православной стране?
Сергей Михеев: Это сложный вопрос. Что касается праздника, то мне кажется, что здесь нужно мнение квалифицированных богословов или священников. Я не рискну что-то говорить по этому поводу. Если Вы заметили, я лекции не читаю; если меня спрашивают, то отвечаю на вопросы. Что касается положения дел в нашей стране сейчас, то «Торжеством Православия», конечно, не назовёшь. Мы только вышли из XX века, который был ознаменован 75-ю годами государственной власти, которая официально отрицала религию вообще и православное христианство в частности. Плюс ко всему, годы репрессий никуда не денешь и пропаганду они наладили очень эффективную, поэтому огромное количество людей «зависли в воздухе».
В начале XX века было много энтузиастов мировой революции. Но если брать вторую половину XX века, то советский человек, в основном, из себя представлял человека, который «за всё хорошее и против всего плохого», а если спросить, во что конкретно он верит, то ответить бы не смог. Православие забыл, а в коммунизм верить уже перестал, и на этом фоне произошёл крах Советского Союза. На мой взгляд, причины краха были идеологические. Часто ищут следы предателей, диверсий, разведок или начинают перебирать экономические факты – это всё было, но самая главная причина была внутренняя, духовная. Люди просто перестали верить в ту идею, которая когда-то двинула советский проект вперёд. Её можно долго обсуждать, но поздний Советский Союз именно этим и охарактеризовался.
После всего этого мы вошли в эпоху, когда за эрой государственного безбожия на нас обвалился шквал давления массовой культуры современной западной цивилизации, а она по своей сути тоже безбожна. Мне кажется, она в чём-то более ядовитая, чем то, что было в Советском Союзе, потому что наряду с безбожием она пропагандирует абсолютный разврат с точки зрения морально-нравственных принципов. У советской власти, начиная с момента, когда Иосиф Сталин победил во внутрипартийной борьбе и установился «сталинский Советский Союз», политика государства была антирелигиозная и антицерковная – это правда. Тем не менее, параллельно пытались создать некое подобие «заповедей», которое выразилось в «Моральном Кодексе строителя коммунизма», и он предписывал (хотя бы в быту)соблюдать какие-то морально-нравственные нормы приличия. Во многом нормы были списаны с христианских идеалов и ценностей, но лишены Бога. С религиозной точки зрения понятно, что это был эрзац, но, по крайней мере, советская власть требовала, чтобы советский человек в быту вёл себя более-менее прилично.
Обрушившаяся на нас западная субкультура после 1991 года, хотя не на уровне системы, но фактически отрицая христианство и веру в Бога, к этому ещё присовокупила разнузданность нравов и пропаганду беспредельной свободы, переходящей в хаос в бытовых вещах, в морально-нравственном отношении – это тоже наложилось на весь опыт XX века и очень серьёзно «изуродовало» мозги среднего российского обывателя. На мой взгляд, тот факт, что на этом фоне всё-таки происходит возрождение Русской Православной Церкви, можно считать чудом. Перед этим более 70-ти лет жесточайшего давления, после этого - мощнейший шквал очень хорошо продуманной, технологически обеспеченной, финансово-и ресурсно проплаченной пропаганды и продукции западного образа жизни, с которым священник в приходской церкви не может тягаться. И на фоне дикого шквала Церковь возрождается, люди потихоньку приходят, строятся и ремонтируются храмы, и подтягивается молодёжь. Несомненно, это чудо, но назвать «торжеством» я бы не торопился.
Праздник Торжества Православия в Православных Церквях посвящён победе Церкви над ересью иконоборчества. Есть ли торжество Православия в нашей сегодняшней стране? Я думаю, что пока нет. Будет ли? Не знаю. Здесь «дорогу осилит идущий». На это наслаивается масса разных факторов, начиная от исторических (история XX века) и заканчивая экономическими, политическими, субкультурными факторами.
Какая обрушилась на Церковь пропаганда, тёмная сила, когда её пытались уничтожить! Это может повториться в нашей стране, или мы уже окончательно вошли в этот период и он до конца?
Сергей Михеев: Вопрос для верующих риторический. Если мы считаем, что текст «Откровения» Иоанна Богослова является подлинным, то это означает, что да - рано или поздно по истинной Церкви будет нанесён удар и верных останется очень мало. Когда и в какой форме это произойдёт - мы не знаем, но там это предсказывается не в масштабах России, а в масштабах всего человечества. Будем ли мы теми верными и тем «ковчегом», в котором этот маленький кусочек Православия, истинной веры, останется, - зависит от нас. В «Откровении» Иоанна Богослова написано, что мало, но кто-то останется, и очень хотелось бы, чтобы это были мы. Предпосылки этому есть.
А где ещё, если не здесь? Посмотрите: сейчас в странах, считающих себя православными, христианскими, идут тяжёлые процессы - подмена, разложение, откровенное уничтожение. Такой шанс у нас есть, но насколько мы его используем? Мне трудно выступать с прогнозами на фоне глобальных процессов. Можем ли мы ещё это потерять? Да, можем (один раз уже потеряли не так давно). Тот факт, что мы уже один раз потеряли, всё время будет вдохновлять наших противников самого разного рода для того, чтобы это случилось ещё раз.
Надо понимать, что на сегодняшний день самым главным (по крайней мере, обеспеченным ресурсами) действующим лицом в мировой истории по-прежнему является западная цивилизация. Внутреннее содержание западной цивилизации на сегодня: самая агрессивная, технологичная и экспансионистская, её внутреннее наполнение всё более антихристианское. Поэтому свою экспансию в нашу сторону она будет осуществлять и на этом направлении. А если мы верим в то, что православное христианство – это единственная истинная религия, то, конечно, против православного христианства и будет направлена вся энергия.
По каким-то косвенным признакам мы это видим даже в небольших по историческим меркам, локальных сюжетах (например, происходящее на Украине). Посмотрите, сколько ненависти обрушилось на каноническую Украинскую Православную Церковь (УПЦ МП)! Как она ни пыталась встроиться в новую политическую действительность, но не получилось. Помните, когда только начиналась СВО, то иерархи УПЦ пытались как-то договориться с украинским государством. Я тогда ещё говорил, что это попытка договориться с бесами и она ни к чему не приведёт, а приведёт только к разрушению. Никакие компромиссы с ними не получатся, и попытка иерархов с ними договариваться обречённая. Так и получилось! Не потому, что я пророк, а потому что это было видно невооружённым глазом, это было абсолютно очевидно. Понятно, что они не могли поступить иначе, но мы видим, что происходит на Украине: истинная каноническая Церковь подменяется злым «цирком», и вокруг происходит размывание, разрушение христианства.
Обратите внимание, что Запад раздражает и вызывает ненависть на Украине только православное христианство. Всё остальное он не замечает и даже готов помогать, поощрять, а православное христианство его бесит. Пришла новость из Европы, что политическая элита Франции, Германии озаботилась тем, что она очень беспокоится по поводу русских православных храмов в Европе, потому что они могут быть «шпионскими гнёздами российских спецслужб» и«центрами распространения враждебной информации». Это будет идти к тому, что рано или поздно они начнут на них давить, а потом закрывать под политическими предлогами.
Шансы быть «ковчегом» у нас есть, а как сложится - в значительной степени зависит от нас и оттого, как будут складываться дела на внешнем контуре.
Сейчас в стране есть «мода» на Православие? Всплеск интереса?
Сергей Михеев: «Моды» уже нет, и, может быть, это хорошо. Некоторые считают, что это плохо, и я понимаю их опасения, что «где-то процесс остановился или идёт не так быстро, как раньше». На мой взгляд, мода была в 1990-е годы, – это кресты на цепочках, когда все бандиты были «православными», что не мешало им грабить и убивать! Тогда для многих и во многом это была мода. Иногда люди в православной среде печалятся по поводу 1990-х годов, что в то время «народ повалил в храмы». Я не знаю, насколько это было осознанное движение, а насколько - дань изменению внешней ситуации или попытка зацепиться за что-то в условиях полного развала. Трудно сказать. Мне кажется, что сейчас люди приходят к Православию более осознанно, чем в 1990-е годы. Сейчас больше думают над содержанием того, что происходит, а тогда очень часто прельщались формой на фоне борьбы со всем советским и разрушения уклада жизни. Многие остались - и Слава Богу, но было и движение, которое можно назвать «модой».