Муж отчитывал Женю за глупость, безрассудство, за предательство.
―Ты прав во всём! Ты сто раз прав, ― ей удалось вставить эти слова, и тут же с новой силой последовал поток упрёков.
―Ты понимаешь, что теперь я не смогу тебе доверять?
―Понимаю.
―Немедленно возвращайся в Москву!
Она молчала. Прерывисто дышала в трубку и молчала. Если бы только муж видел её в этот момент. На лице Жени отразилась такая боль, что казалось, все муки ада она испытывает разом.
А ещё смятение. Вот он ―тот переломный момент, когда решается её судьба!
Ответ ей подсказало сердце, и в следующую секунду муж услышал её охрипший от волнения голос.
―Нет.
―Что нет?
―Я не приеду!
―Ты понимаешь, что тогда будет? Конец нашему браку!
―Прекрасно понимаю!
―И всё равно, нет?
―Нет!
―Женя, подумай! Кто он такой, что ты так уверена в нём? Ты думаешь, он на тебе женится? На что ты рассчитываешь?
―Ни на что. Я просто знаю, если я не останусь здесь, буду жалеть об этом всю свою жизнь!
Побелевшие пальцы разжались, и телефон упал на край кровати. Невесомый тюль взлетел от порыва ветра, открывая бездонную синь моря. Женя подошла к окну и, стараясь охватить взглядом бесконечную синеву, подставила лицо живительному потоку воздуха. Замерла, застыла. Даже отсюда было слышно, как муж орёт в трубку, как, не стесняясь в выражениях, уничтожает её словами.
―Он меня никогда не простит, ― вырвалось у Жени, но тут же в голове блеснула мысль, что внизу её ждёт Владимир. Лицо просветлело, как будто бы ей открылась древняя истина, как будто она узнал эликсир вечного счастья.
Она прошла к ванной комнате. Долго разбиралась с замысловатым душем, а когда на распущенные длинные волосы тропическим ливнем обрушились струи воды, закрыла глаза, прислушиваясь к своим чувствам.
Всё было в новинку, каждая клеточка её тела перерождалась, не в силах сопротивляться бурному потоку страсти.
Посвежевшая, она вышла из душа, открыла шкаф и, не раздумывая, сняла с вешалки нежно―голубое платье. Пальцы ощутили, как струится нежнейший шёлк.
Она улыбнулась.
Надела.
Посмотрела в зеркало и не узнала себя.
Женщина в отражении излучала едва заметный мягкий свет, всё её существо: фарфоровая кожа, трепещущие ресницы, лёгкая улыбка, нежный румянец на щеках транслировали всему миру, что она любит и любима.
******
Владимир не смотрел на часы. Какая разница сколько ему придётся ждать?
Ожидание, такое томительное и сладостное, будоражило его. Там наверху была женщина, которая почти каждую ночь снилась ему; которая заполнила собой всю пустоту его существования; которая вдохнула жизнь в его обыденную скуку и однообразие.
Он мог бы даже не поворачивать головы, чтобы понять, что она спускается по лестнице.
Босая.
Держа туфли в руках.
Оставляя на белом мраморе следы своих ножек.
Он встал у последней ступени и призывно протянул ей руку.
Их дрожащие пальцы соприкоснулись.
Наэлектризованная волна пробежала между ними.
―Ты прекрасна! ―восторженно произнёс Владимир, целую её руку.
―Я знаю. Я стала другой!
―Ты стала моей!
Он прикоснулся к ней так, словно её губы были бабочки, готовые упорхнуть от грубого или неловкого прикосновения.
―Пошли?
―Пошли!
******
Утопающая в огнях набережная.
Пустой ресторан.
Единственный стол изыскано сервирован.
Тоненькая скрипачка играет Вивальди «март».
Все струны души откликаются на волшебную музыку и его нежный чарующий взгляд.
―Ты прекрасна! ―повторяет Владимир.
Щёки Жени вспыхивают.
―Я не хочу, чтобы наступило завтра.
―Следующий день будет лучше. Поверь мне.
―Почему?
―Потому что мы узнаем друг друга!
К полуночи они вернусь в особняк. Взявшись за руки, поднялись в её спальню, открыли настежь раздвижные двери, и, не стесняясь безмолвных свидетелей - мерцающих на небе звёзд, утонули в своей страсти.
Границы времени имеют удивительное свойство ―растягиваться и сжиматься.
Для Жени оно сжалось, часы превратились в минуты, неумолимо приближающие рассвет. Любовь обрушилась на них со всей своей мощью, а Женя не просила у неё пощады, отдаваясь ей безусловно и без остатка.
―Что теперь будет с нами?
―Я не отпущу тебя. Приеду в Москву и всё расскажу жене.
―А я уже.
―Твой муж знает?
―Да.
―Не бойся! Я не дам тебя в обиду.
―Я не боюсь.
В три дня проведённых с Владимиром уместилась целая жизнь. Она изменилась. Узнала в себе другую женщину и восхитилась её честностью по отношению к самой себе.
******
Пора было возвращаться.
―Мы сюда обязательно вернёмся, ― угадав, в чём кроется её печаль, пообещал Владимир.
Шёл дождь. Противный, моросящий. Порывистый ветер безжалостно срывал цветы с деревьев. Женя дрожала. Не отводя взгляда от дороги, он положил свою руку на её ладонь.
―Я люблю тебя!
―Скажи ещё раз.
―Я люблю тебя больше жизни!
Как после этих слов он мог не поцеловать её? Она ответила всем существом, прижалась, затрепетала.
Где-то сбоку раздался хлопок. Они не могли оторвать глаз друг от друга.
А грузовик уже нёсся прямо на них, разбрасывая по мокрой дороге ошмётки лопнувшего колеса.