Пришло страшное известие! Умер мой дорогой друг и наставник — Валентин Гнеушев…
Для меня это тяжелый удар и настоящая потеря. Он был незаурядным, безжалостным, невыносимым, неуправляемым, неудобным и никому не нужным гением. Он во всём опережал время, не терпел глупость и необразованность. Он научил меня системно читать, разбираться в живописи, кинематографе. Так как Валя знал музыку — не знает её никто! Я не шучу. Он был эрудитом с энциклопедическими знаниями во всём, что его интересовало.
Несколько лет назад я видела, как он довольно жестко, в своей манере, работал с юной цирковой артисткой. Она расплакалась, стала ныть, что не желает работать в такой атмосфере — а я искренне не понимала, о чём она. Валю интересовал только результат. Ему было важно только это. И если бы эта девочка засунула эго подальше и попыталась понять все те смыслы, которые он пытался до неё донести, она бы стала лучшей версией себя — и довольно быстро.
Когда моя дочь спросила меня, кто бы смог ей помочь обрести свой стиль и визуально раскрыть себя — я ни минуты не сомневалась и позвонила Вале, попросила его посмотреть мою дочь. Я доверяла ему безоговорочно. И доченька, несмотря на свой характер, поняв, что рядом — гений, впитала всё, что смогла.
Он плакал и радовался, как ребёнок, когда его ученики блистали. Я видела это своими глазами, и счастлива, что и я, и моя девочка стали тому причиной тоже.
Он был из простой семьи из Нижнего Тагила. Отчим был мастером на заводе. Валя рассказывал, что у отчима была рыбка, и он смотрел на неё часами, сидя на корточках с папироской. И когда маленький Валя спрашивал его: «Почему ты смотришь на аквариум?» — тот отвечал: «Люблю рыбок, сынок! Они не п@здят!»
В нём сочетались несочетаемые вещи! Его любили самые роскошные женщины! Он был ракетой! Да! Да! Он однажды спрыгнул с пятого этажа. А потом учил прыгать с парашютом десантников. У него более 2200 прыжков, как у инструктора. И есть правительственные награды. Он — легенда!
Казалось бы, совсем недавно мы праздновали его 70-летие в Савое — там, где блистал Вертинский. У Вали есть номер Пьеро в образе Вертинского. Каждый его цирковой номер был шедевром. Он не любил ярмарочный цирк с медведями и пуделями. Он любил цирк триумфа тела и пластики! Именно он подготовил меня к выступлению на «Евровидении» и превратил маленькую рокершу в Юдифь.
Я никогда тебя не забуду, мой дорогой! НИКОГДА…
