В 1921 году закончилась Гражданская война, а с ней и экономика "военного коммунизма", разорившая село. Началась НЭП и частное предпринимательство, большевики тоже не остались в стороне и начали создавать тресты и синдикаты, сгоняя в них брошенные "буржуями" заводы и фабрики. Так в 1921 году возникло объединение московских заводов "Жиркость". В 1922 оно было преобразовано в трест. В стране не было мыла.
Тресту тут же выделили здание на Никольской улице, в котором до переворота размещались магазин, контора и склады товарищества "Брокар и Ко" .
Продукцию новоиспечённого треста немедленно стали фальсифицировать недобросовестные нэпманы.
В 1922 году бывшие фабрики Ралле и Брокара получили названия "Свобода" и "Новая заря". Про "Новую зарю" в прессе не извещали.
В 1923 году из ниоткуда возник вопрос о большевистской этике ведения бизнеса. Может государственное предприятие размещать свою рекламу за плату, или нет? Партийное правосознание было уверено, что нет. Спросили бы у своего Ленина, он был ещё жив.
Руководство "Жиркости" ничего не смущало. Более того...
В 1924 году в управляющий трестом Борис Иосифович Норкин понял, что каким-то образом надо избавляться от ужасающего жлобского названия "Жиркость". Была придумана хлёсткая, "французская" на слух аббревиатура "ТЭЖЭ", трест эфирно-жировых эссенций, но не тут-то было!
Директор "Новой зари" Звездов возмущён! А некий Сарабьянов несёт чушь о каком-то соревновании фабрик и "главкизме"!
Все увещевания и мнения Норкиным игнорировались. "ТЭЖЭ" уже было на слуху.
Небольшое отступление. Мыльный порошок для бритья в таре от бывшего завода Жако поступили в продажу в 1925 году.
Избавиться от слова "Жиркость" оказалось довольно трудно, и хотя в рекламе и объявлениях треста оно с 1926 года больше не употреблялось, в газетных заметках так или иначе оно встречалось вплоть до 1929 года.
В 1930 в ТЭЖЭ пришла беда...
Продолжение следует.