Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Наследие России

На чём держалась традиция ухода за стариками в Старой России.

В допенсионную эпоху старики и немощные были только обузой в семье, но их старались содержать прилично потому, что за всем этим наблюдали дети и у них могло возникнуть моральное право поступить со своими родителями точно так же, как те поступили со своими. Автор: Лев Толстой Стал дед очень стар. Ноги у него не ходили, глаза не видели, уши не слышали, зубов не было. И когда он ел, у него текло назад изо рта. Сын и невестка перестали его за стол сажать, а давали ему обедать за печкой. Снесли ему раз обедать в чашке. Он хотел ее подвинуть, да уронил и разбил. Невестка стала бранить старика за то, что он им в доме все портит и чашки бьет, и сказала, что теперь она ему будет давать обедать в лоханке. Старик только вздохнул и ничего не сказал. Сидят раз муж с женой дома и смотрят — сынишка их на полу дощечками играет — что-то слаживает. Отец и спросил: — Что ты это делаешь, Миша? А Миша и говорит: — Это я, батюшка, лоханку делаю. Когда вы с матушкой старые будете, чтобы вас из этой лоханки

В допенсионную эпоху старики и немощные были только обузой в семье, но их старались содержать прилично потому, что за всем этим наблюдали дети и у них могло возникнуть моральное право поступить со своими родителями точно так же, как те поступили со своими.

Старый дед и внучек

Автор: Лев Толстой

Стал дед очень стар. Ноги у него не ходили, глаза не видели, уши не слышали, зубов не было. И когда он ел, у него текло назад изо рта. Сын и невестка перестали его за стол сажать, а давали ему обедать за печкой.

Снесли ему раз обедать в чашке. Он хотел ее подвинуть, да уронил и разбил. Невестка стала бранить старика за то, что он им в доме все портит и чашки бьет, и сказала, что теперь она ему будет давать обедать в лоханке. Старик только вздохнул и ничего не сказал.

Сидят раз муж с женой дома и смотрят — сынишка их на полу дощечками играет — что-то слаживает. Отец и спросил:

— Что ты это делаешь, Миша?

А Миша и говорит:

— Это я, батюшка, лоханку делаю. Когда вы с матушкой старые будете, чтобы вас из этой лоханки кормить.

Муж с женой поглядели друг на друга и заплакали. Им стало стыдно за то, что они так обижали старика; и стали с тех пор сажать его за стол и ухаживать за ним.