Шахты уходят в консервацию: угольный кризис бьет по моногородам Кузбасса

Фото: Одна из действующих шахт Кузбасса /Минпром Кемеровской области во ВКонтакте

Еще одно уголь­ное пред­при­я­тие пре­кра­ти­ло ра­бо­ту в Куз­бас­се. Речь о шах­те «Чер­тин­ская-Кок­со­вая» в Бе­ло­ве. Пока ее за­кры­ли на сухую кон­сер­ва­цию, но пер­спек­ти­вы воз­об­нов­ле­ния ра­бо­ты неяс­ны. Все­го же с на­ча­ла кри­зи­са в от­рас­ли, в од­ной толь­ко Ке­ме­ров­ской об­ла­сти пол­но­стью или ча­стич­но при­оста­но­ви­ли ра­бо­ту де­сят­ки уголь­ных пред­при­я­тий. Вла­сти ре­ги­о­на на­де­ют­ся на из­ме­не­ние ры­ноч­ной конъ­юнк­ту­ры, но пока за­кры­тие шахт ве­дет к от­то­ку на­се­ле­ния из го­ро­дов и по­сел­ков без пер­спек­тив на воз­рож­де­ние.

Оче­ред­ная кон­сер­ва­ция

В Ке­ме­ров­ской об­ла­сти на неопре­де­лен­ное вре­мя пре­кра­ти­ла ра­бо­ту шах­та «Чер­тин­ская-Кок­со­вая» в Бе­ло­ве. Это одно из гра­до­об­ра­зу­ю­щих пред­при­я­тий Бе­ло­ва, чис­лен­ность на­се­ле­ния в ко­то­ром в кон­це 1980-х при­бли­жа­лась к 120 тыс., а сей­час по офи­ци­аль­ным дан­ным по­чти вдвое мень­ше. В про­шлом году на шах­те до­бы­ли бо­лее 1.2 млн т угля. Соб­ствен­ник – ООО «ММК-Уголь», пе­ре­вел ее на сухую кон­сер­ва­цию. В ком­па­нии со­об­щи­ли, что ре­ше­ние при­ня­то из-за сни­же­ния цен на уголь, ро­ста из­дер­жек, со­кра­ще­ния спро­са на сы­рье. Со­труд­ни­ков обе­ща­ют пе­ре­ве­сти на дру­гие участ­ки.

Это не един­ствен­ное пред­при­я­тие, за­крыв­ше­е­ся в Куз­бас­се из -за уголь­но­го кри­зи­са. Их уже око­ло двух де­сят­ков. Ле­том 2025 года гу­бер­на­тор ре­ги­о­на Илья Се­ре­дюк го­во­рил, что ра­бот­ни­ки за­кры­тых шахт пе­ре­рас­пре­де­ля­ют­ся на дру­гие шах­ты и раз­ре­зы. Вы­сво­бо­див­ших­ся ра­бот­ни­ков го­то­вы при­нять дру­гие пред­при­я­тия, а вла­сти ре­ги­о­на за­яв­ля­ют о на­ме­ре­нии ди­вер­си­фи­ци­ро­вать эко­но­ми­ку и по­пол­нять бюд­жет из дру­гих ис­точ­ни­ков.

Вла­сти Куз­бас­са ожи­да­ют, что 2026 год для эко­но­ми­ки ре­ги­о­на бу­дет еще бо­лее слож­ным. За два по­след­них года об­ласт­ной бюд­жет недо­по­лу­чил 90 млрд руб­лей от уголь­ных ком­па­ний, в 2026-м ожи­да­ет­ся сни­же­ние до­хо­дов по­чти на 40 млрд. Сей­час в уголь­ной от­рас­ли ре­ги­о­на за­ня­ты бо­лее 110 тыс. че­ло­век, они ра­бо­та­ют на 150 пред­при­я­ти­ях, где до­бы­ва­ет­ся по­чти по­ло­ви­на рос­сий­ско­го угля.

Даль­ней­шее за­кры­тие шахт бо­лез­нен­но ска­жет­ся на мо­но­го­ро­дах и по­сел­ках, где эти пред­при­я­тия со­став­ля­ют ос­но­ву мест­ной эко­но­ми­ки. При­ме­ром та­ко­го го­ро­да яв­ля­ет­ся пока еще от­но­си­тель­но на­се­лен­ный Бе­лов. С за­кры­ти­ем гра­до­об­ра­зу­ю­щих пред­при­я­тий по­сте­пен­но ис­че­за­ют ма­га­зи­ны, транс­порт, шко­лы, а по­все­днев­ная жизнь ли­ша­ет­ся пер­спек­ти­вы.

В Минэнер­го РФ счи­та­ют, что спрос на уголь мо­жет на­чать вос­ста­нав­ли­вать­ся в 2027 году, но экс­пер­ты пред­по­ла­га­ют, что его по­треб­ле­ние в мире бу­дет па­дать по мере ро­ста по­пу­ляр­но­сти газа и воз­об­нов­ля­е­мых ис­точ­ни­ков энер­гии.

Про­цесс необ­ра­тим?

Ру­ко­во­ди­тель Но­во­си­бир­ско­го фи­ли­а­ла Фон­да раз­ви­тия граж­дан­ско­го об­ще­ства Кон­стан­тин Ан­то­нов от­ме­ча­ет, что у гу­бер­на­то­ра Куз­бас­са Се­ре­дю­ка нет ры­ча­гов вли­я­ния на уголь­ную от­расль. До­бы­вать уголь ста­ло невы­год­но, по­это­му шах­ты и за­кры­ва­ют­ся. Он со­мне­ва­ет­ся, что про­цесс за­кры­тия бу­дет об­ра­тим.

«Если мы го­во­рим, что шах­та за­кры­ва­ет­ся, то это мо­жет озна­чать толь­ко одно: по­том на этой шах­те с боль­шим тру­дом мо­жет быть вос­ста­нов­ле­на до­бы­ча. Или в даль­ней­шем до­бы­ча угля не бу­дет ве­стись на дан­ном пла­сте. За­кры­ва­ют­ся, ско­рее все­го, еще и раз­ре­зы – это вы­ем­ка угля. На пер­вый взгляд ка­жет­ся: оста­но­ви­ли экс­ка­ва­то­ры, за­глу­ши­ли дви­га­те­ли – и пе­ре­ста­ли до­бы­вать уголь, а че­рез ме­сяц при­шли, за­ве­ли все – и про­дол­жи­ли ра­бо­ту. С шах­та­ми та­кой ва­ри­ант не прой­дет», — по­яс­нил Кон­стан­тин Ан­то­нов.

На со­ци­аль­но-эко­но­ми­че­ские по­след­ствия уголь­но­го кри­зи­са для Куз­бас­са ука­зы­ва­ет по­лит­кон­суль­тант Игорь Куз­не­цов.

«Для куз­бас­ских мо­но­го­ро­дов та­кие со­бы­тия не несут ни­че­го хо­ро­ше­го, по­сколь­ку сами они вы­рос­ли во­круг уголь­ных пред­при­я­тий – сра­ба­ты­ва­ет эф­фект до­ми­но. На­чи­на­ют­ся нега­тив­ные по­след­ствия для бюд­же­та: нет на­ло­гов – мень­ше де­нег на ре­монт и бла­го­устрой­ство. Ну и ни­кто не от­ме­нял рост со­ци­аль­ной де­прес­сии. Это фак­тор неви­ди­мый, но весь­ма опас­ный», — от­ме­тил Куз­не­цов.

Ди­вер­си­фи­ка­ция эко­но­ми­ки пока не дает зна­чи­мых ре­зуль­та­тов. Па­де­ние при­бы­ли и за­кры­тие пред­при­я­тий ве­дут к се­к­ве­ст­ру бюд­же­та. Эко­но­ми­че­ские труд­но­сти уско­ря­ют от­ток тру­до­спо­соб­но­го на­се­ле­ния и мо­ло­де­жи. При от­сут­ствии ре­аль­но ра­бо­та­ю­щих про­грамм по удер­жа­нию об­ласть рис­ку­ет пре­вра­тить­ся в тер­ри­то­рию до­жи­тия пен­си­о­не­ров. Не ис­клю­че­но, что на­ко­пив­ший­ся нега­тив ска­жет­ся на ре­зуль­та­тах пред­сто­я­щих вы­бо­ров в ре­ги­оне. В этом слу­чае Кремль спро­сит с гу­бер­на­то­ра.