- Лариса Александровна, что случилось? - зевая, спросила Наталья.
- Беременность случилась, моей дочери, твоей, Боря, сестры! - радостно прокричала свекровь.
- Даше ведь только восемнадцать, - Наташа не разделяла радости Ларисы Александровны.
- Поэтому я и здесь! В общем, аборт делать поздно, будем рожать!
Боря встал из-за стола и подошёл к окну.
- Кто отец? - тихо спросил он.
- Нету отца, безотцовщина будет!
На кухне повисла тишина, тяжёлая, как лист железа.
- Лариса Александровна, у ребёнка должен быть отец. Неужели Даша не помнит, с кем ложится в постель? - спросила Наташа.
- Не помнит, пьяная была! Залетела и молчала три месяца, я думала, она у меня поправилась, ведь кушала хорошо, а вчера сказала, что в положении!
- Лариса Александровна, новость, конечно, не очень, но мы со своей стороны что должны сделать? - осторожно спросила Наталья.
- Деньгами помогать! - выкрикнула свекровь. - И не только деньгами! Вы же семья, Боря - будущий родной дядя! А ты Наташа, у нас такая хорошая хозяйка, с ребёнком поможет нянчиться!
Наташа медленно поставила кружку с недопитым чаем на стол. Звон фарфора прозвучал как удар колокола.
- То есть вы хотите сказать, что ваша восемнадцатилетняя дочь напилась до беспамятства, переспала с неизвестно кем, три месяца делала вид, что просто поправилась, а теперь мы должны впрягаться и тащить это на себе?
- Наташа! - одернул жену Борис, но Лариса Александровна уже вскочила со стула.
- Ах ты, змея подколодная! Да как ты смеешь так про мою дочь?! Она в беде, а ты...
- А я что? - Наталья тоже поднялась, уперев руки в бока. - Я два года слышу, какая я плохая жена вашему сыночку! И борщ у меня жидкий, и в квартире не прибрано, и работаю допоздна, и детей до сих пор не родила! А теперь ещё и Дашиного бастарда нянчить?
- Наташа, прекрати! - Борис повысил голос.
- Нет, это ты прекрати! - она резко развернулась к мужу. - Ты слышал, что она сказала? Мы должны помогать деньгами! А где мы их возьмём? Мы сами кредит за машину платим!
- Найдём, - глухо ответил Борис. - Сестра всё-таки. Родная кровь.
- Родная кровь? - Наташа горько рассмеялась. - А я тебе кто? Чужая? Или, может, мне тоже пойти и найти, от кого залететь, раз своей семьёй мы обзавестись не можем?
- Ты чего? - Борис шагнул к жене, сжимая кулаки.
- Сынок, не смей унижаться перед этой стервой! - заверещала Лариса Александровна. - Пошли отсюда! Пусть подавится своей квартирой!
- Никуда я не пойду! Я в своём доме! - Борис рубанул воздух ладонью.
- В моём доме! - поправила Наташа ледяным тоном. - Квартира, между прочим, моя, мне бабушка оставила. Так что если кому и уходить, то...
Она не договорила, но Борис понял.
- Ты меня выгоняешь? Из-за этого?
- Из-за твоего отношения, Боря! Ты даже не спросил меня! Не сказал: "Наташа, дорогая, давай подумаем вместе". Ты просто встал у окна, как герой, а потом заявил: "Будем помогать"! А я, получается, просто приложение к твоей героической натуре?
Лариса Александровна рванула к выходу, но в дверях обернулась:
- Слышишь, сынок? Она тебя не уважает! Ни тебя, ни семью твою! Пошли, Боря, нечего тебе тут делать!
Наташа метнулась к входной двери, распахнула её настежь:
- Валите оба! И чтобы духу вашего здесь не было!
Борис посмотрел на жену долгим тяжёлым взглядом, потом медленно снял с вешалки куртку.
- Я заберу вещи завтра.
- Забирай хоть сейчас! - крикнула Наталья.
Дверь за мужем и свекровью захлопнулась с гулким стуком. Наташа прислонилась к стене, переводя дыхание. В ушах гудела тишина, нарушаемая только стуком собственного сердца.
Прошло минут пять, может, десять. Наташа уже собиралась вернуться на кухню и выпить наконец остывший чай, как в дверь загрохотали.
- Открывай, Наталья! Я не договорила! - голос Ларисы Александровны визгливо прорывался сквозь дверь.
Наташа замерла. Стук повторился, более настойчивый.
- Я знаю, что ты там! Открывай, ведьма неблагодарная! Ты моего сына по миру пустила! Я тебе покажу, как родственников выгонять!
Соседская дверь приоткрылась, но быстро захлопнулась - баба Зина с пятого этажа не любила связываться.
- Открой, я сказала!
Наташа резко дёрнула дверь на себя. Лариса Александровна, потеряв опору, едва не влетела в прихожую.
- Ты... - начала свекровь, замахиваясь сумкой, но договорить не успела.
Кулак Наташи, сжатый от злости до побелевших костяшек, встретился с лицом свекрови. Удар пришёлся прямо в переносицу. Лариса Александровна охнула и осела на пол, хватаясь за лицо. Между пальцев потекла кровь.
- Ещё раз придёшь - хуже будет, - глухо сказала Наташа и захлопнула дверь.
Она стояла, глядя на свою дрожащую руку, и не могла понять, почему ей не стыдно. Совсем. Только пустота внутри и противный металлический привкус во рту.
Из-за двери доносились приглушённые всхлипывания и звук удаляющихся шагов. А потом на лестничной клетке раздался мужской голос:
- Мама! Господи, что с тобой? Ты почему одна вернулась? Я же сказал ждать внизу!..
Наташа закрыла глаза и сползла спиной по стене на холодный пол.
Полгода спустя.
Даша родила здорового мальчика. Лариса Александровна, когда увидела цвет кожи своего внука упала в обморок прямо в палате.
- Ну Даша, - прохрипел Боря, нагибаясь к матери.
- РУДН, - пожала плечами Дарья.