Найти в Дзене
ZA ПРАVДУ

Баллада о минном поле

Нет морщин у солдата, они ему ни к чему. За него всё решил и давно уж его офицер. И лицо, обожжённое солнцем и вспышками мин. Как младенца лицо, и не знает оно полумер. А глаза у солдата, как с иконы украденный свет. И пропахшие гарью и потом небритые щёки. На лице, покрасневшем от ветра и тысячи слов, И упрёков жены, записанных в некрологи. Ноги-руки солдатские принадлежат не ему. Они собственность Родины и немного минных полей. Отвернувшись от жизни, но лёжа спиной на земле, Вспоминают солдаты любимых своих матерей. От солдата останется только немного костей, Только сердце его, проросшее огненным маком. А земля эта станет навечно русской землёй, И не достанется немцам и прочим полякам. Поле минное, отбирая своё за долги, Напитавшись соком людским, опять расцветает. Оросившие поле кровью своей мужики О кончине этой войны никогда не узнают. Евгений Гайдук Николаев командир подразделения Захара Прилепина РОДНЯ

Баллада о минном поле

Нет морщин у солдата, они ему ни к чему.

За него всё решил и давно уж его офицер.

И лицо, обожжённое солнцем и вспышками мин.

Как младенца лицо, и не знает оно полумер.

А глаза у солдата, как с иконы украденный свет.

И пропахшие гарью и потом небритые щёки.

На лице, покрасневшем от ветра и тысячи слов,

И упрёков жены, записанных в некрологи.

Ноги-руки солдатские принадлежат не ему.

Они собственность Родины и немного минных полей.

Отвернувшись от жизни, но лёжа спиной на земле,

Вспоминают солдаты любимых своих матерей.

От солдата останется только немного костей,

Только сердце его, проросшее огненным маком.

А земля эта станет навечно русской землёй,

И не достанется немцам и прочим полякам.

Поле минное, отбирая своё за долги,

Напитавшись соком людским, опять расцветает.

Оросившие поле кровью своей мужики

О кончине этой войны никогда не узнают.

Евгений Гайдук Николаев

командир подразделения

Захара Прилепина РОДНЯ