«Один из самых ярких, захватывающих, увлекательных и необычных рок-н-ролльных альбомов, которые мы когда-либо слышали». История новаторов рока, чья карьера была разрушена Шестидневной войной
Фрейзер Льюри, Classic Rock
В 1966 году группа арабских, израильских и американских музыкантов записала альбом в Нью-Йорке, но их планы были обречены с самого начала.
В конце 1966 года американский музыкальный журнал Billboard опубликовал статью на обложке о тенденции, которая, по их прогнозам, должна была стать мощной силой в американских чартах.
Под заголовком «Американские лейблы планируют масштабное продвижение популярной ближневосточной музыки» издание с восторгом описывало, как поездки Джорджа Харрисона в Дели для обучения у мастера игры на ситаре Рави Шанкара вдохновляли других музыкантов на изучение музыки из других уголков мира.
Примеры уже были в чартах. В песне The Hollies «Stop Stop Stop» использовалось банджо, пропущенное через ленточный дилей, так что оно звучало как греческая бузуки, а ритм был вдохновлён ближневосточной музыкой. Песня «Black Is Black» группы Los Bravos была основана на старинной арабской народной песне, а вступление к песне Rolling Stones «Have You Seen Your Mother, Baby, Standing in the Shadow?» звучало как призыв муэдзина к исламской молитве.
«Арабская музыка — это танцевальная музыка, — сказал Дэвид Рубинсон, штатный продюсер Columbia Records. — Эта музыка носит исключительно эмоциональный и выразительный характер, поэтому в ней нет места плоским звукам».
«Значительная часть спонтанных танцев и эмоционального воздействия тесно связывает экзотический колорит ближневосточной музыки с миром психоделиков», — написало издание Billboard. — «Психоделические препараты часто называют "расширяющими сознание". Восточная и ближневосточная музыка стремится к тому, чтобы разум "выплыл" из тела (или, другими словами, чтобы разум расширился настолько, что поглотил все тело)».
«Музыка будоражит ум. С ростом влияния ближневосточной музыки на западную поп-сцену она приобретает новую жизненную силу. Подростки, услышав эту музыку, хотят танцевать».
В Нью-Йорке одна группа была готова извлечь выгоду из этого слияния международной музыки и психоделии. По мере того как подобные сцены возникали в Сан-Франциско, на Сансет-стрип и в Остине, штат Техас, группа Devil's Anvil — названная в честь сцены из фильма «Лоуренс Аравийский» и возглавляемая будущим басистом группы Mountain Феликсом Паппаларди — выпустила альбом, который прочно закрепил их в эпицентре событий: «Hard Rock From The Middle East».
История началась в начале 1966 года в Нижнем Ист-Сайде Манхэттена. Паппаларди, музыкант с классическим образованием и студийный работник, в то время зарабатывал себе репутацию аранжировщика и сессионного музыканта. Заинтригованный возможностями межкультурного взаимодействия, он начал работать с группой ливанско-американских музыкантов, выступавших в кофейнях Гринвич-Виллидж.
Это были музыканты, которые приносили уды, думбеки и бузуки в бары, где обычно звучала акустическая фолк-музыка и подражатели Боба Дилана, и Паппаларди увидел в этом потенциал. Вместе с вокалистом и исполнителем на уде Каримом Иссаком, гитаристами Стивом Найтом и Джерри Саппиром, а также аккордеонистом Элиэзером Адорамом он создал группу The Devil's Anvil, намереваясь смешать модальные гаммы и ритмические сложности арабской музыки с мощным, перегруженным рок-звучанием.
Группа стала постоянным участником нью-йоркского кафе Feenjon, специализирующегося на ближневосточной и средиземноморской музыке, а также израильского кафе Havah Nigilah на Бродвее. Слухи распространились быстро. Columbia Records обратилась к ним, заинтригованная этим необычным гибридом. Паппаларди, который к тому времени также продюсировал Youngbloods и Vagrants (в состав которых входил еще один будущий участник Mountain, Лесли Уэст), убедил лейбл рискнуть.
Альбом «Hard Rock From The Middle East», спродюсированный Дэвидом Рубинсоном, звучал на удивление необычно. Открывающая композиция «Wala Dai» отличалась мощным риффом электрогитары, извивающимся вокруг древней ливанской мелодии, подкрепленным грохочущей перкуссией и страстным арабским вокалом Иссака.
Все песни, кроме одной (версия «Misirlou», ставшая известной в начале десятилетия благодаря Дику Дейлу, а позже благодаря Квентину Тарантино), были исполнены на арабском, турецком или греческом языках. Такие треки, как «Karkadon» (выпущенный как первый сингл с альбома) и «Isme», сочетали в себе искаженное звучание гитары и модальное пение, а «Nahna Ou Diab» звучала как саундтрек к безумному маршу бедуинов по пустыне.
«Альбом "Hard Rock From The Middle East" группы Devil's Anvil — один из самых ярких, захватывающих, увлекательных и необычных рок-н-ролльных альбомов, которые мы когда-либо слышали», — написало издание Hit Parader. — «Но эти американские и ближневосточные музыканты сохраняют сильный, современный ритм в каждой песне, что придает музыке универсальную привлекательность».
«Особенно впечатляют "Wala Dai" с её ритмом в стиле Rolling Stones, размер 6/4 в "Besaha", экзотические "Shisheler" и "Misirlou". The Anvil следовало бы добавить английские тексты к большему количеству этих песен. Они могли бы стать хитами. Этот альбом указывает на ряд будущих направлений для поп-музыки».
«От их игры я глупо чувствую себя как музыкант, — сказал гитарист Youngbloods Джерри Корбитт. — Но я их обожаю».
Несмотря на восторженные отзывы, «Hard Rock From The Middle East» был обречен на провал, а время его выхода оказалось катастрофическим. Выпущенный всего за несколько недель до начала Шестидневной войны между Израилем и несколькими арабскими странами, альбом внезапно приобрел политический подтекст, которого его создатели никогда не предполагали. Программные директора радиостанций начали его избегать. Отдел продвижения Columbia замер. Альбом внезапно стал обузой.
Спустя несколько месяцев пластинка исчезла с прилавков, и группа распалась. Паппаларди занялся продюсированием альбома «Disraeli Gears» группы Cream , а затем вместе с Лесли Уэстом основал группу Mountain. Впоследствии к ним присоединился Стив Найт в качестве клавишника, обеспечив, по крайней мере, проблеск новаторского духа The Devil's Anvil в их звучании. Остальные участники группы исчезли. Только Джерри Саппир оставил свой след, ненадолго появившись в качестве солиста в оригинальной бродвейской постановке «Грек Зорба».
На протяжении десятилетий хард-рок с Ближнего Востока оставался диковинкой, известной лишь коллекционерам виниловых пластинок и исследователям психоделического рока. Но те, кто его находил, часто были поражены его современным звучанием: ранний предшественник того, что гораздо позже будет названо «мировой музыкой», но с гораздо большей мощью.
Когда Columbia наконец переиздала «Hard Rock From The Middle East» в 2006 году, новое поколение наконец услышало то, к чему стремился Паппаларди. Критики проводили параллели со всем, от экспериментов Led Zeppelin с арабской музыкой («Kashmir», разумеется) до экспериментального фьюжена таких групп, как Shakti Джона Маклафлина, и ветеранов пустынного блюза Tinariwen.
Но The Devil's Anvil были первыми, выпустив альбом, который звучал так, будто он создан в альтернативной, более честной версии 1960-х годов, когда контркультура не просто черпала вдохновение на Востоке, а действительно шла ему навстречу. И до сих пор нет ничего подобного.