Один из моих тренеров по верховой езде — пожарный. Правда, сейчас со мной чаще занимается его жена (Маша, привет!), но периодически мы с ним рассказываем друг другу всякие истории, повергая в ужас невольных слушателей. Я понимаю, что аудитория у меня впечатлительная, поэтому самую жесть приберегу для лучших времён. А сейчас «Байка со скорой» про пожар.
Конец нулевых — начало десятых годов. Повод к вызову «Пожар». Я работаю фельдшером с врачом. Причём это ещё были богатые времена, когда во врачебной бригаде было сразу два фельдшера, как сейчас только у специальных.
Горела девятиэтажка брежневской эпохи. Узкий двор, заставленный спецтранспортом. К нашему приезду очаг пламени уже удалось локализовать, пламени уже не было, и мы наблюдали только последствия. На третьем этаже было напрочь вырвано окно с частью стеновой панели и обгорело ещё три. В этот момент как раз пожарные заканчивали в зияющую чёрную дыру на белом «теле» панельного дома выбрасывать во двор остатки недогоревшей мебели. Это была зима, причём в тот момент для Питера было очень холодно, ниже -20. И от чёрной дыры вверх тянулись мутные сталагниты (нижний сталактит, как в пещере) сосулек.
На месте уже была реанимационная машина, врач которой был главным на очаге ЧС, и фельдшерская. Как только мы подъехали, пожарные на носилках принесли нам одного пострадавшего. Он был в коме, но живой. С глубокими ожогами передней поверхности тела, головы и верхних дыхательных путей. Мы ему поставили капельницу, обезболили, заинтубировали. Он оказался самым «тяжёлым» из трёх пострадавших и нуждался во вспомогательной искусственной вентиляции лёгких, поэтому мы передали его реанимации. Остальные пострадавшие были значительно легче, поэтому их разобрали и увезли в больницу фельдшера и сантранспорт. А нас попросили остаться и осмотреть бабушку на девятом этаже.
Причина пожара — взрыв бытового газа, но есть нюанс. Гражданину, главное хобби которых — употребление алкоголя, где-то удалось добыть канистру спирта. Употреблять его в одиночку не велит некий кодекс, иначе придётся признать факт зависимости («Я что, алкаш один пить?»), поэтому гражданин решил поделиться «радостью» с коллегами по увлечению — семейной парой. После дегустации и оценки качества напитка мужчина решил поделиться содержимым канистры и перелить в более мелкую тару. Всё бы ничего, если бы делал он это не рядом с горящей газовой плитой. Если честно, я не до конца понимаю, как им всем удалось выжить, поскольку мужчина, наш пациент, которого передали реанимации, фактически был в эпицентре взрыва. Тем не менее, наше участие в его (незавидной) судьбе уже закончилось, и мы поднимались на девятый этаж к некой «бабушке».
Пожарных было несколько экипажей, то есть человек больше двадцати. Все были заняты какой-то работой. Когда мы поднялись на третий этаж, увидели пострадавшую квартиру, она выглядела полностью уничтоженной. Частично огнём, частично процессом тушения. В парадной (хотя в этом случае скорей подъезд) сильно пахло гарью. Пожарные звонили в квартиры, чтобы убедиться, что всё хорошо. Если жильцы не открывают и с ними нет связи, дверь приходится вскрывать (ломать), поскольку нет гарантии, что люди внутри отсутствуют, а не без сознания после отравления угарным газом. Собственно, так и поступили с дверью, за которой нашли ту самую бабушку, которую нам предстояло осмотреть.
Когда мы дошли, она лежала на полу, рядом были двое пожарных. Квартира очень сильно не ухоженная, и, как потом оказалось, принадлежит она нашему пациенту, виновнику пожара. А мы общаемся с его мамой. Пожилая женщина давно не ходит. Когда услышала шум, попыталась встать, но не смогла и просто упала с кровати. Мы вместе с пожарными положили её обратно. Осмотрели, сняли электрокардиограмму, изучили медицинские документы. Убедились, что её состояние не ухудшилось относительно того, что было ранее. И даже успели поднести телефон (проводной!) с записной книжкой, чтобы бабушка позвонила родственникам.
И тут, пыхтя и практически на четвереньках, в квартиру буквально вползает наша доктор. Поскольку, когда я выше писал «мы осмотрели», подразумевал себя и другого фельдшера.
Наш доктор заслуживает отдельной истории. На самом деле, героическая женщина, которая встретила своё семидесятилетие, работая врачом выездной бригады на 03. Очень грамотный специалист с огромным опытом, но очевидно, работать ей уже было крайне непросто. Особенно сложно ей давались лестницы, поскольку она ещё и страдала ожирением 3+ степени. Мы с коллегами-фельдшерами иногда, когда приезжали на очевидно несложный вызов (какое- нибудь повышение давления) на верхний этаж в дом без лифта, предлагали ей остаться в машине. Всё делали сами. Потом спускались и рассказывали, что писать в карте вызова. В 20 лет таким особенно приятно заниматься, «как большой». В общем, очень доктор сильно возмущалась, что ей пришлось буквально ползти на девятый этаж без лифта, чтобы просто переложить бабушку с пола в кровать. А куда деваться, такая работа. Хотя в данном случае квалификации фельдшера более чем достаточно.