Каждый раз, когда барышня жалуется подруге на то, что её мужчина «опять сидит играет в свои игрушки», где-то переворачивается в гробу голландский историк Йохан Хёйзинга, который в 1938 году написал книгу «Homo Ludens» (на латыни — «Человек играющий»), в которой убедительно доказал: игра — это не вид досуга и не баловство, а один из фундаментальных способов существования человека в культуре. Хёйзинга рассматривал игру как явление, которое лежит в фундаменте любой цивилизации и от которого исторически произошли закон и право, войны и военные уставы, поэзия и драма, ритуалы и религия… и даже наука! Всё это, по мысли Хёйзинга, выросло из игр, поскольку игра устанавливает порядок, задаёт правила, порождает смыслы. Без игры человек, строго говоря, и не совсем человек.
Шахматы против контры
Человечество играло — и играло серьёзно — задолго до появления компьютеров. Шахматы, например, тысячелетиями считались инструментом выработки стратегического мышления и рекомендуемым занятием при подготовке дипломатов. Игра в го, которой более 2500 лет, в Китае, Японии и Корее вообще признавалась атрибутом хорошо образованного человека наравне с владением каллиграфией и мечом. И в сегодняшнем мире никому ведь и в голову не придёт сказать гроссмейстеру — ну, когда ты уже наиграешься в свои цацки? Любой понимает: это не просто игра — это форма мышления, способ познания себя и мира, наконец, это престижный и хорошо оплачиваемый вид профессионального спорта!
Компьютерные игры — это просто видоизменившаяся историческая форма одного из древнейших на нашей планете человеческих занятий.
Игроки и геймеры
Впрочем, положа руку на сердце, когда женщина говорит «он опять играет», она думает не о Хёйзинге или теории игр. Она думает о том, что её Гена третий час сидит в наушниках, что-то бурчит себе под нос и выглядит счастливее, чем когда вы ехали на дачу к её маме или когда она надела тот новый боди (практически один в один как из Victoria’s Secret).
Почему он, зараза, играет? Во-первых, потому, что хорошая игра — это надёжный источник дофамина: в ней есть понятные чёткие задачи, мгновенная обратная связь, ощущение прогресса, достижения, награды. Во-вторых, игра позволяет, что называется, «почистить кэш»: в момент игры психика замещает повседневную тревогу и накопившийся на работе стресс чем-то более простым и управляемым.
Когда раньше наши деды часами не сводили глаз со своих поплавков на рыбалке, никто не упрекал их. Рыбалка считалась законным отдыхом, никому и в голову не приходило считать, что это — эскапизм. В XXI веке вечер, проведённый за «Ведьмаком», в Crusader Kings или GTA5 — это современный функциональный эквивалент дедушкиной рыбалки, разницы по существу — никакой.
И если уж мы упомянули эскапизм… Когда женщина, посмотревшая за выходные два сезона сериала и три часа роликов в запрещённом ТикТоке, говорит своему благоверному, что он «убегает от реальности» в свои дурацкие игры — это в чистом виде политика двойных стандартов. Я убеждён, что любое потребление контента — сериалы, книги или даже соцсети — это выход из ежедневной реальности. Но когда я слушаю Рахманинова и мысленно уношусь куда-то вдаль, никто же не обвиняет меня в эскапизме: концертный зал — в нашем обществе totally legalized, имею право по всем понятиям. При том, что суть моего полёта под Рахманинова — та же, что и у Генкиного рейда по скайримовским пещерам.
Игра как автопортрет в сумерках
И вот что обычно упускают все, кто говорит об играх и геймерах: игра — это ещё и своеобразное окно в бессознательное. Причём огромное и плохо зашторенное.
Говорят, спросив мужчину о его политических взглядах и выслушав, как именно он их излагает, можно получить представление о том, как он занимается сексом. К играм это относится в ещё большей степени. Стиль игры — это в чистом виде проективный материал, почти как тест Роршаха, только куда более информативный и красноречивый!
Понаблюдайте за тем, как ваш Гена играет. Он целенаправленно несётся по главному сюжетному квесту, игнорируя всё вокруг, или методично исследует каждый уголок карты? Он сейвскамит, сохраняя «нажитое непосильным трудом» перед каждым рискованным решением, чтобы иметь возможность переиграть в случае прокола, или честно принимает последствия своих выборов? Когда он создаёт нового персонажа, пытается ли он воспроизвести самого себя или кого-то более мужественного или мудрого — такого, каким он хотел бы стать, но не стал?
Это не мелочи. Это — его подлинный характер. Можно сказать, что это используемые им жизненные стратегии по совладанию со стрессом и неопределённостью, только перенесённые в безопасное пространство игрового мира. Человек, который в игре сейвскамит каждые пять минут, скорее всего, точно так же ведёт себя в отношениях и карьере — каждый раз, когда думает, что за свою ошибку может дорого заплатить. А если человек раз за разом выбирает одни и те же классы в ролевой игре и одну и ту же тактику — возможно, он застрял в поведенческом паттерне, который ему и самому не очень нравится, но отказаться от которого не хватает воли или фантазии.
Задумайтесь, о чём именно он мечтает, погружаясь в виртуальную жизнь? Чего ему недостаёт здесь, чтобы дотянуть до своего игрового протагониста? Вопрос этот — совершенно не риторический, а очень практический и в буквальном смысле весьма терапевтический.
Так что делать с геймером?
Перестать считать гейминг проблемой. Три часа, проведённые вечером за одиночной игрой — это скорее отдых, чем симптом опасного заболевания. Проблемой это становится лишь тогда, когда игра замещает работу, общение, сон, вызывает срыв обязательств перед семьёй и близкими. Но тогда уже речь не о геймерстве, а о том, что человек убегает от чего-то в своей реальности. Заберите у него игру — он найдёт ей замену, возможно, более опасную.
Начинать тревожиться и принимать меры стоит тогда, когда игра скатывается в gambling: охоту за лутбоксами, донатам на скины, ежедневные квесты, в которых «или пан, или пропал» — тогда это уже не просто игра, а лудомания в цифровой обёртке, по критериям ВОЗ и DSM-5 — психическое заболевание. Признаками его являются неконтролируемое желание играть, несмотря на вред для здоровья, и игнорирование последствий, таких как долги, ссоры, резкие перемены настроения, враньё по поводу времени, проведённого в игре, раздражительность и «ломка» при каких-либо ограничениях доступа к ней, а также бесконечные попытки отыграться после неудачного раунда.
Лучшее, что вы можете сделать — понаблюдайте за его игрой или поиграйте вместе. Это один из самых эффективных способов узнать человека глубже. Вы увидите, как он реагирует на поражения, насколько умеет проявлять гибкость, если первоначальный план не сработал, злится ли на судьбу в обличье внешних обстоятельств игрового мира или смеётся и иронизирует над собой. Если человек жадный, то он жадный и в игре, трусливый или смелый — то же самое. Вы удивитесь, как здорово мы раскрываемся в играх!
Но если ваш Гена играет по семь часов в день, и реальная жизнь для него — это всего лишь досадный промежуток между рейдами — это повод не для борьбы с играми, а для серьёзного и откровенного разговора. Скажите: я замечаю, что тебе сейчас как-то не очень — можешь сказать мне, что происходит, что тебя гнетёт? Ведь за избыточным погружением в виртуальное почти всегда стоит что-то вполне конкретное в реальном.
Что наша жизнь? Игра?
Игра — это не признак инфантильности или легкомыслия, а одна из форм человеческого бытия. И то, как именно человек играет, говорит о нём куда больше, чем расшифровка его тестов на собеседовании или анкеты на сайте знакомств.
Ваш Гена не является проблемой, которую нужно срочно решить. Посмотрите на него как на текст, который вам стоит научиться читать.
* * *
👉 Вы можете задать мне любой вопрос при всех (в комментариях) или наедине.
👉 Автор самого интересного вопроса или лучшего комментария получит от меня особые условия на серию сессий.
👉 Подробнее о том, чем я занимаюсь, можно посмотреть здесь.
И да пребудет с вами ясная голова и хорошее настроение!