Середюк без рычагов: почему волна закрытия шахт в Кузбассе развивается вне контроля региона

Константин Антонов, руководитель Новосибирского филиала Фонда развития гражданского общества, доктор социологических наук:

В Ке­ме­ров­ской об­ла­сти про­дол­жа­ет­ся вол­на за­кры­тия и кон­сер­ва­ции шахт. В Бе­ло­ве на неопре­де­лен­ный срок за­кры­лась шах­та «Чер­тин­ская-Кок­со­вая». По дан­ным ком­па­нии «ММК-Уголь», это свя­за­но со сни­же­ни­ем цен на уголь­ный кон­цен­трат, ро­стом из­дер­жек и со­кра­ще­ни­ем по­треб­ле­ния кок­су­ю­ще­го­ся угля». Боль­шую часть со­труд­ни­ков пе­ре­ве­дут на дру­гие пред­при­я­тия, а часть оста­нет­ся для того, что­бы под­дер­жи­вать ра­бо­то­спо­соб­ность объ­ек­та.

Во-пер­вых, у гу­бер­на­то­ра Ке­ме­ров­ской об­ла­сти Ильи Се­ре­дю­ка нет ни­ка­ких ры­ча­гов вли­я­ния на уголь­ную от­расль, у дей­ству­ю­ще­го гла­вы ре­ги­о­на их ни­ко­гда и не было. Во-вто­рых, на внеш­них рын­ках сфор­ми­ро­ва­лась са­мая небла­го­при­ят­ная си­ту­а­ция для уголь­щи­ков. С од­ной сто­ро­ны, рост цен на газ и на нефть сти­му­ли­ро­вал уве­ли­че­ние сто­и­мо­сти угля.

Уголь вро­де как на­чал до­ро­жать в Ев­ро­пе, но этот ры­нок для куз­бас­ских уголь­щи­ков за­крыт. Ло­ги­сти­че­ские воз­мож­но­сти для вы­во­за угля на во­сток тоже весь­ма огра­ни­че­ны. При ны­неш­нем креп­ком руб­ле и уве­ли­чив­шей­ся се­бе­сто­и­мо­сти до­бы­чи, куда за­ло­же­ны НДС, та­ри­фы, ин­фля­ция и все осталь­ное, до­бы­вать уголь ста­ло про­сто невы­год­но. По­это­му уголь­ные пред­при­я­тия и шах­ты за­кры­ва­ют­ся – все ба­наль­но.

За­кон­сер­ви­ро­вать шах­ту прак­ти­че­ски невоз­мож­но, мож­но оста­но­вить до­бы­чу на ка­кое-то вре­мя. Но при этом ра­бо­чие все рав­но бу­дут вы­хо­дить на ра­бо­ту и спус­кать­ся в шах­ту для того, что­бы под­дер­жи­вать ее жиз­не­де­я­тель­ность. Шах­та – это очень слож­ный ор­га­низм. Это не за­вод, где мож­но по­ве­сить за­мок на дверь в цехе и уйти. Это гор­ная вы­ра­бот­ка, где про­ис­хо­дят са­мые раз­лич­ные про­цес­сы – вы­де­ля­ют­ся газ, грун­то­вые воды и так да­лее. Так или ина­че, все это необ­хо­ди­мо кон­тро­ли­ро­вать.

Если мы го­во­рим, что шах­та за­кры­ва­ет­ся, то это мо­жет озна­чать толь­ко одно – что по­том на этой шах­те с боль­шим тру­дом мо­жет быть вос­ста­нов­ле­на до­бы­ча. Или в даль­ней­шем до­бы­ча угля не бу­дет ве­стись на дан­ном пла­сте. За­кры­ва­ют­ся, ско­рее все­го, еще и раз­ре­зы – это вы­ем­ка угля. На пер­вый взгляд ка­жет­ся, оста­но­ви­ли экс­ка­ва­то­ры, за­глу­ши­ли дви­га­те­ли и пе­ре­ста­ли до­бав­лять уголь. А че­рез ме­сяц при­шли, за­ве­ли все и про­дол­жи­ли ра­бо­ту даль­ше. С шах­та­ми та­кой ва­ри­ант не прой­дет.