Я не люблю выписывать пациентов из стационара. Выписка — это тоже большая ответственность. Вот выпишешь человека, а ему потом хуже станет. Очень неприятно. Вообще, у меня такая привычка — наблюдать за своими больными после того, как они покинут стационар, особенно с тяжёлой патологией, в приоритете, конечно, болезни пищеварения. Если кому-то будет непонятно — наблюдаю я через компьютер, смотрю их амбулаторные посещения и динамику заболевания.
Лежал как-то у меня в палате больной с сахарным диабетом, да ещё и пневмонией с гидротораксом. Лечили его очень активно, но потом наступил час икс. В один день случилось большое поступление пациентов, а размещать их негде.
В этот день моя заведующая, как обычно, нервничала и суетилась, по поводу того, куда пристроить поступающих. Она раздражённо перелистывала истории болезни моих пациентов и искала, кого бы выписать. Нашла — как раз этого пациента с диабетом.
— Галина, давайте его выпишем на амбулаторное лечение, пневмония в стадии разрешения, да и гидроторакс уменьшается, — сказала заведующая.
— Хорошо, давайте, — согласилась я.
Честно говоря, пациент выписываться не хотел, а желал ещё полечиться, так как чувствовал слабость, но заведующая поставила его перед фактом, а я написала выписной эпикриз.
Спустя какое-то время меня вызвал к себе начальник медицинской части и стал отчитывать за то, что я выписала данного пациента недолеченным, якобы дома ему стало хуже, но почему-то за медицинской помощью в стационар он не обратился, а продолжал амбулаторное лечение. У нас с начальником медицинской части из-за этого возникла словесная перепалка.
Начальник медицинской части говорил мне, что я выписала пациента чуть живого, точнее не выписала, а выкинула. На все мои слова, что на выписке настаивала заведующая и что она мой наставник и несёт такую же ответственность, он говорил:
— Не надо прикрываться своим наставником.
В этот момент я прекрасно поняла, что все его слова о том, что мне не дадут кучу больных и не скажут «лечи, как можешь», были обыкновенной ложью. На самом деле, в основном так и происходит. Да, заведующая помогает, конечно, чаще всего словесно, но другой помощи фактически нет.
Я обиделась на свою заведующую и решила выписывать больных тогда, когда посчитаю нужным.
Спустя какое-то время мою заведующую вызвал к себе начальник медицинской части и попросил объяснить причину того, что некоторые пациенты лежат у нас на отделении по три месяца. Она ответила ему, что это я их не выписываю, так как считаю, что они не долечились.
В основном это были пациенты с хронической сердечной недостаточностью, со сниженной фракцией выброса левого желудочка и двусторонним гидротораксом (жидкость в плевральных полостях). При хронической сердечной недостаточности сердце не справляется с перекачиванием крови. Из-за этого «застойная» кровь давит на стенки сосудов в лёгких, жидкая часть крови выдавливается сквозь них в плевральную полость, а лимфатическая система не успевает её откачивать. Это и есть скопление жидкости — гидроторакс.
Конечно же, я всеми силами пыталась пациентов избавить от этой жидкости, но получалось не всегда. Под действием препаратов её количество то уменьшалось, то снова нарастало, вызывая жуткую одышку и слабость. Все эти обстоятельства затягивали сроки нахождения больных в стационаре, не говоря уже о том, что я помнила последний разговор с начальником медицинской части.
На все уговоры моей заведующей поторопиться с выпиской пациентов я отвечала решительно «нет», складывала медицинские карты ей на стол и говорила, чтобы она это делала сама, а я с гидротораксом выписывать не буду.
Заведующая моих пациентов не выписывала, у неё просто не хватало на это времени, и она мирилась с их длительным нахождением. Она считала, что эти пациенты пребывают в больнице не потому что они тяжело больны, а потому что хотят в больнице поесть и сэкономить пенсию.
В итоге, из-за такого длительного пребывания пациентов в терапевтическом отделении, у нас уменьшился оборот койки, и, как выяснилось, отделение теперь не выполняет план.
Да уж, подпортила я им статистику за время своей работы в течение четырёх месяцев.
Как они меня ждали, звонили каждую неделю и спрашивали, когда я к ним приду работать, а теперь сами не рады, что со мной связались. Получили терапевта — так получили!
Неизвестно, кто ещё жертва обстоятельств — я или они.
Потом уже у других врачей я подсмотрела, что они выписывают на амбулаторное лечение при пневмониях в стадии разрешения и при гидротораксе тоже.
Просто начмеду необходимо было указать на мою тупость — он и указал. Что ж, буду соответствовать.
P. S. Три месяца — это не срок, это ещё ничего. Есть в нашем отделении пациент, который уже год у нас лежит. Может, потом расскажу. Да, интересная у нас больничка.
Друзья, спасибо, что читаете!
