Первые дни марта. Утро. Старик подошел к окну своей спальни на первом этаже многоэтажки и отдернул штору. Яркий луч солнца ударил ему прямо в лицо.
Он зажмурился от неожиданности. Затем открыл глаза и, улыбаясь, прошептал: «Спасибо, Господи, за еще один день».
Посмотрел на градусник за окном. И не поверил своим глазам. Тот показывал минус двадцать пять.
- Вот это да, не может быть! – пробормотал старик. - Совсем как говаривали когда-то в старину про нашу Матушку-Сибирь: «пришел марток – надевай трое порток».
Он посмотрел на улицу. После оттепели, стоявшей последние несколько дней, дорога у дома превратилась под колесами машин в снежную кашицу. А теперь эту жижу и стоявшие кое-где лужи сковано сильным морозом.
-Какая гололедица! – вздохнул старик, глядя, как за окном осторожно перебирают ногами прохожие, двигаясь мелкими шажками, боясь поскользнуться и упасть.
Обычно в такие холодные дни ветер ослабевал, и люди легко переносили большие морозы.
А сегодня ветер усилился, несмотря на мороз и из окна старику было видно, как взмахивают под его порывами застывшие от холода ветки деревьев.
Проходящие мимо люди семенили по дороге осторожно, внимательно глядя под ноги. Они шли, закутавшись в капюшоны, натянув шарфы на лица.
- Удачи вам, добрые люди, - прошептал старик, не отводя глаз от происходящего на улице.
Постоял молча, и тихонько добавил:
- Да, удивляет природа. То чуть ли не жара на дворе, такие плюсы стояли, а то под тридцать градусов мороза завернуло за одну ночь, воистину - у природы нет плохой погоды...
Стоял старик у окна, опершись руками на подоконник, глядя на улицу.
- Да что же ты делаешь, голуба! - вдруг громко воскликнул он. – Что же ты, бедолага, не бережешь свою головушку…
А по дороге мимо его окна шла молодая женщина в теплой меховой шубке и без головного убора. Ее длинные распущенные темные волосы трепал ледяной ветер. Однако казалось, что холод ее не беспокоил, она шагала легко, неторопливо, высоко подняв голову. Причем не было видно, что ее где-то невдалеке ждет машина. Старик специально выглянул и посмотрел по сторонам, прижавшись лицом к стеклу.
- Такой мороз, такой ветер! Зима ведь на дворе. И без шапки! Ах ты, молодо-зелено, молодо-зелено…. Потом ведь пожалеешь, голуба, о своем легкомыслии, да поздно будет.
Старик досадливо махнул рукой и пошел от окна. Устало присел на кровать.
Ну что им скажешь, что с них взять, с молодых, еще неоперившихся птенцов, совсем не знающих жизни.
А уж он-то знал жизнь. В его полные 97 лет многое ему пришлось повидать на своем веку.
И Великую Отечественную пережил, правда воевать не пришлось, подростком был, но голода и холода в те стpaшные годы, да и в послевоенные, хлебнул полной мерой. А сколько потерь было....
И все-таки он был везунчик по жизни. Да, сейчас, оглядываясь назад, по прошествии многих десятков лет, определенно может сказать - счастливую жизнь он прожил.
Довелось ему студенческой жизни вкусить - какое светлое и незабываемое то было время... Там же, в институтских коридорах, и любовь своей жизни повстречал. Поженились они однажды и, как оказалось, навсегда.
Прожили с супругой в любви и согласии почти полвека, лишь несколько месяцев не хватило им до золотого юбилея.
И уже почти два десятка лет покоится с миром его дорогая половина, а он вот задержался здесь. Хотя ему тоже давно пора к ней. Силенок-то становится все меньше и меньше. Глянет на себя в зеркало и не узнает - и так был невысокого роста, а теперь и совсем высох, совсем ветхий стал. Хорошо, что в квартире ветра нет, а то бы от одного его дуновения качало.
Фактически и интереса к жизни у него не очень-то много и осталось. Радует только, что он пока на своих ногах, а большего и желать ему нечего.
Порой старик задумывается, почему Бог дал ему такую долгую жизнь. И сам считает, что видимо еще не всё он исполнил на этой земле.
-Наверное, не все стихи еще написал, - порой улыбался он своим мыслям.
А стихов он написал немало. Несколько сборников издал, правда, за свой счет. Раздарил друзьям, коллегам, родным, знакомым, в библиотеки отдал - пусть память о нем остается.
Частенько вспоминал старик, как они с женой когда-то радушно встречали гостей, накрывали обильный стол, как все вместе пели любимые песни под баян, на котором он играл... Кстати, музыке он никогда не учился, подбирал ее на слух, одарен был в этом.
Ах, как быстро прошла жизнь! Вот уже и десятый десяток к концу подходит.
Через три года стукнет ему вековой юбилей. Задумывается он иногда - а стукнет ли, дотянет ли?...
Вздохнул старик, тяжело поднялся с кровати, причесал свои коротко постриженные, изрядно поредевшие седые волосы, и тихонько потопал на кухню.
Пора завтракать, дочка зовет.
Добра и мира всем нам, друзья!
Благодарю вас за прочтение и приглашаю подписаться на мой канал..