Читаю книгу Елены Выставкиной «Ревматология в лицах». Это истории великих людей XIV–XX веков: Микеланджело, Бетховена, (Истории Бетховена и Микеланжело меня тронули еще в школьные годы, когда я познакомилась с ними на уроках музыки и истории искусств), Паганини, Эдит Пиаф, Марии Каллас, английского короля Генриха VIII. Тех, кто изменил мир, но чьи жизни были искалечены болью, глухотой, хромотой, скованными суставами, но самое ужасное - невозможностью получить помощь.
Бедный Бетховен, теряюший слух (основной инструмент музыканта) и не слышащий собственных последних сочинений. Ужасно, что он был один на один с этой болью. С отчаянным пониманием, что всё, чем ты живёшь, уходит, а ты ничего не можешь сделать, и это не с кем разделить.
Бедный Микеланджело, который четыре года лежал на лесах Сикстинской капеллы с краской, капающей в глаза, с артритом, с болью в руках, не позволявшей даже держать перо. Работа в сыром помещении и постоянное напряжение привели к артриту и сколиозу. Я не уверена, но мне кажется, он тоже был одинок. Ему е с кем было разделить свои чувства и услышать: «Что ты чувствуешь? Тебе страшно? Ты злишься?». Да, у него были слуги, ученики, он вёл огромную переписку. Но письма и разговоры - не то же самое, что тёплое человеческое присутствие рядом, когда ты болеешь или когда тебе просто страшно.
А Генрих VIII? Тот самый король, который сменил шесть жён. Двух казнил, от двух избавился, одну потерял при родах. Если бы у него была психотерапия, неужели он продолжал бы перебирать женщин одну за другой, пытаясь заткнуть дыру внутри? Скорее всего, ему нужна была не очередная жена, а кто-то, кто помог бы ему встретиться с тем, что он так старательно избегал.
Если бы они родились на сто лет позже…сколько бы ещё симфоний написал Бетховен? Сколько бы еще создал Микеланджело? И главное, каким было бы качество их жизни без боли и гнетущего одиночества?
Мы стираем бельё в машинке, а не на речке. Мы летаем в самолёте и пользуемся такси, чтобы сэкономить время и силы на дорогу. Но почему мы не используем прогресс для ментального здоровья?
Однажды ко мне пришел пациент и сказал: «У меня есть диагноз, я страдаю, но не буду пить таблетки, они сделают из меня овощ». Я тогда подумала: а кто сказал, что современная психиатрия – для «овощей»? Современная фармакотерапия - это персонализированный подбор, минимизация побочных эффектов, это помощь человеку оставаться собой.
А психотерапия и группанализ - место, где можно перестать быть один на один со своей болью. Даже если ситуацию нельзя изменить, можно изменить отношение к ней, можно увидеть, что ты не один.
Бетховен оглох и молчал. Микеланджело годами лежал на лесах с артритом и писал письма, которые приходили через недели. Генрих VIII глушил свою боль на охоте, убивая животных и агрессируя на себя (и не только). Никто из них не мог просто прийти в среду утром в тёплый круг, сесть у костра и сказать: «Мне больно. Побудьте со мной».
И это не выбор между «быть собой» или «стать овощем». Это выбор найти опору в этом сумасшедшем мире или оставаться в одиночестве.
В моей группе мы исследуем себя, свои сценарии, тревогу и находим внутреннюю опору.
Не отказывайте себе в том, что уже доступно.
Автор: Юсупова Гузель Равиловна
Психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru