11 марта 1699 года в Москве произошло событие, которое по нынешним меркам выглядит примерно как новость уровня про прилетевших инопланетян. Но для России конца XVII века это был настоящий культурный переворот.
Молодой царь Пётр I устроил в Лефортовском дворце пир в честь посла Бранденбургского курфюршества. И вот тут начинается самое интересное: на пир были приглашены женщины.
Тогда русские застолья проходили строго по мужской линии. Женщины сидели отдельно, чаще всего вообще в своих теремах, и публичные пиры с их участием считались чем-то из ряда вон.
Пётр решил, что хватит жить как в закрытом монастыре. На пиру мужчины и женщины сидели за одним столом, разговаривали и участвовали в торжестве вместе. Для московского общества это был культурный шок. Часть бояр, вероятно, мысленно хваталась за сердце, а часть просто не понимала, куда девать глаза.
Фактически это был первый шаг к тем самым петровским ассамблеям, которые царь введёт через несколько лет. Там уже официально предписывалось приходить с жёнами и дочерьми,
танцевать, разговаривать и вообще вести себя как нормальные европейцы, а не как люди, которые случайно оказались на чужом празднике.
Смешно, но факт: один пир в Лефортовском дворце стал началом ломки старого московского быта. Иногда исторические реформы начинаются не с указов, а с того, что царь просто решил посадить женщин за стол вместе с мужчинами. И половина государства от этого слегка впала в ступор.
