Салют, камрады!
Я редко пишу про личное. Но это — особый случай.
Познакомьтесь: Рекс. Немецкая овчарка. Одиннадцать лет. Пять с половиной из них — в Абхазии.
Я взял его месячным щенком. А когда пришло время выбирать — остаться в городе или переехать к морю, — я выбрал море.
Ради него. Чтобы он бегал по земле, а не по бетону. Чтобы нюхал настоящую жизнь, а не выхлопные газы.
Мы приехали сюда втроём, вместе ещё с котом Марсиком.
Марсик был боевой. Три года они с Рексом жили душа в душу — спали вместе, ели вместе, охраняли двор вместе. А потом Марсик ушёл в последнюю разведку и не вернулся. Видимо, пал в неравном бою. Кот был гордый.
Рекс тосковал. Я тоже.
Последний год ему тяжело. Дисплазия задних суставов, возраст, боль. Он больше лежал, смотрел куда-то в сторону гор и, кажется, о чём-то думал. О своём, о собачьем. Я уже морально готовился к худшему.
А потом у соседей появилась Дина.
Чёрненькая, глаза — как две спелые маслины, уши спаниеля. Породы «двор-терьер». Восемь месяцев. И она стерилизована — спасибо соседям, избавили меня от необходимости писать сцены, не предназначенные для детских глаз. Так что у них чистая дружба. Платоническая. Если, конечно, дружба между старым псом и молоденькой сучкой вообще бывает.
Сначала Дина робко заглядывала в щель в заборе. Долго нюхала воздух, прислушивалась, присматривалась. Потом решилась — пролезла целиком. И теперь она у нас живёт. К себе домой бегает только поесть — и сразу назад, к Рексу.
И тут началось то, во что трудно поверить.
Мой старик, который последний год вставал только по нужде, вдруг ожил. Хвост — пропеллером, уши торчком, глаза горят, как у юнца. Он за ней бегает. Ему больно, он хромает, но он бегает. Он её вылизывает, она его покусывает.
Они носятся по двору, как два щенка. Он из последних сил пытается за ней угнаться, а она, дурочка, делает вид, что не замечает его хромоты. Или правда не замечает.
Я посчитал возраст по-человечески. Вы только представьте:
· Рексу — за 70. Солидный, больной, уставший дед.
· Дине — около 16. Юная, глупая, весёлая девчонка.
И они — лучшие друзья.
А теперь — самое трогательное. То, ради чего я вообще решил это написать.
Вы знаете, что Рекс никогда ни с кем не делился едой. Никогда. Если он видел чужака рядом со своей миской — рык, оскал, атака. Это его территория, его добыча, его жизнь.
Сейчас я кидаю им кости. Много костей. И Дина спокойно подходит и ест рядом с ним. А он — молчит. Смотрит на неё и молчит. Впервые в жизни он кого-то подпустил к своей еде.
Но это ещё не всё.
Она в благодарность приносит ему подарки. Из своего дома, через дырку в заборе. То косточку притащит, то кусок хлеба. Положит перед ним и смотрит. А он берёт. Ест. И даже не рычит.
Она за ним ухаживает. Вылизывает его — часами. Он лежит на солнышке, жмурится, а она его «наяривает» — уши, шею, спину. Он просто нежится и блаженствует. Потом она начинает его покусывать — понарошку, в игре. Он огрызается, тоже понарошку. И так они могут лежать весь день.
Я смотрю на них и не верю своим глазам.
Посчитайте: старый пёс, который никогда никого не подпускал к миске, теперь спокойно делится едой. А маленькая чужая собачка носит ему подарки и вылизывает, как мать. Или как сиделка. Или как... не знаю кто. Но это так трогательно, что даже у меня, старого ворчуна, внутри всё переворачивается.
А вокруг — горы. Вы бы видели это: старый пёс, молодая собачка, а над ними — абхазские вершины. Больше километра в высоту. Они смотрят на эту идиллию сверху вниз и, кажется, одобряют. Потому что в горах тоже всё просто: есть жизнь, есть дружба, есть любовь. И иногда — косточка в зубах. Всё остальное — суета.
Я снял немного видео. Там есть кадры, от которых даже у циников становится тепло где-то под рёбрами. Один кадр, где он кладёт голову ей на спину и закрывает глаза, а за ними — гряда гор в вечернем солнце. Другой — где она лижет его больную лапу, будто знает, что ему больно. Третий — где они просто лежат рядом на траве, и он уже не хромает, потому что забыл. И горы молчат. Но они всё видят.
Говорят, чудес не бывает. Я тоже так думал. А теперь смотрю на них, на эти горы, и думаю: чудо — вот оно. Лежит на солнышке, жмурится, делится костью. Ради неё.
Друзья, я хочу вашего совета.
Эта история явно не заканчивается. У меня есть несколько вариантов:
1. Просто оставить как есть — фотки и этот текст.
2. Снять небольшое видео — минут на 5–7, с прогулками, играми, ихними нежностями. Как она его вылизывает, как он делится едой, как она таскает ему подарки. На фоне гор, конечно. Куда ж без них.
Вам интересно будет посмотреть на эту любовь на фоне абхазских пейзажей? Или лучше оставить как есть — просто фото и буквы?
Если зайдёт такая тема — дайте знать в комментариях. Поставьте лайк, напишите пару слов. Если отклик будет хороший — я сниму целый видеообзор про Рекса и Дину. Про то, как старый пёс снова научился бегать. Как дружба лечит лучше любых лекарств. Как одна маленькая чёрная собачка заставила жить большого старого пса. И как абхазские горы на это смотрят.
Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить продолжение. История только начинается. И кто знает, может, мой Рекс ещё и не такое выкинет.
А пока — спасибо, что читаете. Спасибо, что со мной. И с ними.
Продолжение истории про моих хвостатых подшефных👇
Ваш Валерий и компания: Рекс, Дина и абхазские горы за спиной.
P.S. Хотите настоящих гор?
У меня есть ещё один канал — «Кавказ с Валерием Белогуровым». Там всё про мою малую родину.
Северный Кавказ — это не просто красиво, это безумно красиво. Горы, которые не отпускают, люди, которые запоминаются навсегда, и истории, которые не придумаешь.
Кавмиводы, Домбай, Архыз, Чечня, Приэльбрусье, Дагестан — уже в ленте. Остальное в процессе.