Семён проснулся на подоконнике и некоторое время слушал кухню.
Утро обычно начиналось с мелких звуков: щёлкал холодильник, где-то капала вода, за окном ворчали голуби. Иногда в коридоре шуршали шаги. Тогда открывалась дверь, и жизнь приходила на кухню вместе с запахом кофе и пакета с кормом.
Сегодня было тихо.
Семён лежал, вытянув перед собой лапы, и смотрел на стол. Стол был на месте. Холодильник стоял у стены. Батарея под подоконником приятно грела. Всё выглядело как всегда.
Он спрыгнул на пол.
Миска стояла там же, у ножки стола. Алюминиевая, слегка помятая по краю. Семён подошёл к ней и заглянул внутрь. Миска была пустая.
Семён немного подумал и аккуратно ударил лапой по кромке.
Миска звякнула, поехала по кафелю и издала тот самый скользящий металлический звук, который всегда бесил хозяйку. Обычно после этого из коридора раздавалось раздражённое:
— Семён!
Потом она всё равно приходила, вздыхала и доставала из шкафа вкусняшку.
Сегодня из коридора никто не сказал «Семён».
Миска остановилась у стены.
Семён подождал немного, потом посмотрел на дверь. Закрытые двери он не любил. Они вели туда, где происходили вещи: еда, люди, новые запахи.
Он подошёл к двери и толкнул её.
За дверью была кухня.
Семён остановился и посмотрел вокруг.
Стол.
Холодильник.
Окно.
Батарея.
Миска стояла у ножки стола.
Семён подошёл к ней. Заглянул. Миска была пустая.
Он аккуратно ударил лапой по алюминиевой кромке.
Миска зазвенела и поехала по кафелю.
Семён подождал.
Хозяйка не пришла.
Тогда он пошёл к другой двери — той, что обычно вела на балкон. Он толкнул её лапой и вышел.
За дверью была кухня.
Та же самая.
Семён некоторое время смотрел на миску, потом на окно. За окном сидел голубь. Голубь сидел на ветке и не двигался.
Семён подошёл ближе и понюхал воздух.
Пахло батареей. Кафелем. Вчерашней курицей.
Хозяйкой не пахло.
Семён вернулся к миске и снова ударил по ней лапой.
Миска зазвенела и уехала по кафелю.
Он подождал.
Кухня слушала вместе с ним.
Семён посмотрел на дверь.
Закрытые двери он всё равно не любил.