Я помню нашe скромноe жильё,
Морозный день, лучи от солнца низки.
И после стирки просушить бельё
Мать вынесла во двор в огромной миске. Передник мокрый, валит пар от рук,
Висят на шее бусы из прищепок.
А снега, при ходьбе, скрипучий звук
Напоминает, что мороз стал крепок. Метели двор позёмкой замели,
Верёвка бельевая вдоль забора,
А, чтоб бельё нe трогалось земли –
По середине палка для подпора. Когда-ж зависла над трубой луна,
Мороз сковал бельё подобно льдине,
От ветра оно пело, как струна
На папиной трофейной мандолине. Как искры от костра сверкал снежок,
Пейзаж такой, как будто в сказке давней.
А я смотрел в протаявший "глазок"
Замёрзшего окна с прикрытой ставней. В печи огонь на углях танцевал,
От грубы теплотой лилась истома...
Уже четвёртый день я грипповал,
И потому не выходил из дома. Когда же мать внесла бельё домой,
Оно не гнулось, словно лист фанеры.
И пахло заоконною зимой,
Храня в дому дворовые манеры. Меняется наш быт из года в год,
И глупо спорить с новшеством упрямо.