Глава 3. Плохие новости
Утро началось с того, что Варя проснулась от запаха пирожков. Это было настолько непривычно, что первые три секунды она лежала с закрытыми глазами и пыталась понять, то ли у неё галлюцинации, то ли соседи открыли пекарню. Потом она вспомнила вчерашний вечер. Домовой. Печка. Щи, от которых на душе потеплело. И обещание «подумать, как везти в лес».
— Чёрт, — сказала Варя и натянула одеяло до подбородка. — Это был не сон.
В комнату просунулась лохматая голова в колпаке.
— Проснулась? А я уж думал, ты до обеда дрыхнуть будешь. Молодёжь пошла — ни режима, ни уважения к световому дню. Вставай, завтрак стынет.
— Кузьма, — простонала Варя в подушку. — Ещё семь утра. У меня выходной. Я имею право спать до одиннадцати.
— Право она имеет, — фыркнул домовой. — А у меня наказ: накормить, напоить и до бабки доставить. Бабка, между прочим, не молодеет. Вставай давай.
Варя села на кровати, поправила майку и уставилась на домового исподлобья.
— Кузьма. Мы вчера не договорили. Я никуда не поеду. Бабка... ну, бабка — это прошлое. Она меня в детстве так утомила этими сказками про нечисть, про леших, про то, что я «наследница древнего рода», что у меня до сих пор нервный тик начинается, когда слово «кикимора» слышу.
— А что не так с кикиморой? — искренне удивился Кузьма. — Нормальная баба, болото своё любит, никого не трогает, если не трогать.
— Она мне в пять лет приснилась! — Варя даже привстала на кровати. — Бабка сказала: «Если не будешь кашу есть, кикимора ночью придёт и утащит в болото». Я неделю не спала! Смотрела в окно и ждала, что из темноты зелёная рука появится!
— Ну и как? Появилась? — с интересом спросил Кузьма.
— Нет! Потому что нет никакой кикиморы! И лешего нет! И Бабы-Яги нет! Это всё... — Варя замялась, подбирая слово. — Это всё бабкины выдумки, чтобы ребёнка воспитывать!
Кузьма посмотрел на неё с таким выражением, с каким смотрят на котёнка, который пытается поймать собственный хвост и искренне верит, что это змея.
— Варвара, — сказал он очень спокойно. — А я, по-твоему, кто?
— Галлюцинация! — выпалила Варя. — Стресс! Недосып! У меня на работе аврал, Павел Сергеевич каждый день ноет, креативщики предлагают котов на обложки, а тут ещё ты с печкой и носками!
Кузьма крякнул, почесал бороду и, кажется, что-то для себя решил.
— Понятно, — сказал он. — Сложный случай. Бабка предупреждала: городская внучка совсем от корней оторвалась. Ладно. Будем лечить.
— Я не больна! — возмутилась Варя.
— Конечно, не больна, — ласково согласился Кузьма, и в этой ласковости почудилось Варе что-то нехорошее. — Ты завтракай давай. Пирожки с мясом. А я пока по хозяйству пройдусь.
Варя насторожилась, но спорить не стала. Пирожки и правда были отличные. Через час она поняла, что попала в ад. Первый звоночек прозвенел, когда она решила сварить кофе. Кофемашина, которая вчера пережила борщ, сегодня включилась, жалобно загудела и выдала на-гора... ровно одну каплю. Капля упала в чашку и застыла там маленькой чёрной лужицей.
— Странно, — сказала Варя и нажала кнопку ещё раз.
Кофемашина вздохнула — именно вздохнула, человеческим таким, усталым вздохом — и выключилась. Навсегда. Красный индикатор погас, зелёный даже не загорелся, и из неё больше не доносилось ни звука. Варя постучала по крышке. Бесполезно.
— Ладно, — сказала она. — Турка.
Турка нашлась быстро. Вода — из-под крана. Кофе — в банке. Варя поставила турку на плиту и включила газ. Через минуту кофе полез наружу. Варя успела снять турку с огня ровно в тот момент, когда коричневая пена уже перевалилась через край. Вытерла плиту, выдохнула, поставила снова. Убавила огонь до минимума. Кофе снова полез. С таким остервенением, будто хотел сбежать не просто из турки, а из квартиры, из страны, из этого жестокого мира, где его хотят выпить.
— Да что за... — Варя выключила газ и уставилась на турку.
Турка стояла смирно. Кофе на дне тихо побулькивал, но наружу больше не лез.
— Тоже мне, бариста, — раздался голос из коридора. Кузьма прошёл мимо кухни с веником наперевес, делая вид, что очень занят. — Ты огонь убавь, не гони лошадей. Кофе, он тонкую настройку любит.
— Я убавила! — крикнула Варя ему вслед.
Но Кузьма уже скрылся в комнате, и оттуда донёсся подозрительный шорох. Варя налила кофе в чашку, сделала глоток и зажмурилась от удовольствия. Кофе получился отличный, несмотря на побег. Может, сегодня ещё не всё потеряно? Она включила ноутбук, чтобы проверить почту. Ноутбук загрузился, приветливо мигнул иконками и... завис. Намертво. Курсор не двигался, клавиши не реагировали, даже кнопка выключения отказывалась работать. Варя подождала минуту. Две. Потом с силой нажала на кнопку питания и держала, пока экран не погас. Включила снова. Ноутбук загрузился, показал рабочий стол и... снова завис. Теперь на полпути, счастливо улыбаясь Варе синим экраном смерти с каким-то новым, незнакомым текстом: «Ошибка 404. Счастье не найдено. Попробуйте позже».
— Чего? — Варя даже нагнулась к экрану. — Какая ещё ошибка 404? Это же не сайт, это система!
Ноутбук моргнул и выключился сам.
— Кузьма! — заорала Варя.
Из комнаты донеслось невинное: «Я ничего не делал, я веником работал!»
— А ну иди сюда!
Кузьма появился в дверях кухни с самым честным выражением на лице, на которое только способен домовой, который только что угробил кофемашину и ноутбук.
— Техника, — Варя ткнула пальцем в ноутбук. — Что ты с ней сделал? Зачем сломал?
— Ни боже мой. — Кузьма перекрестился, хотя домовые, вообще-то, некрещёные, но кто ж разберёт. — Это, Варвара, не я. Это техника на тебя обижается.
— Чего?
— А того. Ты в неё не веришь, вот она и ломается. Кофе от тебя бежит, потому что ты его пьёшь на бегу и не чувствуешь вкуса. Ноутбук виснет, потому что ты к нему как к инструменту относишься, без души. А он, между прочим, тоже живой. В нём энергия есть, провода, ток. Ток — это тоже сила, только дикая, неприрученная. С ним лаской надо.
Варя открыла рот, закрыла, снова открыла.
— Ты сейчас серьёзно?
— Абсолютно. — Кузьма важно поправил колпак. — Хочешь, я с ними поговорю?
— С кем? С ноутбуком?
— С духами техники. — Кузьма подошёл к ноутбуку, погладил его по крышке и зашептал что-то неразборчивое, похожее на смесь церковнославянского и инструкции к стиральной машине.
Ноутбук вдруг пискнул и включился сам. Рабочий стол загрузился за три секунды. Никаких ошибок. Никаких синих экранов. Варя медленно села на стул.
— Этого не может быть.
— Может, — философски заметил Кузьма. — Ты, главное, не сопротивляйся. Мир большой, Варвара. В нём место есть и для техники, и для домовых, и для бабок, которые при смерти лежат и внучку ждут.
— Бабка... — Варя потёрла виски. — Кузьма, объясни толком. Что значит «при смерти»? Она старая, да, но она всегда была... ну, вечной, что ли. Я помню, она в восемьдесят лет на сарай лазила, крышу чинила. И крапивой меня стегала так, что я через забор перелетала.
— Было дело, — улыбнулся Кузьма. — Бабка твоя — сильная Яга. Но сила, Варвара, она не вечная. Её подпитывать надо. Верой людской, страхом, уважением. А сейчас в леса никто не ходит, сказки не рассказывают, в Ягу не верят. Бабка слабеет. Ей силу передать надо, иначе... — он развёл руками. — Иначе мир без защиты останется.
— Какой мир?
— Наш. Магический. Нечисть, она без пригляда буйствует. Лес без хозяйки дичает. Границы между мирами тоньше становятся. Если Яга уйдёт, не передав силу, такое начнётся... — Кузьма понизил голос до шёпота. — Такое, что твои креативщики с котами покажутся цветочками.
Варя молчала. В голове не укладывалось. Бабка — Яга. Лес — магический. Нечисть — реальная. И она, Варя, дизайнер-верстальщик с ипотекой и вечными дедлайнами, должна всё это возглавить?
— Я не верю, — сказала она твёрдо. — Это бред. Сказки. Фольклор. Бабка просто... ну, она всегда была со странностями. А ты, — Варя посмотрела на домового, — ты, может, просто... глюк? Может я съела чего не того?
Кузьма тяжело вздохнул.
— Упрямая, как бабка в молодости. Ладно. Давай по-плохому.
— Что значит «по-плохому»?
Но Кузьма уже исчез. Просто растаял в воздухе, оставив после себя лёгкий запах дыма и пирожков. Варя посидела минуту, допила кофе (который вдруг стал горьким), и решила, что всё это ей приснилось. Надо просто доделать макеты, сходить в магазин и лечь спать пораньше. Утро вечера мудренее. Она открыла ноутбук, чтобы продолжить работу. Ноутбук работал идеально. Она углубилась в работу и не заметила, как прошло два часа. Всё получалось. Легко, быстро, красиво. Она уже почти поверила, что день налаживается, когда в прихожей раздался грохот. Варя выбежала из комнаты и застыла. Вешалка, на которой висело её пальто, лежала на полу. Пальто съехало и наползло на обувную полку, создав композицию «Пьяная верхняя одежда после корпоратива». Рядом валялись зонт, шапка и почему-то один сапог. Второй сапог висел на люстре. Люстра качалась.
— Кузьма! — заорала Варя.
Тишина. Только люстра тихо поскрипывает. Варя поставила вешалку на место, сняла сапог с люстры (как он туда залетел — отдельный вопрос к законам физики), повесила пальто и вернулась в комнату. Ноутбук был выключен. Не спал, не в режиме гибернации — именно выключен. Хотя она его не выключала. Варя нажала кнопку. Ноль реакции.
— Да что ж ты...
Она нажала ещё раз, с силой. Ноутбук пискнул, загрузился и показал сообщение: «Батарея разряжена. Подключите зарядное устройство». Варя посмотрела на зарядку. Зарядка была воткнута в розетку.
— Кузьма, это уже не смешно!
— А ты поедешь к бабке?
— Я...
— Подумай хорошо, Варвара. — Кузьма скрестил руки на груди. — Это только начало. Я могу и холодильник заговорить, чтобы он твои йогурты сметаной заменял. Могу духовку научить пироги печь, которые внутри сырые, а снаружи чёрные. Могу в стиральную машину вселенную запустить так, что она твои белые вещи в радужные перекрасит. И не посмотрю, что тебе на работу завтра.
— Ты... ты шантажируешь меня бытовой техникой?
— Я воспитываю в тебе ответственность перед родом, — поправил Кузьма. — Методами народной педагогики.
Варя посмотрела на потухший ноутбук в комнате, на люстру, где всё ещё покачивался невидимый ветерок, и поняла: она проиграла. Пока что.
— Ладно, — выдохнула она. — Я подумаю.
— Обещаешь?
— Обещаю подумать. Не поехать, а именно подумать.
Кузьма прищурился, оценивая, можно ли верить.
— Сойдёт, — решил он. — На первый раз. Ноутбук починю. Но запомни, Варвара: если завтра ты не начнёшь собираться, я научу твой утюг выворачивать вещи. Представляешь, как весело будет надеть рубашку, а у неё все швы наружу?
Варя представила. Ей стало дурно.
— Я поняла. Завтра решим. А сейчас... дай мне просто дожить этот день.
Кузьма кивнул, щёлкнул пальцами, и кисель в раковине исчез. Кран закапал обычной водой. Из комнаты донёсся бодрый звук загружающегося ноутбука.
— Живи, — разрешил домовой. — Но помни: бабка ждать не будет.
Варя рухнула на табуретку и закрыла лицо руками. Где-то в глубине души шевельнулось смутное чувство, что её спокойная, предсказуемая, скучноватая жизнь закончилась. И началось что-то совершенно другое. Из коридора донёсся голос Кузьмы, который напевал себе под нос:
— В лесу родилась ёлочка, в лесу она росла, а Яга без наследницы — это, братцы, зря...
Варя застонала.
***
В ожидании продолжения истории приглашаю почитать другие произведения автора:
«Лекарка без диплома и маг в нагрузку»
«Ведьма, кот и дверь на чердаке»
Короткие рассказы. Мистика, Фэнтези, Юмор.
***
Если вы дочитали до конца, поддержите автора, подпишитесь на канал, поделитесь ссылкой, это поможет в продвижении канала.
Ставьте лайки, если нравится. Ставьте дизлайки, если не нравится. Пишите комментарии. #фэнтези #юмор #книга #рассказ #роман #сказка